Ибворк. Книга 2 (СИ)

— Так вот, сынок, — продолжил Грэкхэм, — вся проблема в том, что после смерти Джуди я боюсь, что ты тоже можешь измениться.
Ни один мускул не дрогнул на лице Джека, пока он лихорадочно соображал, что бы сказать такое, что не послужило бы отцу предпосылкой для предположений о том, что все самое страшное в понятии Грэкхэма уже случилось. Тем более что от дальнейшего развития разговора слишком многое зависело.
— О, отец, зря ты беспокоишься об этом! — воскликнул он как можно более беспечно. — Раз нам необходимо поддержание баланса Добра и Зла, то теперь надо будет подождать, когда боль потери моей любимой Джуди немного притупится и тогда можно будет мне жениться на какой-нибудь волшебнице из Кровби, чтобы Зло не возобладало во мне.
Грэкхэм облегченно вздохнул. Его сын даже не предполагал, что Джуди являла собой не Добро, а Зло в противовес Джеку. Это хорошо, что изменения не происходят так быстро. Скоро Джек вновь женится на какой-нибудь смазливой колдунье из Ибворка и все будет хорошо. Эта мысль утешила Грэкхэма, ибо до этого он не столь скорбел о Джуди, сколько переживал о том, что скоро его младший сын выйдет из-под его контроля, и ему придется вновь с помощью волшебства сдерживать попытки Джека перейти на сторону Добра. Ему не хотелось этого делать, так как при злоупотреблении наказаниями сына, Грэкхэм мог лишиться своей силы. Колдовство, направленное против сына, ослабляло его силы.
— Папа, я хотел просить тебя об одном одолжении, — вкрадчиво произнес Джек, приступая к самой сути причины, приведшей его к отцу.
— Я слушаю тебя, сынок, — заботливо произнес Грэкхэм, проявляя участие. Он даже положил руку на плечо Джека.
— Ты знаешь, Джуди часто жаловалась мне, что ей не хватает свежего воздуха и ощущения простора. Мы часто гуляли с ней во внутреннем дворе замка, но она всегда с тоской взирала на волшебный лес, который окружает Норемэт. Она делилась со мной мечтой о том, что ты устроишь пикник, и он будет проходить на поляне в этом лесу. Увы, она так и не смогла насладиться дивным лесом.
Джек тяжело вздохнул, и его глаза заволокла слеза. Да, чего только не сделаешь, чтоб разжалобить отца. Скрыв лицо в ладонях, он изобразил всхлипывания, а затем, растерев по лицу не существующие слезы, попытался «взять себя в руки»
— Прости за внезапную слабость, — продолжал он. — Я слишком сильно её любил. Мне тяжело.
— Я тебя понимаю, — задумчиво произнес Грэкхэм, вспоминая в этот миг свою жену.
— Так вот я хотел бы выполнить её желание, — выдохнул Джек. — Я прошу тебя устроить пикник, чтобы все, кто будет на нем, могли вспомнить мою любимую.
— Ты хочешь сказать — поминки? — уточнил Грэкхэм.
— Нет. Именно пикник. Хватит слез и причитаний. Джуди была веселой и ей бы очень понравился пикник.
Сердце бешено колотилось в груди юноши, так как от ответа Грэкхэма теперь зависело слишком многое. Если он не согласится, то Лиз не сможет воспользоваться помощью Селины, а так, во время пикника ей ничего не стоило разбить Шар, так как в лесу это волшебство отследить было бы невозможно. Все что происходило вне стен замка, оставалось незамеченным для зоркого ока смотрителей Норемэта.
— Пожалуй, ты прав, — внезапно согласился с ним Грэкхэм. — Это, действительно, возможно. Только придется поставить на ограду, окружающую лес, заклятие непроникновения, чтоб никто не смог незамечено покинуть пределы замка и не смог войти. Потом большого труда не составит с помощью Чаши Событий проверить, не остался ли кто в лесу, и вновь снять заклятие с ограды, когда все обитатели замка вновь окажутся в нем.
Джек мысленно возблагодарил всех своих предков, которые ввели закон устраивать пышные балы и пикники в честь умерших. В Кровби и Обычном Мире долго скорбели по усопшим, а в Ибворке траур длился недолго, переходя в пышные банкеты. По мнению жителей Ибворка, такие празднества помогали родственникам, как можно скорее, прийти в себя после смерти близких, а самим почившим, которые, как правило, обитали какое-то время в виде привидений, праздники помогали уйти в КровбИбворк с легким сердцем и радостными помыслами.
 
