На этот раз – да!

– Что-то обед запаздывает, – раздраженно проговорила Элеанор.
– Я попросила Грейвза немного задержаться с подачей кушаний, – откликнулась Деворгилла. – Я подумала, что за обедом мы сможем… н-ну… отметить…
Она одарила Кита чарующей улыбкой, поднялась и простерла руку по направлению к старшей дочери.
Сердце Кита буквально остановилось от ужаса.
– Я хотела сделать предложение…
– Прошу, подними тост за здоровье его светлости, Деворгилла! – попыталась оборвать ее Элеанор. – Вы же только познакомились!
– Я хотела сделать брачное предложение, – твердо отчеканила Деворгилла, будто не слыша увещеваний золовки. – С радостью выпью за помолвку лорда Россингтона и моей Маргарет.
Выпитый Китом виски тотчас попросился из желудка наружу. Вскочив с кресла, он уставился на вдовствующую графиню. А та, сияя, уже устремилась к нему – однако Меган, словно не замечая руки, протянутой матерью, замерла у камина, словно статуя. Кит боялся поднять глаза на девушку.
– Разумеется, все детали мы обговорим с графом Гленлорном, моим пасынком, но сегодня вечером…
Графиня трещала без умолку, но Кит уже ее не слушал.
– Нет! – раздался отчаянный крик.
Это кричала Меган Макнаб. Судя по ужасу, написанному на ее лице, это означало решительный отказ.
Графиня повернулась к дочери:
– Не глупи, Маргарет! Одного взгляда довольно, чтобы понять: вы с его светлостью прекрасная пара. Да и Алек возражать не станет – ему нет никакого резона! А осенние свадьбы чудо как хороши… Если ты хочешь этого брака и если его светлость его желает, то я не вижу препятствий к тому, чтобы нынче же отпраздновать вашу помолвку!
Нынче же? В ушах Кита зазвучал тревожный набат, а вовсе не свадебные колокола…
– Но я не собираюсь жениться, – отчеканил он. – И на ней я не женюсь никогда!
Меган перевела взгляд с матери на молодого человека. Рот ее удивленно раскрылся, а румянец на щеках уступил место мертвенной бледности. Ну да, он мог бы выразиться поучтивее, но… Теперь оправдываться уже поздно…
Маргарет-Меган Макнаб решительно скрестила на груди руки и сощурилась:
– А я никогда не выйду за него!
И вот странность, у Кита вдруг возникло чувство, что его жестоко оскорбили… Никогда прежде не ощущал он подобного унижения!
– Вы никогда не?… – процедил он, стиснув зубы. – А я-то, болван, рассчитывал на тихий вкусный ужин! Я вовсе не предполагал, что на меня набросятся из засады!
– Убирайтесь! – ответила девушка. – Никто вас более ни на мгновение не задерживает.
Подняв руку, она невозмутимо принялась одну за другой вынимать шпильки из своей причудливой прически, с отвращением швырять на пол глупые розочки – и вот густейшие темные пряди заструились по ее плечам.
На мгновение Кит лишился дара речи. Он лишь молча наблюдал за превращением заурядной дебютантки в ослепительную красавицу.
Графиня-матушка охнула:
– Ч-что ты делаешь? Умоляю, Маргарет…
Но ответом ей был лишь звук падающих на пол шпилек. Девушка разрумянилась, лицо ее словно озарилось изнутри, а роскошные волосы обрамляли его роскошными волнами. Она выглядела так, словно только что поднялась с ложа любви… или готова возлечь на него вновь.
– Я Меган, мама! Мое имя Меган! – Она прибавила еще что-то по-гэльски, отчего лица ее матушки и сестры вспыхнули, а тетушка захихикала.
Киту показалось, что его вновь прилюдно оскорбили. Он почувствовал, что мучительно краснеет. Тогда он встал и церемонно поклонился:
– Позвольте пожелать всем спокойной ночи. Мне было весьма… – Он запнулся. Нет, он не мог произнести слова «приятно». – Я признателен вам за то, что пригласили меня, леди Элеанор!
– Небось вспомнили о предыдущей своей помолвке, милорд? – едко поинтересовалась Меган. – От души желаю удачи несчастной девушке!
Кит вспыхнул:
– В свою очередь, желаю удачи вашему будущему супругу, миледи! – И залпом осушил свой стакан. – Не сомневаюсь: удача ему ох как понадобится! А еще много-много виски!
И удовлетворенно заметил, что стрела достигла цели: девушка ошеломленно заморгала и личико ее исказила гримаса злобы. Она явно не понимала, что на него нашло… Будучи хорошо воспитанным, с младых ногтей впитав уважение к прекрасному полу, Кит готов был уже рассыпаться в извинениях… Однако первостатейная ярость, написанная на личике красотки, заставила его передумать. Прекрасные глаза Меган потемнели, став почти черными.
 
