В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ)

Закончился поцелуй так же неожиданно, как и начался. Мужчина сам отстранился и, напоследок, чмокнув в кончик носа, вложил в мою руку ложку, с довольной улыбкой кивая на, уже начинающий остывать, суп:
— Ешь.
Сам при этом, тоже не откладывая, занялся своей порцией, отдавая должное довольно простому, но сытному и вкусно пахнущему обеду.
А я сидела и с трудом давила в себе желание припечатать его этой самой ложкой по лбу. Вот ведь наглец! Умудрился-таки воспользоваться ситуацией. Нет, ну ладно женой назвал: сама в прошлый раз нам такую же легенду придумала. Но я-то при этом границ не переходила! А Рон своего и тут не упустил. Нахалюга!
Однако скандал устраивать было не с руки. К тому же смысла портить разыгранное для трактирщика и посетителей представление я тоже не видела. Поэтому постаралась максимально мечтательно улыбнуться и тоже занялась едой. А вскоре так увлеклась, что уже не особо обращала внимание на происходящее вокруг. Я и не думала, что настолько сильно успела проголодаться.
Наша трапеза уже подходила к концу, когда по лестнице, ведущей на второй этаж, громко застучали сапоги спускающегося вниз мужчины. Внешне похожий то ли на пирата, то ли на разорившегося аристократа, ищущего приключений, он был уже немолод, сразу притягивая взгляд колоритностью и некоторой неуместностью своего нахождения в этом месте. По-крайней мере, мне так показалось. Хотя, что я знаю об этой стране и населяющих ее людях? Только то, что большая часть границ Тиены омывается Срединным морем, а сама она владеет довольно внушительным рыболовным и военным флотом.
Может этот человек всего лишь один из местных моряков? Или капитан, оставшийся на время без корабля и команды? Впрочем, как бы то ни было, выглядел он сейчас не лучшим образом. Походка была неуклюжей, словно плохо ноги плохо его держали, а рассеянное выражение лица выдавало либо только что проснувшегося, либо сильно нетрезвого человека.
Причем, я склонялась, скорее ко второму варианту, потому, как обведя взглядом зал, он уставился прямо на меня и расплылся в пьяненькой улыбке. Я же сделала вид, будто не заметила этого, продолжая неспешно пить из щербатой глиняной кружки яблочный компот. Но отсутствие интереса с моей стороны вновь пришедшего не остановило. А, кажется, наоборот лишь раззадорило.
Преодолев остаток лестницы, он чуть качающейся походкой пересек обеденный зал и, дойдя до нашего столика, патетично рухнул передо мной на одно колено. После чего не слишком внятно пробормотал:
— Мадемуазель, я пленен Вашей красотой! Позвольте поцеловать вашу нежную ручку?
— Притронешься к ее ручке, сам протянешь ножки, — спокойно ответил за меня Рон, отодвигая в сторону опустевшую тарелку.
Пират поднялся на ноги, окинул небрежным взглядом моего спутника и подался вперед, облокачиваясь руками на стол.
— Не много ли на себя берешь, сосунок? — прищурился он угрожающе. — Может, дама не против вовсе?
Только вот на Рона попытка морального давления не произвела никакого впечатления. Достав из поясных ножен кинжал, он резким движением вогнал лезвие в столешницу и категорично припечатал:
— Дама — против!
Сама дама в этот момент благоразумно помалкивала, не желая вмешиваться в мужские разборки, и горячо надеялась, что конфликт разрешится сам собой, причем с наименьшими потерями для нашей стороны. А что мне еще оставалось делать? Только наблюдать. Эрих считал Рона хорошим бойцом, умеющим постоять за себя и способным меня защитить. Вот на это я и уповала.
Впрочем, «пират», как я уже стала его про себя называть, тоже оказался не робкого десятка, причем, явно нарывался на драку. Поединок мужских взглядов длился несколько секунд, прежде чем он недобро усмехнулся и выпрямился.
— Защитник, значит? А ну-ка, пойдем, выйдем на улицу… поговорим.
Не знаю, на что он рассчитывал, однако моего спутника угроза совершенно не впечатлила. Рон лишь ухмыльнулся, поднялся из-за стола и, демонстративно разминая кулаки, ответил:
— Выйдем. Отчего ж не выйти? — а потом уже обронил в мою сторону: — Сиди здесь, я скоро вернусь.
 
