В объятиях Элиты (ЛП)

— Куда ты направляешься? — спрашивает он, когда я выхожу из дверей библиотеки и иду по каменному коридору.
— Если ты не хочешь учиться, у меня сегодня есть другие дела. — Я лезу в карман и достаю свой изменённый список. Илеана, похоже, не собирается возвращаться в академию, и не из-за всей этой истории с лопнувшей грудью. Почти уверена, что между ней и Бекки есть трещина, которая никогда не заживёт.
Месть Голубокровным из Бёрберри
Список Марни Рид
Гарпии: Харпер Дюпон, Бекки Платтер и Илеана Тайттингер
Компания: Эбигейл Фаннинг, Валентина Питт, Мэйлин Чжан, Джален Доннер и Киара Сяо
Ебучая четвёрка — Харпер, Бекки, Эбигейл и Валентина — оказалась самой тяжёлой. Я имею в виду, просто подумайте, например, об Эбигейл: Тристан уничтожил её в казино, я предоставила её парню доказательства её неверности, и она узнала, что Харпер всё это время трахалась с Грегом за её спиной. И всё же она по-прежнему стоит. Этого недостаточно, ни в коем случае.
Конечно, лишение девушек их статуса Голубокровных было впечатляющим, но это ещё не всё.
На данный момент я перешла к более лёгким целям: в частности, к Мэйлин Чжан.
Она всегда гордилась своими школьными успехами, как и мы с Тристаном. На самом деле, она часто входит в пятёрку лучших во всей академии. И всё же теперь у меня есть доказательства того, что она использовала так называемый мозаичный плагиат при написании многих своих эссе, включая то, за которое она получила награду в прошлом году.
Мозаичный плагиат — это когда человек использует общую идею или структуру сюжета и просто находит синонимы или альтернативные фразы для оригинальной работы автора, сохраняя при этом тот же смысл и структуру произведения, из которого он ворует.
Доказать это сложнее, чем прямой плагиат, то есть прямое копирование и вставку. Но это возможно, и я собираюсь это сделать. Извините, но одно дело использовать общие темы или тропы в произведении, и совсем другое — буквально создавать новое произведение по образцу существующего.
Чёртова Мэйлин пойдёт ко дну.
— Ты что-то задумала, не так ли? Я практически чувствую этот запах. — Крид складывает руки за головой, наблюдая за мной с любопытством и немалой долей ликования. Он любит убивать, как и все остальные. — Могу я спросить, на ком именно ты сегодня сосредоточил своё око мести?
— Мэйлин, — отвечаю я, зная, что её родители здесь, чтобы прогуляться по кампусу с младшей сестрой Мэйлин. Из-за предыдущих проблем с издевательствами здесь, в академии, они всерьёз рассматривают возможность отправить свою младшую дочь в Подготовительную Школу Ковентри. Директор Коллинз тоже будет с ними. Должно получиться хорошо.
— Превосходно. Ещё один безликий лакей валяется в пыли. Но когда мы узнаем громкие имена? Это то, чего я с нетерпением жду.
— Я держу Харпер под контролем, — говорю я, понимая, насколько нелепо это звучит, учитывая её недавнюю атаку на мои заявления в колледж. — Бекки… В ней я не уверена.
— Я думаю, Зейд работает над Бекки. Знаешь, ему кажется, что Виндзор слишком легко отпустил Илеану с крючка. И я думаю, что он ревнует к принцу.
— Зейд ревнует? — спрашиваю я, бросая взгляд на Крида. — Зейд — бог рока — ревнует? — Крид пожимает плечами, и я прищуриваю глаза. — Только Зейд, да? Больше никто.
— Нет, определённо нет, — отвечает он, приподнимая брови, а затем мило улыбается, когда мы проходим мимо миссис Коллинз. — Добрый день, госпожа директор.
— Мистер Кэбот, — отвечает она, искоса поглядывая на нас с немалой долей подозрения. Не могу сказать, что я виню её, учитывая послужной список Крида.
Чжаны медленно катят коляску по дорожке и обсуждают с директором достоинства академии Бёрберри. Я притворяюсь, что роняю ручку, пригибаюсь, а затем засовываю пачку бумаг в отделение для хранения под ней, прямо рядом с пакетом для подгузников. Сейчас, когда я стою здесь, это кажется немного разочаровывающим, но мне пришлось потратить на это часы исследований, выявляя сходство между эссе Мэйлин и всеми теми, из которых она что-то украла.
