Ты теперь не одна (СИ)

Клим крякнул и перевел взгляд на Макса.
– Охренеть!.. – протянул он, протягивая моему мужу ладонь для рукопожатия.
– Мне нужно в душ, – сказала я Карине.
– На первом этаже Снежка с Дэном, идите на второй. Ты голодна?
– Не уверена. Спать очень хочется, – призналась я и зевнула.
– Я принесу все в вашу комнату, – пообещал Вася, – отдыхайте, будущие родители!
В глазах Васи было столько отеческой теплоты и участия, что, казалось, оно окутывает с головой. Я не могла не улыбнуться ему в ответ.
Макс обнял меня за талию и повел на второй этаж. Вместе со мной вошел в ванную, включил душ и помог мне снять одежду. Быстро разделся сам, и мы вместе встали под струи воды.
Я смотрела на него голодными глазами... На то, как он тянется за мочалкой, как льет на нее гель для душа. Как берет мою ладонь, чтобы смыть с нее копоть и грязь.
Макс медленно меня намыливал, лаская каждый сантиметр тела. Погладил скулу большим пальцем так щемяще нежно, что я невольно закатила глаза от удовольствия. Плавно развернул меня к себе спиной и зарылся пальцами в волосы, массируя кожу. Я тихонько застонала и оперлась ладонями о кафель, чтобы не потерять равновесие.
Помыв мне голову, Макс аккуратно смыл пену и тихо прошептал на ухо:
– Леся, потерпи еще минуту. Ты засыпаешь.
Я вскинулась, пытаясь сбросить с себя оковы сна, но веки, словно налитые свинцом, не поднимались. Сладко зевнула... Макс заботливо укутал меня в полотенце, немного обтер и понес в нашу комнату.
А в тот момент, когда он закрыл дверь, я тут же проснулась от непередаваемо вкусных ароматов, которые царили в комнате. Вася постарался от души. На подносе не было особых изысков, но запах от еды стоял просто умопомрачительный.
Усадив меня на постель, Макс заметил, как жадно я смотрю на еду, весело хмыкнул и протянул кружку с куриным бульоном. А потом так же весело наблюдал, как я пытаюсь поесть и при этом не уснуть.
– Спасибо, – выдохнула я, отставляя пустую посудину. – А ты? Почему не ел?
– Позже, – пообещал Макс, – ложись.
Он помог мне выпутаться из полотенца, уложил, сам лег рядом и крепко обнял, прижимая меня спиной к своей груди. Положил ладонь на живот и шепнул:
– Спи. Ты в безопасности!
– Знаю. Я люблю тебя...
И зевнула, устраиваясь поудобнее.
– Люблю.
Это было последнее, что я услышала, уплывая в глубокий спокойный сон.
Утро было добрым. Очень. Проснуться в объятиях любимого мужчины, собственного мужа – что может быть лучше?
Я сладко потянулась, потерлась носом о плечо Макса и положила ладонь на живот, все еще не в силах осознать факт своего неожиданного материнства. Внутри все сжималось от невозможной нежности к тому, кого я еще не знала, но уже любила всем сердцем.
Неожиданно на мою ладонь легла другая – большая, жесткая и немного шершавая. Макс легко погладил мои пальцы и прошептал:
– С ним все будет хорошо. Завтра съездим к другому врачу.
– Нужно просыпаться, да? – зевнула я, желая весь день провести с ним в постели.
– Родители приедут, – напомнил он.
Пришлось вставать и приводить себя в порядок, гадая, чего ждать от мамы с папой. Я чувствовала, что разговор предстоит тяжелый, и очень нервничала.
– Завтрак! – безапелляционно велел Макс, когда я вернулась из ванной комнаты. – Не тошнит?
– Немного голова кружится, но, скорее всего, это от волнения, – улыбка получилась слегка натянутой.
– Я больше не позволю никому решать за тебя, Леся! – жестко произнес он. – Это твоя жизнь, и распоряжаться ею ты будешь сама.
– Кажется, мне придется заново учиться это делать. Ты поможешь мне? – подойдя к Максу, обняла его за талию и крепко прижалась к нему.
– Всегда, – выдохнул мой муж. – А теперь завтрак, – напомнил он и легонько подтолкнул меня к выходу.
В кухне Иван уже что-то помешивал в большой кастрюле. Заметив нас, обернулся с широкой улыбкой:
– Цените меня! Леся, специально для тебя – овсянка!
