Ибворк. Книга 2 (СИ)

— Я была в Шапке-невидимке, — ответила Лиз, явно не понимая, к чему клонит Лори, если чудо-шапку использовать нельзя.
— Ну вот, сдалась тебе эта Шапка, — пробурчала Лори, недовольно покачав головой. — Неужели ты совсем забыла, что переоделась в одежды розового цвета, как все местное население и беспрепятственно передвигалась по острову.
— Это совсем разные вещи, — заметила Лиз. — Там все были в одинаковых одеждах и плащах с капюшонами, за которыми не было видно лица. Здесь я, по меньшей мере, странно выглядела бы в этом наряде.
— Нет, ты неправильно мыслишь, — продолжала ворчать Лори. — Во что будут одеты колдуньи и ведьмы?
— Наверное, в пышные парадные платья, как это всегда бывает на балах.
— А вот и нет! Не забывай, что пикник организован в честь Джуди и траур по ней носит еще вся страна. Так что все будут в черных платьях и вуалях.
— Точно, — оживился Джек. — Все лица будут закрыты вуалями и понять кто стоит перед тобой бывает просто невозможно!
— Наконец-то слышу здравые речи, — вздохнула мышка, и её хвостик потешно изогнулся, демонстрируя высшую степень удовольствия.
— Только где мне взять такое одеяние? — выдохнула Лиз.
— Дорогая, на твоем месте я бы не переживал на этот счет. Видимо, мне придется украсть у кого-нибудь наряд.
— Не ошибись с размером, — не смогла не напутствовать Лори.
  
Глава 17
 
Джеку не составило ни малейшего труда достать черное бархатное платье свободного покроя и вуаль. Он ловко справился с делом, обрекая одну из злых колдуний на отсутствие на празднике. Хотя как знать, может ей ничего не будет стоить взмахом волшебного карандаша сотворить себе еще один наряд. Теперь этот наряд красовался на Элизабет.
— Тебя совсем не узнать под всеми этими черными накидками, — заметил Джек.
— Это хорошо, — улыбнулась в ответ девушка, — ведь мы именно этого и добивались. Все лицо скрыто под вуалью, а под пышной одеждой полно места, чтоб спрятать Лори и Шар. Так что все идет просто замечательно.
— Единственное, чего я опасаюсь, так это то, что как только ты покинешь пределы этой комнаты, на которую нанесены чары забвения, отец может вспомнить о твоем существовании, что совсем нежелательно.
— Будем надеяться, что не вспомнит. У него будет полно хлопот, — неопределенно махнула рукой девушка, всем своим видом показывая, что беспокоиться не о чем.
— Да и у нас тоже, — отметила Лори. — Надо не просто прокрасться незаметно мимо стражи, но и в дальнейшем, по возможности, не привлекать к себе внимания. А, учитывая все то, что нам предстоит сделать, боюсь, что не привлекать внимания будет сложно. Вдруг кто заметит, что ты оторвалась от всех приглашенных и жаждешь уединения? Или кто-то увидит, как появится Селина?
— Перестань паниковать, — перебил её Джек. — Не забывай о том, что народу будет очень много, и никто не будет обращать внимания на какую-то одинокую волшебницу. Да и лес просто огромен. Главное вам самим не заблудиться, а о том, что кто-то может увидеть Селину, ты и вовсе зря думаешь. Никто не будет заниматься слежкой. По крайней мере, будем на это надеяться.
С этими словами Джек открыл дверь зала, пропуская Элизабет в коридор. Девушка с тоской оглянулась на Охотничий Зал, который служил ей надежным убежищем долгое время. Она не знала, вернется ли она сюда, так как то, что она собиралась сделать, было связано с определенным риском. Её могли обнаружить, хотя, если верить Джеку, то все может обойтись довольно благополучно.
Выйдя в коридор, она оказалась совсем одна, не считая Лори, спрятавшуюся в одежде. Шар был надежно спрятан в складках одежды, а благодаря длинным и пышным юбкам, виден не был вовсе. Джек остался в Охотничьем Зале, так как недопустимо было, чтоб кто-то увидел их с Элизабет вместе. Хоть её и невозможно было узнать в такой одежде, но, тем ни менее, у видевших их вместе возникла бы масса ненужных подозрений, дерзких предположений. Допустить такое было невозможно.
С помощью Путеводного Огонька, Элизабет добралась до парадного входа, где уже начали собираться приглашенные на пикник гости. Она скромно, не привлекая к себе внимания, присела на одном из диванчиков, расположенных у стены. Особого оживления в холле не наблюдалось. Видимо все пытались соблюсти приличия траура. Редкие и тихие разговоры почти не нарушали тишину холла. Все ждали хозяев замка. Волшебники всё подходили и подходили, пока холл не оказался битком набит всякого рода магами и ведьмами. Все старательно заворачивались в черные одежды, показывая свою глубокую скорбь.
 
