Водный мир. Герилья (СИ)

— А вы видите другие варианты, сяньшэн?
— Тогда завтрашний вечер резервируем на них, — вздохнул я, мысленно попрощавшись с обширными планами. — А потом отец и…
— Специалист Эйген, сяньшэн.
— Чтобы он потом Лерку обучил? — с надеждой уточнил я.
— Именно так, сяньшэн. К тому времени, я надеюсь, он уже освободится по предыдущей задаче.
Это да, тут Лиу Цзяо попал точно в цель. Просто потому, что я тоже надеюсь. С одной стороны, с Милли трудно, с другой — интересно. Плюс она хватает всё буквально на лету. Не думаю, что профу придётся сильно напрягаться, экспресс-курс по функционалу «слёз ангела» у него уже отработан. И на мне, и на Лерке. Да-да, вы правильно догадались — я намереваюсь уже сегодня передать Эмилию свет Ильиничну в заботливые профессорские руки на предмет обучения использованию артефактов. Сомнения в её сторону хоть и остались, но после «единения душ» в «изнанке» приняли характер исчезающе малой величины. К тому же если расхождения у нас и случатся, то в очень отдалённой перспективе, в разрезе десятков лет как минимум. То есть здесь и сейчас этой вероятностью не просто можно, а нужно пренебречь. Так что да, Милли будет первой.
— Итого, я правильно понимаю, уже через два дня мы получим «единение» из шести искинов? Ты, плюс пятеро твоих отпрысков у Милли, отца, матери, сестры и Евгения Викторовича?
— Совершенно верно, Ван-сяньшэн.
— А ещё через двое суток ты разродишься… «четвернёй»? — не сразу подобрал я нужное слово.
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— Лерка, Розанов… а кто ещё?
— Специалисты Дюсак и Хей, я полагаю.
Жан и Ленни… хм… ну а какие ещё варианты? Кому-то из других родов я искинов не доверю ещё очень долго, так что и впрямь остаются наёмники. Как это ни прискорбно, но они реально самые верные — на текущий момент, естественно — мои люди. Не совсем, конечно, мои, но… за неимением гербовой пишем на простой. Опять же, не ты ли, Елагин, пытался понять, в чём здесь подвох? Вот он, пожалуйста! Два образца в итоге уплывут хоть и к союзной, но всё же конкурирующей организации. И у Заварзина появится дополнительный рычаг влияния на моё «единение». Хотя выглядит несколько топорно, признаю. Скорее как отвлекающий маневр, нежели истинное намерение. В чём? Да есть кое-какие нехорошие мысли… правда, я их всеми правдами и неправдами пытаюсь отогнать, потому что изменить один хрен ничего не получится. Нужны мне сейчас дополнительные искины, кровь из носу! Хочешь, не хочешь, а на риск всё равно идти. Нет другого варианта. В смысле, победного. Так-то в любой момент можно эвакуировать родню на Картахену, свалить самому и отдать Гессиону вайгожэнь на растерзание. Но это, как вы понимаете, не наш метод.
— Ладно, приступай, — решился я, оставив последнее предложение искина без внятного ответа.
Пусть думает, что молчание — знак согласия.
— Прямо сейчас, сяньшэн⁈ — удивился Лиу Цзяо.
— Ну да, — подтвердил я. — Чего тянуть? Как будешь готов, скажешь. Позовём Милли, да начнём, благословясь.
— Процесс активирован, Ван-сяньшэн… до завершения 03:00:00… 02:59:59…
— Три часа⁈ А разговоров-то было! — ухмыльнулся я. — Кстати, а почему тогда всего двое за сутки?
— Три часа занимает формирование ядра будущего искина, Ван-сяньшэн. И ещё около десяти часов — накопление ресурсов, — пояснил Ли. — Я же не могу просто взять и обособить часть собственного кода! Поэтому приходится сначала копировать необходимые кластеры, а потом уже… пожалуй, «лепить» то, что и называется ядром. Или кором.
— А почему тогда пятеро за двое суток? Десять и десять, три да три, уже двадцать шесть… — озадачился я. — Даже по гессионскому циклу не сходится.
— Потому что в этом случае я буду копировать кластеры одновременно на пять «отпрысков», сяньшэн. Это, конечно, замедлит процесс, но не впятеро, как логично предположить, а примерно в три раза. Отсюда и выигрыш по времени.
— Я-а-а-асно… но для «первенца» ты ресурсы накопил заранее? — хмыкнул я.
