Измена. Неверное решение (СИ)
Такое ощущение, что у меня на шее висит груз весом в тонну. Груз из ошибок и боли. И он не принадлежит одному лишь Славе. Он наполовину мой… а может, и больше.
Пройдя дальше по коридору в гостиную, внутри все перевернулось. Игрушки Маши лежат на столике и комоде, фото в рамках уютно расположенные в стеллаже. Свечи. На кухне немытая посуда, точнее, кружка и одна тарелка в раковине. Смесь дочери, открытая упаковка, пустая бутылочка и соска.
Как будто утром этого дня мы все еще провели вместе.
В спальне смятая кровать и заправленная в стиле Славы. Он никогда не понимал, где верх и низ большого темно-серого покрывала. Какие-то вещи, оставленные на банкете стоящей у изножья и запах его парфюма. Околдовывающий и так ему подходящий.
Все это никак не укладывается в голове, которая с каждым вдохом, в этой вселенной под названием «Семья» кружится все сильнее от непонимания и неприятия.
Взяв сумку, я стала укладывать в нее свои вещи. Я никогда не любила сборы. Почему-то так было всегда. А сейчас я проклинала это действие.
Но все это не идет в сравнение с тем, что входная дверь хлопнула и быстрым шагом муж ворвался в комнату, застав меня за тем, как я упаковываю нашу жизнь и подвожу черту.
– Нина… – мое имя с его уст слетело так больно, что не по себе стало.
– П-привет.
Заикаясь, ответила.
– Здравствуй, – он прошел вперед и остановился с другой стороны кровати.
Осмотрел действо, где я выложила частично свои вещи. Ведь даже сейчас я не забираю все. Даже не знаю почему.
Слава покачал головой, будто соглашаясь в своей голове с чем-то.
– Как ты?
– Нормально. Приехала пару вещей взять, – оправдание вышло странным, но я посчитала нужным это сказать.
В голове стало слишком громко, и самым трезвонящим был тот же вопрос с прошлой ночи «А что, если бы я не позвонила?»
Опустила руки к какой-то кофте, но они задрожали. Потому что это сложно и потому, что я чувствовала вину за свое непризнание. За то, что до сих пор молчу о своей тайне.
Тогда я боялась разрушить все окончательно. Уверена, Слава просто ушел, узнав, что я натворила. Тем более, нас больше ничего не связывало кроме потери. И любовь бы забилась в дальний угол.
Наша притирка была тяжелой. Почти сразу он стал налаживать бизнес, и все усугублялось. Я испугалась… И потому молчала.
– Может, поговорим, Нин?
Быстро справившись с эмоциями, я опустила вещь и подняла глаза на Славу.
– Конечно. Только для начала, я бы хотела сама кое-что сказать.
– Я слушаю, – его поза была расслабленной на первый взгляд, но глаза выдавали напряжение и сжатые, будто тиски челюсти.
– О той ночи…
Глава 26
Втянула воздух, переполняя им свои легкие и судорожно выпустила обратно.
Мне показалось, что я собиралась буквально пару секунд, но судя по тому, как на меня смотрел Слава, прошло гораздо больше.
– Милая? Все в порядке?
– Да… я… кхм, прости. Это все не так просто.
– В чем дело?
– Тогда… В ту самую ночь был день рождения Ани.
– Аня? Которая жена Дениса?
– Да. В общем, она позвонила и позвала в клуб, – чувствую, как кислород начинает заканчиваться в легких, а новая порция никак не проталкивается, потому что кажется, что ребра сдавили грудь.
– Может тебе воды принести?
– Да. Пошли на кухню, тут душно.
Мы проходим туда и размещаемся напротив, за привычным столом, на привычных местах.
Глотки воды кажутся громкими. Я боюсь подавиться, но все же делаю их огромными.
Ставлю стакан и хочу выпалить быстро, но все равно язык еле ворочается во рту, растягивая слова и предложения, будто растягивая муку.
– Я не сказала тебе об этом… Это было глупо и мне не стоило соглашаться… Но я пошла, – глаза намокли, будто тот удар снова пронзил мое тело. – Все было хорошо. Мы туда ходили не раз. Я пошла танцевать и встала с краю. Позади началась потасовка. И когда я обернулась посмотреть, кто-то в запале драки ударил меня в живот…
Закрываю лицо руками и плачу.