Когда не лестнице появился Правитель, многие с облегчением вздохнули, предвкушая выход на свежий воздух, так как в холле стало слишком душно от столпившегося народа. Как и ожидал Джек, на Лиз никто не обращал ни малейшего внимания. Она вместе со всеми сидящими поднялась и склонилась в раболепном поклоне перед Правителем Ибворка, выражая ему почтение. Рядом с ним шел его младший сын, одетый в черный камзол, подчеркивающий его великолепное телосложение. Черный бархатный плащ тяжелыми фалдами ниспадал с его плеч, и тянулся за ним по ковровой дорожке.
Грэкхэм был так же одет во все черное. Элизабет с удивлением заметила, что Грэкхэм во что бы одет не был, всегда его наряд был изыскан и шикарен. Великолепный черный камзол с узкими рейтузами делали его верхом совершенства. Завершал всю эту безупречную композицию такой же черный плащ, как у Джека.
За ними следовали Дайнер с Тамрэтой. Стоит ли упоминать, что они были одеты во все черное, не менее изысканное и богатое, чем одежда впереди идущих членов их семьи. Тамрэта была без вуали и её бледность поразила Элизабет. Как же она изменилась! Румянец покинул её нежные щечки, глаза припухли. В волосах красовалась седая прядка волос. Элизабет аж оцепенела от её вида. Она хотела броситься на встречу подруге, обнять её как старые времена, оградить от неприятностей и попытаться развеселить. Но сделать этого было нельзя. Да и холодный колючий взгляд Тамрэты, скользнувший по приглашенным, дал понять Элизабет, что перед ней уже совсем другой человек, не тот, которого она знала, и так трепетно любила!
Пока царственные особы дефилировали по холлу к входным дверям, народ благоговейно вздыхал и почтенно кланялся. Элизабет ни в чем не уступала в поведении, избегая отличаться от массы. Надо заметить, что ей это прекрасно удавалось. Никто так и не заподозрил, что рядом стоял человек, готовивший некий замысел.
Вот наконец-то массивные двери со скрипом открылись, впуская в холл дневной свет и свежий воздух. Все с облегчением вздохнули, и хлынули за царственными Господами, покидая холл.
Грандиозный фонтан на Дворцовой Площади, низвергал искрящиеся струи воды из пасти мраморного исполина. Казалось, что дракон, являющийся центром экспозиции, готов ожить и растерзать всех, кто посмеет посмотреть на него недобрым взглядом. Каскад ступеней, по которым дальше стекала вода, манил прохладой и навевал умиротворение.
Приглашенные заметно оживились, наблюдая за игрой света в струях воды. Великолепный фонтан не мог оставить равнодушным никого. Часть гостей осталась у фонтана, наслаждаясь его прохладой, а остальные проследовали за Господином.
Элизабет последовала за большей частью людей, чтобы сориентироваться в обстановке. Обогнув замок, обитатели Норемэта вышли в большой парк. Его красота была необычной и завораживающей. Парк тянулся вдоль высоких стен замка и длился несколько миль, огибая замысловатые изгибы стен и башен Норемэта. Парк был не широк, так как его размеры были ограничены с одной стороны — стенами замка, с другой- волшебным лесом, опоясывающем Норемэт. Пространство от стен до леса было меньше мили, но парк, созданный на этой территории был превосходен.
 
Вдоль стен и вдоль леса были высажены голубые ели. Они все были одинакового размера, как нарисованные. Их раскидистые мохнатые ветви откидывали причудливые тени на гранитные стены замка. Ели росли довольно близко друг к другу, образуя живую изгородь.