Коварство и любовь

– Дорогой, я знаю, что ты сегодня был с этой сукой Хантер. Ты должен понять, что она тебе не пара. – От лившегося из динамика незнакомого и одновременно знакомого голоса у него стыла кровь. – Если бы ты узнал кое о чем, ты бы переменил свое мнение о ней. Но мы с ней заключили сделку. Она прекращает свои попытки увести тебя у меня, а я сохраню в тайне ее грязные секреты. Скоро увидимся. Спокойной ночи, любимый.
Первой мыслью Джоша было позвонить Лорен и предупредить ее, что их поездка вопреки надеждам не осталась незамеченной. Но он заколебался. А что, если это просто блеф и она не пыталась связаться с Лорен сегодня? Нет, он не поддастся панике и позвонит Лорен утром.
Он вынул пленку и заменил ее новой, а затем завернул использованную в пластиковый пакет и положил в свой портфель рядом с папкой с записями, переданной ему Даной. Он рассчитывал просмотреть их сегодня вечером перед сном. Но сейчас ему было противно думать даже о таком контакте с этой змеей.
– Интересно, она понимает, что эти игры с магнитофонными записями обходятся мне в копеечку?
 
8
– Как ты относишься к плохим новостям среди ночи?
Лорен подняла голову от заметок, которые она незадолго перед этим сделала на месте преступления. Учитывая, что было четыре часа утра и что из-за лихорадочной ночной уборки она спала меньше двух часов, вид у нее был значительно более свежий, чем у Гейл. Та была одета в облегающую кожаную черную мини-юбку и прозрачную черную блузку с длинными рукавами на золотом чехле с люрексом. Ее косметика расплылась, и у нее был вид шлюхи, проведшей тяжелую ночь.
– Меня вызвали в час ночи, чтобы констатировать смерть. Я приехала с места преступления полчаса назад и теперь имею удовольствие начать день со вскрытия. – Лорен вытянула руки над головой, а затем бросила вниз и потрясла кистями. Она показала на кофейник. – Меня уже давно не вызывали среди ночи, я, видимо, отвыкла. Хочешь кофе? Он такой крепкий, что поднимет авианосец.
– Я бы лучше недельки четыре поспала, чем потреблять кофеин, но сейчас это, к сожалению, невозможно. – Гейл налила себе чашку кофе и села в кресло. Нагнувшись, сбросила туфли на шпильках, поморщилась, расправляя пальцы на ногах. – Удивительно, как это шлюхи не становятся инвалидами на этих пыточных устройствах, которые они называют туфлями. – Она подняла туфли и с ненавистью посмотрела на угрожающего вида каблук длиной добрых восемь сантиметров. – Хочу «Рибок»!
– Мы выросли в убеждении, что, когда надеваешь туфли, ноги выглядят сексуальнее. Шлюхи носят их, чтобы ноги казались сексуальнее. Это, конечно, мужики ведут свою мерзкую пропаганду. – Лорен снова наполнила свою чашку. – Ну так что случилось? Что за плохую новость ты хочешь мне сообщить?
– Труп пропал.
Улыбка застыла у Лорен на лице.
– Забавно. Мне послышалось, что труп пропал. Поскольку я сама констатировала смерть, то я не могу себе представить ситуацию, в которой покойник встал и ушел.
Гейл с огорченным видом повторила свое сообщение:
– Именно это я и сказала, только он не восставал из мертвых.
Лорен отхлебнула кофе в надежде, что хорошая порция кофеина поможет ее мозгам прийти в норму.
– Не обижайся, Гейл, но почему именно ты сообщаешь мне эту замечательную новость?
– Потому что этим делом занимаюсь я и потому что я подумала, что если ты захочешь устроить истерику, то лучше будет, если рядом с тобой будет женщина, а не один из этих самодовольных самцов, который сразу начнет разводить бодягу о том, что ничего иного и нельзя ожидать от женщин, испытывающих ПМС и тому подобное.
Лорен теребила прядь своих волос.
– Да, мужики бывают очень противными. Но прежде чем я начну биться в истерике по поводу пропавшего тела, хотя я знаю, что это меня должно только радовать – мне же лучше: на одно вскрытие меньше, – подскажи, куда оно могло деться?
На лице Гейл отразилось неудовольствие.
– Если бы я знала! Поль и Кирк уехали почти одновременно с тобой, и от них ни слуху ни духу. Я расспросила твоего обаятельного ассистента. Клянусь, Лорен, он напоминает мне Питера Лорра. – Говоря о служащем морга, она сморщила нос. – Но он тоже с ними не общался. Клянусь, все всегда идет наперекосяк в полнолуние.
 
