Конфеты (СИ)

Частиц плоти было не так уж много снаружи, большую часть Снег конденсировала в своё тело, но мне требовались именно они, чтобы суметь быстро исцелить или снять усталость с себя в случае чрезвычайной ситуации. Огонь или тень так же могли войти в дубинку, как и некромантия, но смысла в них я не видел.
Мой текущий объём был около четырёхсот, точнее уже 402. Управлять я мог им полностью, а вот восполнение было всего около сотни в секунду.
Для сравнения объём Снег превышал сто миллионов, но управляла она лишь двенадцатью… о! уже тринадцатью частицами для создания огненного шара не самого большого размера.
Я пытался раздуть свой объём, но уже давно тот прибавлял максимум по единице в день. Это было ожидаемо. Я подумывал о принудительном расширении приёма энергии, но перед приёмом в академию решил этого не делать. Кто знает, сколько придётся восстанавливаться в этот раз?
Между тем я опустил голову к Снег, которая приняла другую позу, но продолжала придерживать капюшон и создавать огонь, пусть уже другой рукой.
– Хорошо, поднимись, – скомандовал я.
Девочка потушила огонь и вцепилась в капюшон.
Я уже у неё много раз спрашивал, ей что, больно искать энергию, она всегда отвечала: «Непонятно. А непонятное неприятно!»
– Да не буду я опускать его, всё, я смирился, обучать тебя ощущать волшебство не стану. Попробуй активировать заклинание пространства, – скомандовал я.
Орчиха сразу расслабилась и вскочила. Капюшон сам собой сбился вниз, она его поправила, развела руки в стороны, и по её ладоням скользнул вихрь элементов пространства.
Хм, а в этот раз структура лучше. Причём объём, кажется, даже больше требуемого десятка.
В следующий миг пальцы заблестели кроваво-красным светом.
– Быстрее, скажи название! – произнёс я.
– Встряска! – послушно пискнула зелёная, а в следующий миг я понял то, насколько оказался прав, собирая из березняка домик без гвоздей. Мною оказалась пробита крыша. Я немного получил по затылку, но на это сейчас было плевать.
Снег стояла на небольшом островке посреди образовавшейся воронки и удивлённо смотрела на меня.
– Молодчина! У тебя явно куда более сильная склонность к пространству, – похвалил её я, однако взгляд девочки отчего-то потух, и она опала на землю. – Да, блин. Неужели померла?
Я протянул в сторону орчихи дубинку, готовый её активировать для лечения травм, однако аура зелёной не соответствовала умирающей. Наоборот, после некоторого мгновения ослабления, её аура резко усилилась.
Я отошёл в сторону. Раз всё в порядке, значит, надо не мешать.
Однако в следующий миг вихрь энергии приподнял тельце.
Надеюсь, она не становится какой-нибудь одержимой.
Тело зелёной засветилось белым светом и немного увеличилось.
Глаза открылись и начали мерцать разными цветами, пока не остановились на ярко красном.
Ага, повзрослела. Но аура сильнее не стала.
– Эволюция? – спросил я.
– Н-нет, я не слышала гласа об изменениях, – произнесла тем же голосом Снег, а в её ауре начала проступать ненужная мне эмоция страсти.
Я молча подошёл, надавил на подбородок, её уста открылись, я бросил туда небольшой шарик бордового цвета.
– Не жуй, просто проглоти, – произнёс я.
Снег молча выполнила требование, а её аура в тот же миг потеряла оттенок пробуждающейся страсти.
– Горько, привкус крови, но мне почему-то не нравится, – пробормотала повзрослевшая зелёная и начала отплёвываться.
– Понятно, но пока потерпи, – проворчал я.
С собой я носил эту штуку давно. Это был один из моих планов против «проклятья Лилит», добытый из книжки. Правда, там подобное предназначалось орчихам-жёнам после смерти мужа для утоления похоти. Использовалась черта, что самки орков имеют некоторые черты вампиров, то есть сильную чувствительность к крови.
При этом рецепт был достаточно прост: кровь, некоторые сорные травы и любой наполнитель (сахар, тесто или что-то ещё, не более 40% массы).