Убрав обратно в ножны кинжал и кивнув противнику в сторону выхода, он тут же последовал за ним на суровый мужской разговор. А я осталась одна, нервно стиснув руками кружку и досадливо поджав губы. Вот ну кто его просил сразу лезть в драку? Вдруг получилось бы уладить это как-то мирным путем? Хотя… вряд ли. Увы, но иногда решить возникшую проблему наиболее быстро и эффективно может только грубая сила. И сейчас, похоже, именно тот самый случай.
Как дерется Рон я никогда не видела, но в памяти моей было еще живо воспоминание о том, что он один смог обездвижить и обезоружить троих адептов боевого факультета. И пусть нынешний его противник не юнец зеленый, однако шансы на победу у моего спутника определенно есть. По крайней мере, мне хотелось верить в лучшее.
И надежды оказались не напрасны. Не прошло и детсяи минут, как дверь снова открылась, впуская внутрь знакомый силуэт. Стремительно войдя в таверну, внешне целый и невредимый Рон сразу же направился к барной стойке и расплатился за еду. На вопрос трактирщика, что случилось с его постояльцем, лишь отмахнулся:
— Проспится на сеновале, вернется. Ничего с ним не сделается.
После чего, подошел к нашему столику, подхватывая лежащие на скамье вещи, и попутно осведомившись:
— Поела? Тогда пошли, надо ехать дальше.
— А как же…
— Встретимся с ним в другом месте. Чуть позже.
В другом, так в другом, возражать я не стала. Тем более что и самой оставаться здесь дольше необходимого не очень хотелось. Вдруг этот странный мужик был здесь не один, а с компанией? И скоро они тоже появятся, чтобы отомстить за побитого дружка? А то, что драка состоялась, я была почти уверена. Не такой человек Рон, чтобы спускать подобнее оскорбления или пытаться решить дело миром с зарвавшимся пьянчугой.
Впрочем, может, они и не дались вовсе, а мой спутник просто его оглушил, чтобы тот не мешался и отволок на сеновал? Сейчас об этом лучше не расспрашивать. Как бы то ни было, свою роль защитника и ревнивого мужа он отыграл просто великолепно!
Поднимаясь из-за стола, выходя из таверны и дожидаясь пока Рон закрепит наши вещмешки, я не забывала на всякий случай придерживать полы плаща, старательно скрывая свою несуществующую беременность. Мало ли вокруг глаз любопытных? А потом, осторожно забравшись на лошадь со ступенек крыльца, расслабилась, откинувшись «мужу» на грудь и якобы утомленно прикрыла глаза. По моим понятиям именно так должна вести себя беременная женщина, после долгого пути, сытной трапезы и пережитого волнения.
Войдя в роль, я даже сама не заметила, как слегка задремала, убаюканная мерным лошадиным шагом и открыла глаза, лишь когда мы внезапно остановились. Взору моему представилось море, синеющее за кромкой деревьев, растущих справа от дороги. Яркие солнечные блики, искрящиеся по поверхности воды, слепили глаза, вынуждая щуриться. А довольно сильный ветер трепал волосы и полы плаща, все так же придерживаемые мной уже не только в целях сохранения легенды, сколько для экономии тепла.
Причина остановки была мне непонятна. Но не успела я спросить об этом Рона, как он сам склонился ко мне и предупредил:
— Подождем здесь. Он скоро появится.
Вскоре послышался тихий перестук копыт и нас догнал тот самый мужчина из таверны, а я впервые заподозрила, что та наша встреча была совсем не случайной. Теперь он выглядел совершенно иначе. Нет, внешность его ничуть не изменилась, зато поведение отличалось разительно. В глазах мужчины не было и следа пьяной мути, сидел он в седле легко и уверенно, а на лице играла широкая улыбка.
 
— Приветствую еще раз, мисс Штерн! Грэг Мортон к Вашим услугам!
  
Глава 13
 
Как только нас догнал новый спутник, был объявлен десятиминутный привал. Точнее, остановка, во время которой все спешились и отошли чуть в сторону от дороги. Рон достал карту, которой снабдил его брат и какой-то медальон, отдаленно напоминающий солнышко. Наверняка магическая вещица, помогающая определиться с направлением во время путешествия.