* * *
Лео, как и обещал Элизабет, во время очередной охоты раскопал Шар, и незаметно пронес его в псарню. Да, хорошо было быть Псом — никакого контроля и слежки. Через Лори он сообщил Элизабет, что Шар у него и хорошо спрятан. Но для этого девушка должна была выйти из замка. Однако Лиз не рискнула сама проситься на псарню, да и предлога побывать там не было. Не просить же Грэкхэма отправить её убрать за собаками?! Хорошо еще, что Грэкхэм как-то потерял бдительность. Он уже не мучил девушку ненужными требованиями и приказами. Он, как будто, просто забыл о её существовании. По ночам девушки уже не танцевали в Зале и балы не проводились в связи с трауром. Может потому, что танцовщицы не мелькали у него перед глазами, ничто не напоминало Грэкхэму о существовании красивой хрупкой девушки из Обычного Мира, которая находилась в его замке. А может, просто он понимал, что она ничем не сможет навредить ему, потому и оставил её в покое. Он был доволен уже тем, что она не крутится на виду у Джека, что могло бы способствовать восстановлению памяти его сына. Короче говоря, ему было вовсе не до Элизабет. Забот у него и так хватало.
За Шаром на псарню отправился Джек. Действительно, это был наиболее безопасный способ, так как его никто ни в чем не мог заподозрить. Он был одним из хозяев замка, так что он что хотел, то и делал.
Пронеся в Норемэт розовый Шар, Джек возлагал на него огромные надежды. Сам он не знал, как можно помочь любимой выбраться из Ибворка. Здесь её ожидала неминуемая гибель, и выхода из сложившейся ситуации никто не видел. Покинуть тайком замок не представлялось возможным, а смириться с положением и покориться Грэкхэму Элизабет просто не смогла бы. Она хотела прочесть Седьмую Книгу. Но как? Молодой человек даже не представлял, как можно заставить отца силой или хитростью предоставить Книгу в распоряжение Элизабет. Это был замкнутый круг.
Передав Шар Элизабет, Джек убедился, что с ней все в порядке. Девушку никто не тревожил. Хорошо, что Джек позволил себе немного и незаметно поколдовать, наслав на зал охоты чары забвения. Теперь об этом зале просто никто не вспоминал, как будто его не было в Норемэте вовсе. Даже дверь в него слилась со стеной, чтобы ничто не выдавало это помещение. Может именно благодаря этим чарам, и Грэкхэм временно забыл об Элизабет? Джек этого не знал, но хотел надеяться, что так оно и есть. Только как долго он еще сможет морочить голову окружающим этим заклятием? Тем более, что рано или поздно, Элизабет придется покинуть пределы зала, или же Грэкхэм, обратившись к своей магии, или прибегнув к помощи Чаши Событий, обнаружит её местоположение и вспомнит о её существовании. Этого допустить было нельзя. Промедление было смерти подобно. Хорошо, что пикник был запланирован уже на завтра, и ждать оставалось немного.
Вся троица — Элизабет, Джек и Лори очень волновались. Да, уже завтра они смогут беспрепятственно, на несколько бэмсов, покинуть замок, но при этом надо было еще и оставаться незамеченными.
— Жаль, что мы не попросили Лео принести еще и Шапку-невидимку, — сокрушалась Элизабет, ругая себя за столь серьезный промах.
— Ты что, совсем забыла обо всем? — удивилась Лори.
Джек вообще не понимал о чем идет речь, а потому просто не вмешивался.
— Что я забыла? — не поняла девушка.
— Ну, вот те раз! — возмущенно пискнула Лори. — Еще когда в самом начале мы пытались попасть в Норемэт, уже тогда выяснили, что пользоваться Шапкой-невидимкой нельзя, так как нас тут же могли обнаружить привидения. Как ты могла забыть об этом?
 
— И действительно, — согласилась с ней Лиз.
— Но как же тебе пройти в лес незамеченной, в то время, как огромная толпа ведьм и колдунов будут шнырять туда-сюда? — задумался Джек.
— Ребята, вы меня просто удивляете! — воскликнула Лори. — Ну, неужели только с помощью волшебных штучек можно смешаться с толпой? Лиз, вспомни, как ты вышла из положения на острове Ворлов!