– Я виновата во всем… Потеряла нашего малыша, потом позвонила тебе… И…
Поднимаю голову и смотрю на потрясенного мужа. Он сжимает кулак, затем ослабляет и делает это снова, разрывая зрительный контакт. Его лицо похоже на каменное изваяние. Словно скулы и челюсти из гранита высечены. Он зол… А я еще больше зла на себя…
И хочется сказать: «Так мне и надо», но в итоге пострадали так много человек. Так много человек оказались наказаны за мое опрометчивое решение.
Я всхлипываю снова и снова, а он молчит.
Жду будто приговор. И мне страшно. Страшно оттого, что он скажет мне. Каким будет его вердикт. Какие слова он выберет для того, чтобы озвучит свой приговор не в мою пользу.
– Прошу… Скажи что-нибудь, Слава. Хоть что-то…
И когда с моих губ слетает эта просьба, он поднимает свои глаза и смотрит.
– Что сказать, Нина?
– Я не знаю, – почти завываю, испытывая на себе его гнев.
– И я не знаю, Нина, – его голос такой жестокий, и такой грубый. А еще он пропитан болью. – Как ты могла? Как могла не рассказать, что случилось на самом деле?
Его вопрос заставляет меня напрячься и посмотреть с удивлением на мужчину.
– Что?
– Ты не сказала мне… Никто не сказал… Почему, черт возьми? Я твой муж… И я должен был узнать обо всем сразу же…
– Я… я… – заикаюсь не ожидавшая гнева, направленного на эту часть моей тайны.
Я решила, что он злится из-за того, что я совершила ту самую глупость, но не потому, что не сказала.
– Почему?
– Боялась… – шепчу чуть слышно.
– Неужели я такой монстр? Неужели ты решила, что я бы злился?
– Я не думала так… Я просто боялась, что… Все, итак, висело на волоске. Мы давали шанс нашей семье в очередной раз и… Казалось, на этот раз все получится. Все уже получалось, а потом…
– Я любил тебя, Нина. Несмотря на эти шансы и прочее… Ты была моей семье в любое время.
– Прости, Слава…
– Нужно было начинать с доверия. Не только тебе, но и нам обоим.
Он отворачивается и молчит некоторое время.
– Поэтому ты перестала общаться с Аней?
– Да. Я… попросила родителей и ее молчать о случившемся. Я закрылась почти от всех, вспомни… Погрязла в своей вине и попытках все исправить.
Он громко выдыхает, снова злясь.
– Ты должна была сказать мне… Ты не обязана была винить себя за случившееся. Мы должны были проходить это вдвоем, черт возьми…
И я снова рыдаю, потому что так ошиблась в нем. Так ошиблась в мужчине, которого так любила.
– Разве ты не понимаешь?
– Чего?
– Если бы я не пошла в клуб, все было бы иначе…
– Ты о чем?
– Я не потеряла ребенка, не позвонила тебе, а ты бы не…
Он вскакивает на ноги и опускает ладонь на стол, громко хлопая ею.
– Хватит… Нина, ты не можешь винить себя во всем, что творят люди. И особенно в том, что сделал я. Господи, ты хоть понимаешь, что говоришь? Это сделал я. Я принял ту проклятую таблетку. Ты здесь ни при чем.
Он почти кричал. И правда его слов, оседала на моем сердце. Однако… вина так долго жила внутри, что так просто ее оттуда не выгонишь.
– Прости меня…
Он оказался передо мной и крепко схватил за плечи, поставив на ноги, прежде чем обнять и прижать к себе.
– Это ты прости, что меня не было рядом, родная.
Мы обнимали друг друга, отдавая боль и сожаление. Но истина была в том, что это отчаянно мало, чтобы исправить все, что мы оба натворили.
Поэтому сумев совладать с чувствами отпустили друг друга и снова оказались на расстоянии шага.
– Я так хочу, чтобы все было прежним, Нина, – его теплые пальцы стерли слезу на моей щеке. – Но я пока что не уверен в том, что мне нужно для этого сделать. Клянусь, я готов на все.
– Знаю… – отвечаю, стараясь звучать спокойно. – Но пока что… я не знаю, как сосуществовать в этой новой вселенной.
– Я и сам… Сам не знаю, Нина.