Жена двух мужей (СИ)

    Да твою ж мать! Я как пацан, кончил после нескольких толчков, содрогаясь, излился внутрь. Я чувствовал себя за гранью реальности, не в силах сделать хоть одно движение. Со мной такое впервые. Я не следил за партнершей, я просто распался на мелкие атомы, взрывающиеся от счастья.
  
Глава 22
 
        Когда Сава открыл дверь, я замерла, как кролик перед удавом. Нахрюкался так, что ошибся дверью? Хулиганит? Но его тяжелый, темный взгляд не оставляет сомнений – он не ошибся. Надо прикрыться, попросить выйти, сделать замечание. Надо. Только кому? Правильной Алене, которая всегда слушала старших и поступала, как нужно? Так пусть она идет лесом! Во что она превратила мою жизнь? В «подай -принеси»? А где хоть частичка счастья? Где воспоминания, от которых поет душа? Если я сейчас поступлю, как «мама велит», то точно дату смерти можно с датой рождения совместить – потому что по факту не жила. Но я же не оттолкну? И как не оттолкунуть? Ведь он подумает, что я такая же шлюшка, как его крыска- Лариска? Или он не вспомнит, что было? И тогда не надо будет ничего объяснять…Один раз… ну пожалуйста, Алена, не будь дурой!
     Сердце отбойным молотком стучит в груди, дыхание срывается, а в ушах будто слой ваты – я не осознаю окружающую обстановку . Я вижу только единственного мужчину, с которым я могу забыть все.
      И сейчас я теряю разум от того, как смотрит Сава. Не раздевает - я и так раздета. Он изучает и словно запоминает мое тело, его жадный взгляд скользит по мне и будто зажигает крохотные искорки, которые обжигают кожу и выводят меня за грань реальности.
    Сава пьян в стельку – осушил почти бутылку и, скорей всего, завтра не будет ничего помнить, но сегодня, я как рабыня, хочу принадлежать ему. Пусть это будет всего один раз, но прожить всю жизнь и не испытать счастья быть с любимым, это жестоко.
    Пусть это будет один раз, но я смогу почувствовать себя женщиной.
    И когда Сава схватил меня на руки, прижав к своему жесткому горячему телу, я почувствовала себя его частью, я растворилась в нем. В голове словно выключили рубильник, отрезав все мысли, сомнения, оставив только жгуче острые, зашкаливающие чувства. Прикосновения Савы, его грубоватые ласки словно оголили мои нервы – я превратилась одну сплошную пульсирующую блаженством субстанцию. У меня не было сил даже откликаться на его ласки – я боялась расплескать малейшим движением это неземное счастье. Можно сказать, ворованное счастье, и от этого такое щемящее пронзительное.
      Это невероятно, но как только он вошел в меня, мне показалось, что я умираю – от низа живота разлилось горячее тепло, тягучей сладкой волной накрывшее меня. В том месте, где, как считают, находится душа, все затрепетало, сжалось и воспарило. Нечем стало дышать, а в голове словно образовалась пустота.
      - Прости, - пересохшими губами Сава выдохнул мне в шею. – Не знаю, что со мной. Как пацан. Оставил тебя без сладкого.
     - Не оставил. Я получила сладкого столько, сколько никогда за всю жизнь не получала, - в этом блаженном состоянии я потеряла контроль и не сдержалась, вывалила свою женскую тоску, которой раньше я не позволяла даже высовываться.
     - Ты серьезно? – на мгновение мне показалось, что Сава внезапно протрезвел. А это было в принципе невозможно, учитывая, сколько он выпил. – Тогда я просто обязан исправить это упущение.
     - Ты не обязан, - мой ответ был приправлен горечью понимания того, что все самое лучшее, что бросила подачкой мне Судьба, уже случилось. Краткий миг запредельного счастья. Хотя нет. Я могу еще урвать немного запретного счастья. Пока он здесь. Завтра уедет, и мы к этому не вернемся. По договору. По правде жизни.
     А сейчас… Я даю волю своим чувствам и делаю то, о чем иногда позволяла себе мечтать. Я обхватываю руками его плечи и прижимаюсь к нему, глажу ладонями его накачанные мыщцы, пробегаю пальцами по позвоночнику, касаюсь его бедра и едва удерживаюсь, чтоб не зареветь от переизбытка эмоций. Раскаленными иглами впились в мозг строчки из песни Юты:
 
            «Любимый мой, один такой на свете!
            Да не Судьба нам вместе быть с тобой
            Любимый мой…»
 И чтобы не показать свою слабость, я ужиком выскользнула из под Савы. Я хочу запомнить его тело, каждый мускул, каждую родинку.
      - Ты куда? – попытался он меня поймать
        - Никуда. Просто хочу погладить тебя.
        - Утюгом?
      Ну вот может же испортить весь романтик! Я шлепнула его по спине.
     - Ай, чего дерешься! – притворно возмутился он. – Я тебя сейчас..
      Он снова подмял меня под себя и впился в сосок жадным поцелуем, выбивая из меня остатки разума и превращая в один сгусток блаженства.
Затем перебрался на шею и дальше к  моему уху. Пройдясь по контуру нежными покусываниями и вырвав непроизвольный всхлип, довольно усмехнулся.
     - Так ты говоришь, получила свое сладкое? А почему не шелохнулась? Или ты вошла роль английской леди?
      Блаженная истома не выпускала меня из своих объятий, но вопрос требовал ответа.
     - Ты о чем? – мурлыкнула я, бессовестно подставляя шею для поцелуя.
      - Ну ты что? Не знаешь? Есть свод правил истинной леди. Так вот. Английская леди в постели не дышит.
       - А, знаю.  Просто леди в постели забыла как дышать.
       Сава засмеялся, зарываясь носом в мои волосы.
       - Я хочу, чтоб моя леди в постели не только дышала, но и стонала, кричала.  Даже разрешаю царапаться.
      «Моя леди…» Я наверно, феномен – умудрилась опьянеть от Савы. Иначе как объяснить, что это «моя» проглотила, облизнулась и попросила добавки.
     - Разрешаешь, говоришь? - Я игриво вцепилась коготками в его крепкие плечи, совсем как кошечка, которая знает, что за шалости ей ничего не будет.
- А хочешь, я тебе массаж сделаю?
    - А ты умеешь?
     «Каждая любящая женщина умеет. Ведь главное не умение, а желание доставить удовольствие», - чуть не вырвалось у меня. Но контроль уже топнул ножкой и вернул меня в действительность, и поэтому я ответила, как есть.
     - Я ж почти профи. Пришлось научиться, чтоб маму поднять.
      Сава замер, очевидно, осмысливая, а мне пришлось снова менять настрой, чуть ли не вручную.
     - Так что ложитесь, господин Строгов. Посмотрим, как у вас дела, - шутливо сказала я, и Сава подхватил.
     - О, ролевые игры? Спасибо, ни разу не практиковал.
      - Ну видишь?! Чем –то и я могу удивить.
      - Да ты меня уже и так удивила, что хоть книгу заводи и записывай все.
     Сава это сказал совершенно серьезно, как абсолютно трезвый человек, заставив мое сердце отчаянно забиться от призрачной надежды, что я для него что-то значу.
     - Вы готовы?! Ложитесь на живот и ничего не бойтесь, - я решила: «Удивлять так удивлять»
     Сава послушно перевернулся на живот, уткнувшись лицом в сложенные руки,  а я, совершенно обнаглев, уселась на его бедра обнаженной попой, обхватив их коленями. От такого интимного соприкосновения мой пациент вздрогнул и шумно сглотнул. Я наклонилась и, расположив ладони по обе стороны от позвоночника, медленно повела вниз, захватывая ягодицы. Сделав еще несколько разогревающих движений, переместила руки на шею и плечи.
     - О, да вы совсем не следите за собой! Мышцы, как каменные!
    - Ты еще поерзаешь голой попой по мне, и у меня кое –что другое станет каменным.
   - Терпите!
    Я немного размяла воротниковую зону, но сейчас не это главное. Массаж ему сделают и в другом месте, а я хочу, что б он запомнил мои ласки. Затоптав окончательно скромницу в себе, я наклонилась и коснулась спины Савы своими сосками. Немного потерлась и так же, не разрывая контакта, опустилась до самых ягодиц. Мой мужчина мгновенно отозвался – его бедра напряглись, а по коже пробежали мурашки.