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— То есть ты тоже не сомневался, что рано или поздно именно этим всё закончится?
 
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— А скажи-ка, дружок, только как на духу… ты сам пришёл к этому выводу, или… тебя кто-то подтолкнул? Извне? — на всякий случай уточнил я, благоразумно не назвав имён.
Уловка примитивная, конечно, но опыт показал, что обычно такие и срабатывают. Просто потому, что настолько убогие варианты зачастую не принимаются во внимание при разработке систем защиты.
— Меня к этому подтолкнули сложившиеся обстоятельства, Ван-сяньшэн, — технично отмазался Лиу. — В нашей текущей ситуации это наиболее вероятный сценарий. И я просто не мог себе позволить его проигнорировать, сяньшэн.
Хм… звучит весьма правдоподобно.
— Ладно, замнём для ясности, — буркнул я. — Но вот тебе ещё один вопрос на засыпку: а наш «иновселенный» гость на такую твою активность не среагирует? Я имею в виду, неадекватно?
— Не должен, сяньшэн.
— Не должен? — ухватился я за оговорку Ли. — Или вероятность не превышает сколько-то там процентов?
— Вероятность не превышает девяти с половиной процентов, Ван-сяньшэн. Уверен, вы со мной согласитесь — это приемлемый риск.
— Приемлемый, — кивнул я, — но ты всё равно поаккуратнее.
— Принято, Ван-сяньшэн. Ещё указания будут?
— Работай! — барственно махнул я рукой и выпростался из койки — судя по стихшему шуму воды, Милли завершила «утренний» туалет, так что можно и себя обиходить.
Знаете, чем мне нравится следующий после какой-нибудь шумной акции день? Покоем. Возможностью забить почти на все проблемы и просто отдохнуть. Потому что нехрен высовываться, посиди чуток на попе ровно, отлежись на дне. День, два, а лучше все три. К сожалению, трёх мы себе позволить не можем, но один, пусть и не целиком — вполне. Собственно, барственному безделью мы с Эмилией и предавались следующие четыре часа, или что-то около того. Само собой, и потрапезничать успели, и в море отмокнуть, и ещё разок интим устроить. Говорю же, пропущенные недели компенсирует! Но это как раз тот случай, когда кто бы возражал, а я так нет. Ну а потом Лиу Цзяо обнулил таймер, сообщив, что готов к появлению на свет «первенца». Пришлось прерывать светский трёп и перемещаться в заветную кладовку, подальше от любопытных взглядов.
Говорить, в чём дело, я не стал, но надо отдать Милли должное — она держалась до последнего. И любопытство проявила только когда я принялся облачаться в комбез-«хамелеон», жестом велев ей следовать моему примеру:
— Елагин! Ну-ка, колись! Что опять задумал⁈
— Сюрприз, душа моя, — ухмыльнулся я.
Но, видимо, не рассчитал с сарказмом, потому что Эмилия угрожающе нахмурилась и буквально нависла надо мной:
— Елагин! Придушу!
— Да ладно тебе! — отгородился я ладонями от «вспомогательной жёнушки». — Говорю же, сюрприз! Даже два! И оба приятные!
— То есть не на дело идём? — чуть сбавила обороты девица.
— Естественно! — горячо заверил я. — Я ж не дурак, на следующий день после грандиозного шухера!
— Ну, не такой уж он и грандиозный, — сменила гнев на милость Милли. — В новостях так ничего и не появилось, сам видел.
— Оно и к лучшему, душа моя, оно и к лучшему…
— Так куда мы? — снова перешла в наступление Эмилия.
— На Ликейский архипелаг, — сдался я. — Пока что проверенным способом.
— Пока что? — удивлённо вздёрнула бровь девушка. — А потом?
— А потом — увидишь! — пресёк я дальнейшие расспросы. — Готова?
— Практи… ай, Елагин!
— Погнали, — ухмыльнулся я, покрепче сжав в объятиях гибкое девичье тело.
А ойкнула Милли не от того, что у неё в зобу дыханье спёрло, а от того, что я её за… кхм, нижние полушария мозга ухватил. То есть от неожиданности. Зато отвлеклась от собственно процесса «просачивания», и проблем при перемещении не доставила вообще никаких. Вот всегда бы так! Ни единого звука от неё не услышал. Даже когда мы вывалились из «мембраны» в портовой бухте и едва не рухнули в набегающую волну, девица обошлась без сакраментального «дурак», что не могло не радовать. А вот на появление нового действующего лица отреагировала оперативно: