Из гея в натуралы (СИ)

В кармане куртки завибрировало.
Алекс уже хотел было ответить на звонок, как какое-то предчувствие заставило его оглянуться. Четверо парней. Стоят возле полок с обувью. Один приложил к уху телефон, а к губам палец: «Молчите». Остальные трое глядят выжидающе. Крепкие, спортивные. Двое бритоголовые, у остальных обычная шевелюра.
Один из них, рыжеватый, в зелёной куртке, показался Алексу смутно знакомым.
«Ну как же рыжему зелёное не надеть», – усмехнулся про себя Алекс.
Закрутились колёсики памяти, сличая эти скулы, эти широко расставленные глаза и орлиный нос со скулами, глазами и носами всех, кого Алекс когда-то встречал. Есть совпадение!
Это было года два назад, когда несовершеннолетний школьник Алекс всё на том же сайте познакомился с прекрасным пятнадцатилетним существом, полуобнажённо возлежащим на серии романтических фото. Алекс ещё обрадовался, что почти ровесники.
И у Алекса, и у его респондента возраст, разумеется, стоял на пару лет старше. Созвонились, договорились о встрече на тихой улочке.
Там-то, не ведающий как жесток и несправедлив мир, Алекс и познакомился с этим парнем. И ещё с парочкой других. Они называли себя «Оккупай-педофиляй». Общественное движение, созданное деятелем правого толка Максимом Марцинкевичем по прозвищу «Тесак», докатилось и до провинции. Алекс не успел понять в чём дело, как его окружила группа крепких, неприметно одетых молодых людей.
– Ну здравствуй, педофил, – ласково улыбнулся один из них, открывая ряд крепких, чуть заострённых зубов. Кажется, именно с этим парнем Алекс беседовал по телефону. – Будем интервью у тебя брать, как ты на сайте знакомств малолетних мальчиков соблазняешь?
«Чёрт, я влип», – пронеслось в голове Алекса.
Ноги как будто примёрзли к земле, а я зык прилип к нёбу, не давая возможности ничего ответить. Алекс сделал глубокий вдох. Потом ещё один. А потом взял себя в руки.
– Ребят, вы чего, рехнулись? Как я могу быть педофилом, если я сам несовершеннолетний? – с наездом спросил Алекс у окруживших его парней.
– Несовершеннолетний? У тебя же возраст на сайте был указан – восемнадцать лет, – протянул рыжеватый, явно не ожидавший от Алекса такого напора.
– Вы же сами на том сайте зарегистрированы, – Алекс вновь обрёл способность мыслить спокойно и рационально. – На нём не регистрируют, если тебе нет восемнадцати!
– А сколько тебе? – рыжеватый удивлённо приподнял брови.
Кажется, не на такой ход беседы он надеялся.
– Шестнадцать. И вообще я там по фану зарегился, вы что, серьезно подумали, что я из тех самых?
Парни переглянулись.
– Ну ладно, вали с миром, петушок, – рыжеватый легонько вытолкнул Алекса из круга. – Иди, девку какую-нибудь трахни. И не попадайся нам больше.
– Хорошо, – натянуто улыбнулся Алекс. – Обязательно трахну.
И что есть мочи припустился вон с этой чёртовой улицы.
И вот теперь, два года спустя, надежды Алекса на отсутствие повторной встречи с «Педофиляй» не оправдались. Так же, как и надежды на романтическую встречу с прекрасным принцем. Айфон всё вибрировал в кармане. Нужно было срочно что-то делать.
– Чёрт, а вдруг он узнает моё хорошенькое личико, – пронеслось в быстро соображающем мозгу Алекса. – Я же фотку свою настоящую отсылал тому фэйку грёбаному…
Прихватив клетчатую рубашечку и стараясь особо не светиться перед приверженцами почившего в Бозе Тесака или скрывающегося в Польше Позднякова, чёрт их разберёт, Алекс поспешил в примерочную, где быстренько поставил переадресацию звонка на своего однокурсника Лёху, шутника, болтуна и злостного гомофоба.
А потом не раздумывая набрал номер Лили.
– Слушай, тут такое дело, никак не могу в своём любимом магазинчике рубашку выбрать. Не поможешь?
– Отчего-то мне кажется, что дело не в выборе рубашки, – мило хихикнула собеседница Алекса. – Неужели на кого-то не того напоролся?
– Да, и я никак не обойдусь без твоей помощи, – умоляюще прошептал Алекс. – Я знаю, ты недалеко тут живёшь. Приходи.
– Ладно, жди. Минут через пятнадцать буду. Вот только волосы до конца уложу, я тут видео о новом способе укладки посмотрела, и сразу к тебе…
 
И потянулись томительные пятнадцать минут. Было бы странно так долго скрываться в примерочной с одной единственной рубашкой, поэтому минут через пять Алекс решился на отчаянную вылазку. Вынырнув из примерочной, прокрался к ближайшим вешалкам, прихватил что-то и поспешил обратно.
Как выяснилось, прихватил Алекс бесформенный болотный джемпер и необъятные джинсы, размеров на пять больше нужного. Алекс, пожалуй, посмеялся бы, представляя себя во всём этом барахле, если бы не слышал приглушённые голоса приверженцев «Педофиляй».
– Наверное, с чужого номера звонил. Вот урод.
«Значит, попали на Лёху, и тот их послал», – сообразил Алекс.
Через пару минут хлопнула дверь магазинчика, голоса прекратились. Но торопиться покидать своё прикрытое шторкой убежище с большим зеркалом Алекс не стал.
В очередной раз осторожно выглянув из примерочной, он заметил, как за окном промелькнуло что-то знакомое – длинные ноги, сапожки на высоком каблуке, коротенькое пальтишко. Лиля! Наконец-то волосы свои уложила!
Когда однокурсница вошла в магазин, и Алекс покинул своё убежище, ему даже немного стыдно было отдавать сидящей на выходе из примерочных девушке-консультанту настолько нестильную одежду. Зато на её вопросительный взгляд он мог совершенно честно ответить: «Большеваты».
– Жду не дождусь откровенных и красочных признаний. А пока надень вот это, – Лиля протянула предусмотрительно скрывающемуся за одним из манекенов Алексу клетчатый шарф и огромные тёмные очки в синей оправе. – Сойдёшь за моего младшего братишку-ботана.
«Лиль, а тебе не кажется, что я так ещё больше буду похож на гея или вообще на наркомана какого-то», – хотел было сказать Алекс, но передумал.
Нацепил очки, закутался до самых очков шарфом, накинул капюшон, и под ручку с красоткой однокурсницей вышел из магазина.
Парни торчали неподалёку. Что-то говорили, что именно, Алекс не услышал, но, по-видимому, собирались уходить.
– Я твой должник, – облегчённо выдохнул Алекс, снимая очки и разматывая шарф на многолюдной улице. – С меня выпивка. Пойдём, посидим где-нибудь.
– Воскресенье – отличный день для выпивки, надеюсь, ты помнишь, как сильно я люблю «Пина-коладу», – лукаво улыбнулась Лиля, невинно хлопая длинными загнутыми ресницами.
«Вот же хитрюга, теперь не на один коктейль разведёт, – подумал Алекс, выдвигаясь в сторону любимого Лилиного бара. – Прощайте сэкономленные во время мучительных поездок на пазиках денежки».
Усевшись за самым укромным столиком, Алекс заказал Лиле «Пину-коладу», себе коктейль с прекрасным названием «Секс на пляже» (нужно же как следует оплакать неудачу), и принялся рассказывать подробности несложившегося свидания.
– Я даже не думал, что это может быть развод, всего второй раз в моей жизни такое, – сетовал Алекс, залпами глуша оранжевую жидкость из своего стакана.
– Ой, а у меня тоже недавно неудачное свидание было, – сетовала Лиля, неспешно попивая из трубочки коктейль. – Представляешь, с таким нищебродом встретилась! Мало того, что он был без машины, так даже в кафешку не пригласил, целый час по улице гуляли! Кошмар просто! А какие фотки были у того фэйка, почему ты так быстро на них клюнул?
– Не успел сохранить, но ты бы знала, какие офигительные кубики пресса были у мальчика на фото, – мечтательно промурлыкал Алекс.
Подробный пересказ катастрофического провала Алекса за порцией коктейля был лишь подготовкой к допросу, который учинила внуку по возвращению домой любопытная бабуля.
– Ну, как она тебе? В твоём вкусе? А ты ей как? Куда ходили? Что делали?
– Мы друг другу не понравились, – лаконично ответил Алекс и трагично хлопнул дверью своей комнаты.
  
4. Андрюшка
 
Пока Алекс ещё не поступил в универ и не познакомился с Лилей, у него была красивая подруга Аня. В глазах одноклассников она считалась его девушкой, что и Алекса, и Аню вполне устраивало – Алекс не хотел, чтобы о его увлечениях парнями знало слишком много народу, а Аня не хотела афишировать то, что её богатому и успешному крашу уже давно перевалило за тридцать.