Второй, третий… последний 2 (СИ)

— Грязь. Свет Хаоса говорит, что она чистит то, что ты считаешь лишним.
— Так иголки как раз из этой серии, — не понял Алекс.
— Не всё ей подвластно. Эти иглы, конечно, противоестественны, но и черви, наверное, были всего-навсего первого уровня.
— Это ты говоришь, или призрак?
— А что это меняет? — надулся Бао Лай. — Я что, не могу сказать что-то правильное?
— А всё-таки?
— Свет Хаоса. Но я так же думаю.
— И я… — тяжело вздохнул Алекс, принимаясь вытаскивать иглы.
— Стой! Ты же уродом станешь!
— Ничего не будет. Сам смотри — на тело дальше корсета оно не идёт, сверху только до рыбьих щитков, а снизу не идёт ниже перчатки, — она находилась в активном состоянии и время от времени Алекс помогал (?) течению мутагена.
И в самом деле, власти над иными мутациями у этой дряни не было. Распространение ограничилось незанятым пока пространством.
— Эй, Алекс, ты чего это делаешь?
— Симметрию хочу навести, — мужчина сжал зубы и взрезал второе плечо, втыкая в него камушек.
Эффекта ждали минут пять, но ничего не происходило.
— Свет говорит, что всё дело в той печати. Она не простая, очень непростая.
— А то я сам не понял, — пробухтел Алекс, пытаясь убрать мерзкие наросты. Они сопротивлялись, но эффект всё-таки был. Даже имея опыт работы с другими мутациями, эта не слишком слушалась, приходилось напрягать концентрацию, пыжится.
«Потом потренируюсь», — наконец решил Алекс, когда пятно папиллом пропало. Проявлять его не стал, зато мозг уже начал интенсивно обдумывать применения этой штуке. И по всему выходило, что абсолютно бесполезное уродство: с мутагеном не борется, только тот, грубый, что от самого себя получен убрало, а на соседние области не покусилось. Печать разрушилась — это плюс. Но тот практик, и так знает Алекса в лицо.
— Не расстраивайся, у тебя же есть Механизм, — попытался приободрить Бао Лай, а мужчина призадумался: нельзя ли его применить избирательно, убрать только эту мутацию. А потом резко отбросил эти мысли: чем это противоестественное образование отличается от остальных? Неприятно выглядит, но и щитки на голове не похожи на клумбу с цветами. От любого его «преимущества» дети заревут, а их впечатлительные мамы попадают в обморок. А дрянь эта может для чего и пригодится.
* * *
Бао Лай не просто так принял корень центральной папилломы за чакру. Если у Алекса было бы поменьше опыта, то он и сам мог бы так подумать — слишком большой энергетический узел. Кстати, он перестал быть видимым, как только мутация деактивировалась и снова появлялся, при активации слизеделательного органа. Настоящие же чакры не видны (в случае Алекса). Те же новые, что расположены позади глаз, не отсвечивают: сияние идёт непосредственно из глаз.
А этот узел, просто утолщение на одном из меридианов. Гипертрофированный, размером крупную сливу, но всё-таки узел. Светящийся шарик, никак не похожий на «орган» связи с внешним миром.
— И что ты думаешь делать дальше? — Морозная Ночь с отвращением смотрела, как Алекс с помощью «шпателя» из сверхпроводника наносит капли вязкой жидкости из мензурки на разные подопытные объекты.
— С этим о рганом? Да ничего. Его же не видно. С трудом, но убрать можно.
— Я о прорыве. Завтра планирую Бао Лая продвинуть на Второй Этап. Его энергетика восстановилась, есть признаки прорыва.
— Честно? Понятия не имею. Я мог бы сделать шаг вперёд, избавившись от этого всего, — Алекс похлопал по плечу.
— И что тебя останавливает? Подумаешь, спасло тебя пару раз. На новом этапе освоишь защитную технику, и тело станет прочнее даже без этих твоих еретических штучек.
— Я видел труп лидера секты, которого победили вы с Ароматной Куницей. На его костяной броне было множество царапин. Если бы не артефакт, сделанный из рога питона, не победили бы вы его.
 
— Ну почему так сразу… Пробить обычными техниками мы его действительно не могли. Но были варианты. У тебя, вон, ноги-то не защищены. Хороший пинок под зад — и ты кончишься.
— Твоя правда. Советуешь, поискать броню на задницу? — улыбнулся Алекс.
— Пошути мне! — не одобрила такого юмора женщина. Нахмурилась. — Не забыл, что тот монстр не мог прятать свои «бонусы»? А его подчинённые могли.
— Только об этом и думаю, — вздохнул мужчина, возвращаясь на волну серьёзности. — Но ведь и ты не в безопасности. Что думаешь делать сама-то?
— Тоже не знаю. Дым Пожара успокоилась, капля из Источника на ней положительно сказалась. Перестала меня каждый раз спрашивать, не начал ли ты изучение техники, которую она тебе дала.
— Эффект со временем уменьшится. Лет сто добавится, не больше. Если верить призраку.
— Не доверяешь ему?
— Я бы изгнал. Он информацию бросает как кости собакам. Ничего толком не рассказывает. Знаем только, что он из Внешнего Мира, и то по обмолвкам. А на главный вопрос ответа нет.
— Как и зачем он здесь?
— Нет. Плевать на это. Главное — тот же это призрак, что мы изгнали из другого меча, или иной.
— Полагаешь, разум можно разделять?
— Или копировать. У вас в мире вряд ли есть такая концепция, а вот у нас, в техническом, это уже реальность. Не о человеческом разуме пока что речь, но всё-таки.
— Не начинай эти свои байки! — фыркнула Морозная Ночь, хотя рассказы Алекса о Земле всегда слушала с удовольствием. — Пора бы нам уже перебираться на другую сторону гор. Я всё подготовила, будет небольшой караван через два месяца. Я забронировала нам места. Не против побыть моим мужем? — ухмыльнулась красавица.
— Очень даже за! — подобрался Алекс.
— Остынь. Забудешь, что это всего лишь роль — башку сверну!
— Но надо же правдоподобно играть! — Алекс шутливо вытянул губы.
— Так. Я передумала. Будешь слугой. Нет. Лучше мужем подкаблучником, которого жена бьёт, — женщина сделала шаг вперёд.
Алекс шутливо поднял руки вверх:
— Не бей, жёнушка!
Справа послышались перешёптывания. Ученики пришли к Морозной Ночи за советом и застали такую странную сценку. Не оправдываться же?
— Всё слышали? — спросила «жена» строго.
Дети покраснели.
— Если нет, то повторю: через два месяца из столицы вылетают три корабля на ту сторону гор, в государство Нефритового Дракона. По легенде мы семья: жена, муж и двое детей. Так что репетируйте роли.
— Так мы уже давно так себя и чувствуем, — вырвалось у Бао Лая, за что он получил оплеуху и приказ медитировать:
— Готовься к очередному опыту «папаши». Завтра станешь вровень с сестрёнкой.
— Спасибо, мама! — и мальчишка поспешил убежать, пока не получил очередную взбучку, под общий смех.
* * *
Алекс ловил себя на мысли, что завидует детям.
Наблюдая за их тренировками, видел, что они быстрее и сильнее его. Он больше не мог победить даже Бао Лая. Конечно, в основном тут дело в том, что мальчишка знает все трюки Алекса, а кто-то посторонний не сможет использовать все преимущества. Но всё-таки, теперь он официально слабейший в «семье». Ради выработки привычки все общались в соответствии с ролями с первого же дня, и, как выяснилось не зря.
У детей то и дело вырывалось «учитель» и «Алекс» вместо «мама» и «папа». А взрослые хоть и использовали правильные слова, но интонации или сочились сарказмом, в случае «мамы» или готовы были взорваться смехом у Алекса. Любой наблюдательный человек почувствует фальшь.
— Может нам своим ходом на ту сторону? — чувствуя слабость легенды, спросил как-то Алекс.
— Не неси чушь! Не с нашими уровнями! В самом хребте обитают такие твари, что не всякий защитный артефакт выдержит. Почему, думаешь, мы ждём три месяца? Караваны чаще летают, но абы-какой нам не подходит. В этом все капитаны опытные.
— Свет Хаоса говорил, что монстры — не самая большая опасность. Там есть амомальные зоны. Очень страшно.