Всего было три рецептуры. Я использовал для наполнения успокоительные травы, похоже, это стало ошибкой. Снег – привередливая жёнушка. А для добровольного приёма нужно сделать что-то не слишком эффективное, что она попробует не принимать без надзора, пока я не вижу, а что-то вкусное, но не слишком, иначе сгрызёт запас без меры.
 
С этими мыслями я вернулся в поместье, помылся, поел и лёг спать.
Проснулся я посреди лунного света, что озарял нагую деву с блестящими красными глазами.
Если ранее Снег, в отличие от орчих в племени, молодое тело Олежи не интересовала, то сейчас реакция была мгновенной.
А вот мне было не до этого. Я взмахнул рукой, воздушные ленты покрыли тело повзрослевшей особы, буквально спеленали её.
– Ты всё-таки как-то избавилась от пилюли успокоения? – спросил я девчонку, бьющуюся под действием своей разгорячённой крови. Хотя взгляд был безумный, словно у животного в брачный период. – Понятно, надо изготовить новую порцию, которую не захочется выплёвывать. А пока… – я рассёк руку вдали от вен и приложил раной к устам орчихи.
Приказа не потребовалось, та присосалась, словно комар или пиявка.
Я выждал, пока её аура утратит красный цвет страсти.
Тьфу, розовый. Влюбилась во вкус моей крови, дрянь? Вампирша недоделанная!
Сама отцепилась, голова запрокинулась, и она засопела, уснув.
Я поднял её и положил на свою кровать.
Ладно, пока этого достаточно, но я применил цикличное обновление воздушных лент, чтобы обезопасить свой сон от этого «комарика», а делать пилюли решил на свежую голову.
Проснулся я на заре.
Снег лежала прямо, сложила руки крест-накрест, а в её ауре уже бегали красные искорки.
Нет, надо решать проблему.
Я встал и двинулся в сторону комнаты, которую до меня не использовали больше пятидесяти лет: алхимическую лабораторию, что была в потайной нише.
Если успокоительные травки, полынь там, ромашка и прочее, зелёной не нравятся, сделаю тупо наполнитель с орехами и мёдом. Может, и шоколадом?
Время экспериментов и кровопускания!
От производства пилюль, а по факту кондитерского дела с элементами вредительства своему организму, я отвлёкся только на закате, когда всё было готово.
– Да, хорошо, что орки – не люди, – пробормотал я.
Оставь я так Лилию… будем честными, оставлял. Ох, какой скандал потом был! Но мы тогда ещё не встречались, да я и не был в курсе, что она принцесса. Просто какая-то буйная смазливая девица напала на меня из-за угла.
В итоге я её спеленал магией, а сам пошёл сбывать трофеи с охоты, потом по каким-то ещё делам, вернулся домой через сутки. Человеческий организм был слаб и злопамятен.
С орчихой подобного не случилось. Возможно, из-за нового приступа похоти, который можно было заметить и без слежения за аурой: томное дыхание, покусывание губ, взгляд с какой-то поволокой, а так же тихая фраза:
– Ты вообще мужик? Ты мой муж, должен исполнить свой долг!
– Да-да, мужик и вот мой долг, – проворчал я и засунул версию из жжёного сахара с орехами и каплей моей крови ей в рот.
Красный оттенок сменился розовым:
– Ещё! – выдохнула она.
– Так, а вот этот? – произнёс я и засунул вариант с шоколадом и вишней.
– Е-е-е-щё! – протянула, рассасывая, орчиха, а её кожа как-то изменилась.
Я засунул ей в рот тот же самый вид.
Она потребовала ещё, но я следил за изменением цвета. Кое-где ещё оставалась зеленоватость, но в целом она почти не отличалась от обычной девушки, немного испачканной в чём-то зелёном. Я выдал ещё одну конфету.
На несколько мгновений вся зеленоватость ушла, но затем лицо стало зелёным, словно маска, после чего и к телу вернулся природный цвет.
– У тебя были сейчас какие-то новые ощущения? – уточнил я. Орчиха помотала головой, а потом закивала. – Если были, постарайся повторить.
– Мне надо запомнить чувство. Ещё сладенького хочу! – заявила Снег и открыла рот.
Ладно, эксперименты же. Я думал дать ей пока по одной пилюле каждого типа, но странный эффект меня заинтересовал. Так что она получила ещё порцию. Цвета снова зарябили, и передо мной лежала вполне обычная девушка.