Скандальное красное платье
- Я думаю, что та женщина все еще жива в вас, леди Госсетт. Иначе вы не стояли бы на этой палубе.
Пиппин вернулась в каюту с первыми лучами рассвета.
Слова Нейта не выходили у нее из головы. «Тогда почему он хранит в своем сундуке пару красных шерстяных носков?»
Эта новость ее ошарашила. Дэш все еще хранит носки, которые она вязала для него? Те, которые под руководством тети Минти она вязала, чтобы скоротать время, обдумывая план, как вытащить Дэша из тюрьмы Маршал-си, куда его бросили после ареста у Сетчфилда.
С каждой петелькой она молилась, что найдет способ спасти его, пока королевское правосудие не отняло у него жизнь.
Прежде чем второй носок был закончен, она придумала смелый план, который посрамил королевский флот и лучших агентов короля. До сих пор ходят легенды об ангеле в красном шелковом платье, спасшем узника из мрачных недр тюрьмы.
Словно он того достоин…
Пиппин, опустившись на колени перед чемоданом, рылась внутри. Все глубже и глубже запускала она руку, пока пальцы не наткнулись на гладкий прохладный шелк платья.
Не надо было его брать с собой, поскольку она его не наденет. Но даже если и осмелится, Пиппин сомневалась, что роскошное красное платье и его легендарная сила смогут спасти Томаса Дэшуэлла из того ада, в который она его бросила.
Глава 10
Пиппин проснулась на следующий день от яркого солнечного света, заливавшего каюту.
- Черт! - пробормотала она и, повернувшись, натянула на голову одеяло.
Но теплый свет преодолевал все преграды, и под мерное покачивание корабля она отбросила одеяло и поднялась. Одевшись, Пиппин оглядела свою маленькую тюрьму и снова выругалась.
Рядом с вязанием лежал роман, который Талли назвала восхитительным. Пиппин подозревала, что кузина сама его сочинила и опубликовала под чужим именем. Дипломатический корпус косо поглядывал на жен с «литературными наклонностями». Но Талли писала с благословениями Ларкена, несмотря на риск для его карьеры, и издавала свои творения под псевдонимом Араминта Фоллифут, в память об их давней компаньонке. Пиппин улыбнулась. Тете Минти понравилась бы скандальная слава, которой книги Талли пользовались в благородных кругах. Старушка была романтична.
Но даже заманчивые приключения Талли не удержали Пиппин в каюте, вдали от Дэша. «Я заплатила за путешествие», - решительно напомнила она себе. Она знала, что сказала бы тетя Минти. «Черт с ним, с этим болваном, дорогая. Это твое приключение».
Ее приключение…
Пиппин провела большую часть жизни, мечтая об этом. Плыть к далеким берегам, вдыхать запах пряностей на их родине, увидеть чудеса света наяву, а не в дамском журнале. По словам Натаниела, впереди еще добрых двадцать суток пути, и она не намерена провести их в каюте.
Она схватила шляпку - дань моде, - ведь она не собирается явиться в Балтимор в веснушках. Похоже, трудно будет объяснить, почему респектабельная английская вдова и к тому же виконтесса путешествует даже без горничной.
О да, размышляла она, выйдя на палубу, это настоящее приключение. В ярком солнечном свете небо сияло синевой до самого горизонта, лишь редкие белые облачка плыли в вышине над пенистыми волнами. Улыбнувшись, Пиппин направилась на корму. Над головой реяли паруса, ловя ветер, корабль летел по волнам.
Брент всегда говорил, что Великобритания может властвовать над морем, но американцы будут управлять волнами, поскольку не боятся использовать все паруса и летят вперед, как стая непокорных дельфинов.
Повернувшись, она поискала глазами Нейта, но его не было видно, на его месте у штурвала стоял другой помощник, мистер Клеменс, припомнила она.
Команда «Эллис Энн» работала, проверяя оснащение и поддерживая порядок на судне. Дэш когда-то говорил ей, что именно потому захватил во время войны так много кораблей, порой превосходивших его в вооружении, скорости и маневренности, что держал судно в идеальном порядке и набирал в команду людей, которые знали свое дело и заботились о судне, как о бессмертной душе собственной матери.
Похоже, некоторые вещи не изменились.