– Какая прелесть! – не удержалась я.
Улыбнувшись Максу, сделала два шага к Ивану, встала на носочки и чмокнула его в колючую щеку.
 
– Кажется, я придумала имя нашего сына. Иван! Иван Максимович Каменев.
Капа растерялся, стиснул в руке ложку и беспомощно взглянул на Макса. Мой муж оперся плечом о косяк и кивком подтвердил мои слова.
– Я… Я…
Похоже, впервые Капа не знал, что сказать. Он просто перевел взгляд на кастрюлю и нервно поправил очки на носу, чтобы спрятать слезы, вдруг наполнившие его глаза.
– Я не против! – выдал наконец, взяв себя в руки. – Отличное имя, да!
Иван рывком привлек меня к себе, почти по-отечески обнял и протянул Максу ладонь. Муж ее крепко пожал, и они снова обменялись многозначительными взглядами, что-то молча обсуждая.
– Давайте завтракать, – скомандовал Капа. – Сейчас остальных позову.
Но позавтракать нам не дали. Когда почти вся наша большая дружная компания, за исключением Саши и Васи, собралась за столом, у ворот раздался звук клаксона. Макс недовольно поднялся и выглянул в окно.
– Что там? – спросил Дэн. – Ждановы?
Макс молча кивнул и пошел встречать моих родителей. А мне уже кусок в горло не лез. Отложив ложку в сторону, я гулко сглотнула, пережидая, пока пройдет приступ дурноты, и перед глазами перестанут плясать темные круги.
– Леся, успокойся, тебе нельзя нервничать, – спокойно и твердо произнес Иван.
– Не говорите им пока про ребенка, я сама должна… – попросила я, оглядев всех по очереди.
Друзья согласились с моим решением, и мы все повернулись в сторону входа, где родители в полной тишине входили в дом. Когда они появились на пороге кухни, я закусила губу и отвела взгляд.
– Леся! – позвала мама.
– Мы хотим поговорить с дочерью наедине! – потребовал отец, который явно был недоволен ситуацией.
– Кабинет в вашем распоряжении, – махнул рукой Дэн.
– Наедине не получится, я иду с Лесей, – отрезал Макс, когда я поднялась.
– С Вами, Максим, я хотел бы поговорить отдельно, – произнес папа.
– Значит, поговорим, – пообещал ему Макс.
Мы прошли в кабинет. Я села на небольшой диван рядом со своим мужем, мама нервно устроилась в кресле напротив, а отец встал у окна, сцепив руки в замок за спиной. Все молчали. Никто не торопился начинать разговор.
Наконец папа, недовольно пожевав губами, потребовал:
– Леся, я хочу знать, как все было на самом деле.
– Не стоит заставлять ее снова все это проживать, – возразил Макс непреклонно.
– Я Вас не спрашиваю, капитан. Мы еще выясним, каким образом Вы обошли закон и женились на моей дочери, не имея на это никаких прав.
– А Вы, значит, имеете на нее права? – опасно сузив глаза, спросил Макс. – Леся – взрослый человек, и сама может решать, что ей делать!
– Илья! – вмешалась мама. – Мы приехали не ругаться!
– Вы приехали ее забрать, – произнес Макс уверенно. – И я даже знаю, зачем. Повезете к психиатрам, чтобы проверить, действительно ли она не двинулась умом? Так вот, Леся была на независимой экспертизе, где пять докторов нужного профиля подтвердили – шизофрении у нее нет. Данил дает сейчас показания о том, что конкретно он делал. В частности, с Лесей. Но Вы все равно не можете признать, что ошибались, да, господин Жданов? Не можете принять то, что держали около себя психопата. И Вам проще обвинить во всем Лесю, иначе просто утонете в своем чувстве вины перед ней.
– Не лезь, Каменев! – жестко произнес отец, яростно сверкая глазами.
– Она не вещь. Она – моя жена. Законная, – отрезал Макс.
– Законность вашего брака легко оспорить, – папа так и не мог признать свою неправоту.
– Зачем? – подала я голос. – Зачем вы приехали?
– За тобой, дочь! – не выдержала мама. – Мы во всем разберемся, все выясним, но дома!
– А я дома, – пожала я плечами, горько сожалея о том, что согласилась говорить с родителями. – Мой дом там, где мой муж, мама.