 
Если бы она не украла одно из моих эссе, я бы, возможно, никогда не узнала.
Я уже сунула конверт из плотной бумаги с теми же бумагами в почтовый ящик для сотрудников миссис Коллинз.
Нет ничего, что академия ненавидит больше, чем академические скандалы. Помните, что чуть не случилось со мной? Я уверена, что об этом позаботятся незаметно.
— Это было тонко, совсем на тебя не похоже, — говорит Крид, когда я снова смотрю на него.
— Я приберегаю всю пышность и обстоятельства для бывшей королевы Идолов, — отвечаю я, выдыхая и проводя пальцами по волосам. Они так сильно отрасли. Я пытаюсь решить, хочу ли я снова все это отрезать, или действительно пришло время их отрастить. Я бросаю взгляд на Крида и замечаю, что его глаза сверкают. — И ещё я просто надеюсь, что проживу достаточно долго, чтобы окончить школу.
Крид и я оба останавливаемся, оглядываемся и видим Харпер, проводящую свой тёмный суд в одной из беседок. Она оглядывается на нас, сидя на коленях у какого-то крупного парня, которого я не узнаю. Я думаю, он учится на втором курсе. Она выставляет мне средний палец на показ, и мы продолжаем идти вместе, поворачивая назад, чтобы направиться к дверям часовни.
— Мы так близки, Марни, — шепчет Крид, но, несмотря на то, что я рада наконец-то выбраться отсюда, сбежать от дрянных девчонок, начать новую жизнь в университете Борнстеда, я всё же боюсь этого. Потому что с каждым днём Чарли становится всё хуже. С каждым днём я становлюсь всё ближе к принятию решения, которое не хочу принимать.
Выбрать между подлыми богатенькими парнями.
Я бы предпочла сражаться с Гарпиями до конца вечности.
— Если ты настаиваешь на том, чтобы учить меня математике, я соглашусь — при условии, конечно, что ты будешь сидеть у меня на коленях, пока я учусь. Так я лучше всего учусь, с гигантским стояком, засунутым в мои брюки.
Я прижимаю ладонь к лицу и качаю головой, но его грубость каким-то образом освежает. Это лучше, чем букет лжи, не так ли?
— Давай, извращенец, и я научу тебя нескольким формулам. — Я беру его за руку и тяну обратно в здание до того, как начинают падать первые хлопья зимнего снега.
Приятно быть в школе, учиться как сумасшедшая и работать, чтобы поддерживать свои оценки на высоком уровне, чтобы я могла претендовать на как можно больше стипендий. А также надрать задницу Тристану и стать лучшей в классе.
Кстати, о Тристане, мы должны были вместе работать над экономическим проектом, но последние несколько недель он был таким чертовски раздражительным, что я едва успеваю вставить слово, прежде чем он уходит. Это чертовски неприятно — пытаться работать с кем-то, кто не хочет со мной разговаривать.
Ещё больше расстраивает, когда я пытаюсь встречаться с тем же самым, упомянутым человеком.
Я сижу в столовой с Зейдом, исподтишка наблюдая, как он пишет тексты песен на салфетке яркой красной ручкой, когда входит Изабелла Кармайкл, одетая в красную юбку и чёрный блейзер первокурсницы. Она подходит прямо к высокому столу и останавливается рядом со мной.
— Мы могли бы поговорить наедине на минутку? — спрашивает она Зейда, мило хлопая ресницами и заправляя несколько выбившихся прядей каштановых волос за ухо. Зейд смотрит на меня в поисках подтверждения, вопросительно приподнимая проколотую бровь.
— Да, конечно, — отвечаю я, думая о словах, сказанных шёпотом папой. «Я не знал, что она моя, иначе я бы… Я бы не позволил Дженнифер разлучить нас». Думая о том, что он сказал, и о том пари, которое Харпер бросила мне в лицо, я чувствую тошноту в животе. — Может быть, просто посидишь минутку за другим столиком?
— Ах, я понимаю, как это бывает, — говорит Зейд, вставая, а затем делает паузу, чтобы повернуться и схватить меня за лицо, обрушиваюсь на меня наказывающим поцелуем, от которого я вижу звёзды. Изабелла хмуро смотрит на нас, подтыкает юбку под бёдра и садится, ожидая, пока Зейд отойдёт на несколько столиков, прежде чем повернуться ко мне и улыбнуться.