Ты теперь не одна (СИ)

В тот момент мне было плевать, что мы в больнице, что кто-то может войти. Нам обоим необходима была эта близость.
Макс порывисто задрал мою сорочку и коснулся пальцами воспаленного клитора, влажного от возбуждения. Вздрогнув, я распахнула глаза и тихо прошептала:
– Пожалуйста...
Он снова взял в плен мои губы, одновременно расстёгивая ремень. Поцеловал сладко, до одури, рывком притянул к себе за бедра, сдвинул белье и медленно вошел, заставив задохнуться от чувства наполненности. Целостности.
Вошел во всю длину, замер и медленно вышел... Чтобы потом вновь повторить старое как мир движение так же медленно и неторопливо. Но судя по сжатым челюстям и хаотично бьющейся вене на шее – сдерживался он с трудом.
Я обняла Макса за шею и закатила глаза от ощущения невообразимого удовольствия. Он не позволял себе расслабиться. Двигался медленно и осторожно, контролируя себя даже сейчас, когда мозг опьянила страсть.
Еще несколько плавных движений – и я легонько прикусила его плечо, чтобы не проронить ни звука, содрогаясь в конвульсиях оргазма. Макс сразу же последовал за мной.
Обняв меня, дал время отдышаться. Потом аккуратно поправил сорочку и поднялся. Я смущенно наблюдала, как он одевается. А когда Макс развернулся ко мне и перехватил мой взгляд, блаженно улыбнулась, чувствуя, что снова начинаю загораться от того голода, что я видела в глубине его глаз.
– Поехали домой, – решительно произнес Макс. – Пусть выпишут рекомендации, рецепты, витамины… Больше ни на секунду тебя от себя не отпущу, – дал он волю своим эмоциям.
– Не отпускай, – согласилась я.
В этот момент в дверь постучали и распахнули ее, не дожидаясь ответа. На пороге стоял папа, а за его спиной – обеспокоенная мама. Я затравленно посмотрела на Макса и вцепилась ладонями в кушетку.
– Леся! Наконец-то! – дрогнувшим голосом выпалила мама, делая шаг вперед. – Что происходит? Немедленно собирайся! Мы поедем в хорошую клинику, мы…
– Леся никуда с вами не поедет, – жестко отрезал Макс, вставая между нами.
И я была безумно благодарна ему за это. В тот момент больше всего на свете мне хотелось спрятаться за его широкую спину от всего мира. Побыть, наконец, слабой маленькой девочкой в его руках.
Я и сама не поняла, почему так отреагировала на родителей. Еще не разобралась в собственных чувствах и обилии эмоций.
– Кто Вы? – задвинув маму за спину, уточнил папа. – Капитан Каменев, я правильно понимаю?
– Я – ее муж, – спокойно сообщил Макс и подмигнул мне, посмотрев через плечо.
– Муж? – мама широко распахнула глаза и непонимающе уставилась на меня.
– Потом разберемся, – отмахнулся папа. – Леся, собирайся!
– Нет! – категорично заявила я и повторила: – Нет!
– Дочка, мы знаем, что Даня с тобой сделал… – виновато разведя руками, прошептала мама.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​
– И что он со мной сделал? – сухо поинтересовалась я.
Мама беспомощно развернулась к отцу, требуя поддержки, но я поднялась, взяла Макса за руку и твердо произнесла:
– Мам, Макс – мой муж. И я без него никуда не поеду.
В этот момент палата начала стремительно заполняться людьми. Дэн, Снежка, Капа и Саша рассредоточились по комнате, с неудовольствием глядя на моего отца.
– Он не может быть твоим мужем, Леся, – ласково проговорил папа.
– Вы что, не в курсе? – вмешался Капацкий.
– Не в курсе чего? – спросил папа раздраженно.
– Того, что Ваша дочь не сумасшедшая! – как для слабоумных пояснил Капа.
– Ты мне про мою дочь не рассказывай!
– Хватит! – тихо выдохнул Макс, но неожиданно все замолчали и посмотрели на нас. – Сейчас я забираю Лесю домой. Завтра мы встретимся на нейтральной территории и все обсудим!
Брови отца сами собой поползли наверх – он не привык, чтобы с ним говорили в таком тоне. Макс сильнее сжал мою ладонь в своей, молчаливо поддерживая.
– Мам, пап, давайте сделаем так, как говорит Макс! Встретимся завтра и поговорим, ладно? Я очень устала и хочу отдохнуть.
– Доченька... – глаза мамы наполнились слезами, и я почувствовала острый укол вины. – Леся, мы так переживали! Я себе места не находила!
 
– Уважаемые родители, – снова вмешался Капацкий, – вот вам адресочек. Утром, часикам к десяти, приезжайте. Макс, бери жену – и в тачку, мы за вами, – явно желая избавиться от лишних ушей, скомандовал Иван. – Дэн, ты свою тоже забирай. А я к доктору за назначениями, в магаз и к вам!
Что примечательно, все молча начали выполнять указания Капы. Макс подхватил меня на руки и вынес из палаты прямо в сорочке и больничных тапках. Дэн сделал то же самое со Снежкой, и мы все вместе направились к выходу. Саша с Иваном остались в палате…
Пока мы шли к машинам, на нас все косились. И неудивительно! Двое суровых мужчин несли на руках девушек в больничных сорочках и тапках. Чумазых и напуганных.
Макс усадил меня в свою машину и поехал за Дэном, управляя одной рукой. В другой он держал мою ладонь, периодически обеспокоенно на меня косясь.
– Куда мы? – спросила я с любопытством.
– В поселок. Там Карина и Клим с Васей.
– Как дети? Испугались?
– Нет. Они не поняли, что произошло. Все в порядке, Лесь. Ты ни в чем не виновата.
– Знаю, – выдохнула я, – но от этого не легче.
– Дай себе время, – мягко произнес Макс. – Данила арестовали. Надолго. Он не уйдет, обещаю!
– Его место в психушке! Или на том свете!
– Организуем!
Макс хищно улыбнулся, а я поежилась. Только в этот момент до меня окончательно дошло, насколько Даня был опасен. Отвернувшись к окну, я погрузилась в размышления о родителях.
Сколько себя помнила, они всегда хотели сделать меня лучше, чем я есть. Я должна была хорошо учиться, заниматься спортом, вести себя как подобает дочери солидного мужчины. На моих плечах всегда лежала ответственность.
Они меня любили. Так, как умели. Иногда папа откладывал все свои дела, чтобы хотя бы час побыть со мной. Правда, это происходило очень редко. Мама каждый вечер ровно по два часа занималась только моими делами. Я чувствовала их любовь и заботу.
Но иногда мне казалось, что в родительском доме я словно связана по рукам и ногам бесконечными правилами. Облегчение наступало только в школе. Там можно было забыть, чья я дочь, и от души носиться по коридорам, громко смеяться и не бояться, что мне сделают замечание.
Это закончилось, когда меня в первый раз похитили. Мне было четырнадцать. После этого отец перевел меня на домашнее обучение.
Злилась ли я на родителей? Нет! Они пытались меня защитить так, как умели.
Но в последние месяцы на меня столько всего свалилось, что я хотела только одного – покоя. И его давал тот, кто стал моей жизнью – Макс.
Он перевернул все! Стал всем. И больше всего на свете в тот момент я хотела отгородиться от всего мира и просто побыть с ним вдвоем. Без оглядки на прошлое, без страха за будущее.
Пока я предавалась воспоминаниям, мы подъехали к нашему дому в охраняемом поселке. Машина Дэна уже стояла у ворот, а самих Грозовских не было видно. Выйдя на улицу, я по своей уже излюбленной привычке взяла Макса за руку, и мы пошли в дом.
– Леся! Наконец-то! – выдохнула Карина, заметив меня. Тут же подбежала, и мы крепко обнялись. – Как вы? Боже, я тут чуть с ума не сошла!
– Все хорошо, – заверила я, совершенно не ожидая, что Клим, а следом и Вася тоже захотят обняться.
Вася критично осмотрел меня с ног до головы и с улыбкой выдал:
– Худая-то какая! Непорядок!
– Через полгода я стану похожа на шарик, не волнуйтесь, – ответила смущенно.
До Васи дошло не сразу, а вот Карина отодвинула мужчин и снова обняла меня, радостно прошептав:
– Как же я за вас рада!
– Спасибо!
– Чему она радуется? – не понял Клим. – Тому, что Леся похудела? Или тому, что скоро наберет?
Карина развернулась к мужу и терпеливо пояснила:
– Леся беременна!