Время от времени ей доводилось слышать причитания Джона по поводу жалкого Состояния моряков королевского флота. Команда Дэша казалась приличной и работящей, включая Финна, мальчишки, который пару раз приносил Пиппин поднос с едой. Теперь он сидел на бухте каната неподалеку от нее и что-то жевал.
Моряки искоса поглядывали в ее сторону, некоторые открыто глазели на нее, но Пиппин понимала, что одинокая пассажирка - это несколько странно даже для американского судна.
Она снова поглядела на небо, к ее неудовольствию, у нее в животе заурчало самым неделикатным образом. Желудок протестовал против отсутствия завтрака и обеда.
Финн хихикнул, как сделал бы любой мальчишка на его месте.
Когда Пиппин глянула в его сторону, он, смутившись, прикрыл рот ладошкой и отвел взгляд.
- Ты слышал? - улыбнулась она ему. Мальчишка ей нравился, он напоминал ей Джона, которому в таком же возрасте подобные звуки тоже казались ужасно смешными.
- С вашего позволения, мэм, - улыбка приподняла уголки его губ, - даже в Китае, наверное, было слышно.
Пиппин рассмеялась.
- Думаю, это потому, что ты забыл принести мне поднос утром.
Мальчик вскочил.
-Нет, мэм. Это приказ мистера Дэшуэлла. Он велел не беспокоить вас сегодня утром. Сказал, что вы с капитаном вчера малость повздорили. - Финн прикусил губу, явно сообразив, что сказал больше, чем следовало.
Пиппин покачивалась на каблуках.
- Да? Как любезно с его стороны.
Финн потянулся к оловянной тарелке, стоявшей на бухте каната.
- Хотите лепешку, мэм? Кок только что их приготовил, и в них нет ни одного долгоносика.
Пиппин было подумала отказаться, но мальчик говорил так искренне и так старался загладить свой промах, что она взяла предложенное угощение, села на канат и стала есть. К тому же она действительно проголодалась, а лепешка, как и говорил Финн, была свежая и весьма вкусная.
За едой Финн рассказывал о жалобах кока и о шутке, которую кто-то сыграл над мистером Дэшуэллом, когда они плыли к Англии. Пиппин внимательно слушала. Ей показалось, что мальчик скучает по дому, поскольку он с горячностью говорил о возвращении в Балтимор, о вкусных пирогах своей матери.
- Ягоды уже поспеют, когда я вернусь, и мама приготовит с ними пирог, который во рту тает, - сказал он. - Она не удивится, когда я один его съем.
- Да, конечно, - пробормотала Пиппин, наблюдая за командой. Мужчины сновали мимо, с любопытством поглядывая на нее, будто сомневались, кто сидит у них на палубе: дама или альбатрос.
- Финн?
- Да, мэм?
- Почему на меня так смотрят?
Он замер, поднеся ко рту третью лепешку.
- О, они знают про вас, но некоторые сомневаются, что это действительно вы. - И Финн принялся с аппетитом уплетать лепешку.
Прикрыв глаза, Пиппин покачала головой.
- Ты хочешь сказать, потому что я виконтесса?
- Кто? - удивился мальчик.
- Виконтесса. Они смотрят, потому что они никогда прежде не видели леди?
- Видели, - ответил Финн, не ведая различия между настоящей леди и теми «леди», с которыми водили знакомство моряки. - Но никогда не думали, что увидят вас.
- Меня? Уверяю тебя, во мне нет ничего особенного.
- Есть, мэм, - фыркнул Финн. - Вы леди в красном.
Пиппин, разинув рот, застыла с лепешкой в руке.
- Кто?
Не надо было спрашивать, она знала, что он имеет в виду.
- Леди в красном, - повторил Финн, - которая спасла капитана от виселицы. Мистер Харди все мне рассказал о вас перед смертью. Почти вся команда слышала эту историю. «Никогда не было создания храбрее и прекраснее», - всегда говорил мистер Харди. Мальчик улыбнулся ей. - Вот уж не думал, что встречусь с легендой. Кроме капитана, с вашего позволения.
- Я, правда, не знаю, о чем ты говоришь, - произнесла Пиппин натренированным в обществе тоном, который означал: «Я предпочитаю не вспоминать этот случай».