– Уходите!
Граф прочел этот приказ по ее губам, поскольку вдовствующая графиня верещала во весь голос, и сквозь этот визг ничего нельзя было расслышать.
Развернувшись на каблуках, Кит вышел вон из гостиной. Какое право имеет эта девица чувствовать себя оскорбленной? Он граф, он богат, хорош собой и вообще абсолютно очарователен… ну почти всегда. Он ожидал потоков слез, воплей отчаяния, но Меган Макнаб не проронила более ни слова. Было яснее ясного: он отвергнут и позабыт как дурной сон.
Когда Кит в прихожей ожидал дворецкого, который должен был принести ему его шляпу, мимо него горделиво прошествовала Меган. Она одарила его испепеляющим взором и принялась подниматься вверх по лестнице. Подбородок ее был высоко поднят, а движения плавны и ленивы – девушка прошла мимо него, словно он был пустым местом. Кит завороженно следил за плавными покачиваниями ее бедер, а когда где-то наверху оглушительно хлопнула дверь, вздрогнул, будто очнувшись…
И тут заметил, что леди Элеанор тоже провожает взглядом племянницу.
– Жаль, что вы не можете с нами отужинать, но… я прекрасно вас понимаю. Поверьте, я и сама не смогла бы проглотить ни кусочка. Н-да… нужно время, чтобы все это пережить. Боюсь, что и за завтраком у меня совершенно не будет аппетита!
– Примите мои извинения, леди Фрейзер. Но я вовсе не ожидал…
– Полно, голубчик, не оправдывайтесь! Ничего не потеряно: в горах вот-вот откроется охотничий сезон. Не сомневаюсь, что Деворгилла подыщет там себе подходящую дичь… из числа охотников. А вот и Грейвз, и ваша шляпа, наконец! Наша деревушка невелика, милорд, так что если вы решитесь тут задержаться, то мы, вне всяческих сомнений, еще увидимся!
Грейвз распахнул двери с таким невозмутимым видом, словно отбывающие до начала ужина гости были тут в порядке вещей. Впрочем, ежели всех джентльменов тут принимают таким манером, то удивляться нечему. Коляска графа была уже готова, он запрыгнул в нее, и лошади взяли с места в карьер.
Откинувшись на обтянутую бархатом спинку сиденья, Кит смотрел, как исчезает из вида замок, а вот уже вдали замерцали огоньки деревеньки… Что ж, он в очередной раз избежал помолвки с полной надежд дебютанткой, сумел отвязаться от очередной расчетливой мамаши. В очередной раз ему удалось сохранить свободу.
Он глядел в темноту сквозь окошко коляски, а видел сверкающие глаза, темные локоны, обрамляющие пылающие щеки… и отчего-то ощущал легкое сожаление.
 
Глава восьмая
 
Меган еще долго смотрела на двери, через которые вышел Кит. Говорить она не могла. Впрочем, никто не мог – в силу разнообразных причин.
…Подобного красавца девушке встречать покуда не приходилось. Меган тряхнула головой, отгоняя навязчивое видение. Потому что с таким грубияном она тоже еще не сталкивалась…
В зеленых глазах Аланы, устремленных на сестру, застыло сожаление. Все случившееся было в высшей степени оскорбительно, унизительно и… абсолютно ужасно. Да как он посмел? Этот мерзавец обошелся с ней, словно с уличной шлюхой, хотя матушка сделала все, чтобы он счел ее таковой! А матушка отчего-то была уверена, что граф прибыл в горную Шотландию в поисках невесты!
…Неужели она столь отвратительна? О, как это унизительно! Наверняка лондонские щеголи отнесутся к ней точь-в-точь так же! И Меган похолодела от ужаса…
Деворгилла уставилась на дверь, будто не веря собственным глазам. Казалось, она ждала, что граф вот-вот одумается и вернется. Но томительные секунды текли, и никто не появлялся. Деворгилла покраснела от злости, подбирая слова, чтобы выразить свое унижение, разочарование… или ярость. Меган от души надеялась, что матушка в ярости. Однако ярость эта была направлена вовсе не на лорда Россингтона, унизившего дочь, а на несчастную Меган.