– Да, сумасшедших оно обычно заводит, – согласилась Лорен, откидываясь в кресле. – Можешь не волноваться. Я не собираюсь устраивать припадков и вообще расстраиваться. Я слишком устала, чтобы расстраиваться из-за чего бы то ни было. – Она подавила зевок.
– Съездить за один день до Сан-Диего и обратно очень утомительно. Удивляюсь, что ты не осталась там на ночь, чтобы вернуться утром.
На мгновение Лорен бросила на нее острый взгляд, но ничто в выражении лица Гейл не выдавало иронии. По крайней мере теперь она знала, что ее легенда была подхвачена коллегамии и, по-видимому, принята. Это говорило о скорости распространения слухов.
– Я возвращалась уже после часа пик, движение было не очень интенсивным, все прошло довольно легко. Беда в том, что я очень поздно легла и в результате спала всего пару часов.
– Ты неплохо выглядишь для человека, который так мало спал. – Гейл скорчила гримасу, проведя рукой по волосам. – А я вот боюсь взглянуть в зеркало, чтобы не испугаться собственного вида и не разбить стекло. Открой секрет, как тебе удается быть похожей на человека?
– Несколько приемов я переняла на стажировке у одной из медсестер, которая дружила с актрисой. Во-первых, лицо надо мыть ледяной водой. – Она рассмеялась, увидев ужас на лице Гейл. – Во-вторых, под макияж кладется увлажняющий крем. И тогда, какая бы ты ни была усталая на самом деле, на вид это незаметно.
Лорен взяла телефон и набрала номер.
– Говорит доктор Хантер. Будьте добры, объявите поиск Кирка, Поля и одного пассажира. – Лорен сделала паузу. – Да, я знаю, что полнолуние. Да, я знаю, что в это время всегда масса происшествий и что пропавшая машина коронера попадает в конец длинного списка. Тогда давайте скажем так: если вы не хотите, чтобы я подняла тарарам и потребовала свежей крови, а именно вашей, то отыщите их и скажите, чтобы они немедленно возвращались. Иначе мне придется отправиться к вам и выбрать кого-нибудь взамен пропавшего трупа для первого утреннего вскрытия. И помните, я тут анестезией не пользуюсь.
Она с раздражением бросила трубку.
– И не надо мне говорить, что прежде Харвей не возражал, если они где-то задерживались.
Гейл пожала плечами.
– Он действительно давал им некоторые поблажки.
– Тогда им придется смириться с тем, что я не Харвей. – Лорен сложила записи в папку и наклеила на обложку этикетку.
– По-моему, они постепенно сами приходят к этой мысли. – Гейл подавила зевоту. – Ты знаешь Митци Робертс?
Лорен на минуту задумалась и покачала головой.
– Имя мне ни о чем не говорит, но я еще не всех тут знаю.
– Она работает в адвокатуре, – пояснила Гейл. – У нее был неудачный брак с мужем, который ее бил, и наконец примерно год назад у нее хватило смелости на развод. У нее была бы куча проблем, если бы Джош не помог ей выпутаться.
Лорен весьма заинтересовалась темой, но внутренне призвала себя к осторожности.
– Я слышала, что он всегда принимает большое участие в таких делах. По-моему, это достойно уважения.
– Он проявляет участие, потому что в детстве нагляделся, как отец обижает мать, и всегда жалел, что не может ей помочь, – объяснила Гейл.
Вот и ответ на еще один вопрос. Лорен подумала, какие еще интимные подробности о Джоше знает Гейл и почему эта мысль задевает ее за живое, если всего несколько часов назад она сказала Джошу, что в ее жизни нет места мужчине. Она бездумно вертела в пальцах скрепку.
– Зачем ты мне рассказываешь об этой Митци?
– Ходят слухи о том, что она всерьез рассчитывает, что Джош станет приемным отцом ее сыну. И не только об этом. Она, похоже, уверена, что так бы и случилось, если бы ты не перебежала ей дорогу.