Курьерская служба — 2. Новичок (СИ)

— Правда, — кивнул Джек. — Но это был честный бой. Дарька мог выиграть и получить крепостного. Но его навыки рихнер-игрока оказались слабее.
— Иван Абрамов… Ты же упоминал, что Микув затем продал его тебе?
Джек отвёл взгляд.
— Продал… Ему нужны были деньги. Я этого Ивана в полевые медики сдал, теперь в Новой Бессарабии трудится в медицинской миссии.
Дед хитро посмеялся.
— Пятая карта… О, я повышаю, Дарь… Ты тоже? Вскрываемся? Что ж, твоя взяла.
Начался следующий кон. Мне пришли единица и император. Дед же елозил на месте, словно хотел что-то сказать. Судя по всему, у него был какой-то план.
— Я вот думаю. Ты, Джек, сказал, что бой был честный. Нынешняя игра ведь тоже честная, ведь так?
— Конечно. Поднимаю на двадцать.
— И ты проигрываешь, я посмотрю? Сколько… минус триста? В то время как у моего внука уже больше тысячи. Ты не думал поставить на кон Ивана Абрамова? Обмен будет почти равносильный, а разницу Эльдар заплатит. Ведь так?
— Хм… Тимофей Евгеньевич, разве это разрешено?
Граф развёл руками, но лицо было довольное, как у заядлого спортивного фаната, наблюдающего интересный поединок. На лице Джека же отразилось сомнение.
Я покачал головой.
— Нет, дед. Я больше не играю на крепостных. Поддерживаю, двадцать.
У него явно пришла хорошая комбинация. На стол легли три первые карты. Это оказались двойка, семёрка и король, все разных мастей. Пока что у меня не было ни одной комбинации, просто старшая карта — “Император”. У Джека же могли быть и пара “императоров”, и пара, и тройка упомянутых номиналов.
— Пас.
— Пас.
— Поднимаю на сорок! — оскалился Джек.
В игре остались мы четверо — Андрон, я, Джек и мой дед. Дед снова подмигнул мне.
— Ты трусишь, внучок? Боишься потерять деньги, ведь так? Следующая ставка.
Андрон поднял до десятки.
— Если тебе так это хочется, то — да, дед. Я трушу. Я боюсь потерять деньги. Если я проиграю эту тысячу — то мне придётся закрывать вклад, и я останусь вообще без накоплений.
— А знаете, я согласен! — вдруг сказал Джек. — Ставлю на кон всё. И крепостного Ивана Абрамова.
— Ставлю всё… Хотя нет. Пас… — определился Андрон.
— Хорошо, — кивнул я и пододвинул все многочисленные стопки фишек на середину стола. — Ставлю олл-ин, тысячу сто семьдесят две фишки.
В этот миг я почувствовал ментальную атаку. В моё сознание словно подул резкий, ледяной ветерок, стремящийся выдуть у меня из головы важную информацию.
— Так, — нахмурился Тимофей Евгеньевич. — Во-первых, пас. Во-вторых — кто-то только что применил телепатическую манипуляцию. И, судя по всему, это был ты, Трофим Степанович. Попрошу тебя покинуть стол. Я велю камердинеру перевести фишки и выписать чек. Я вижу… Минус семьдесят, так? Не очень много.
Музыкально-гостиничный магнат поджал губы, но вскоре изменился в лице и кивнул.
— Простите. Это получилось почти инстинктивно. Не сдержал любопытство. В качестве извинения повторно предложу вам, Эльдар, и вашему коллеге посетить наш завтрашний фестиваль. Раз уж вы всё равно задерживаетесь. Предъявите на входе в зону почётных гостей мою визитку.
Он достал из кармана и передал карточку.
— Пас, — сказал дед. — Вскрывайте сразу четвёртую и пятую.
Четвёртая карта оказалась единицей. А пятая — “Императором”. У меня в руке была пара из единиц и “Императоров”
— Вскрываемся, Цим-Циммер? Пара королей и пара двоек!
— Тоже две пары, Джек. Единиц и Императоров.
— Твою мать! Твою мать!
Евгений яростно задолбил кулаком по столу, отчего все пирамидки из фишек попадали. Его дядя, отсевший от стола к бару с напитками, привстал и положил руку ему на плечо.
— Держи себя в руках. Если ты играешь со взрослыми и дал слово — выполняй его. Открывай “Мой Дворъ”. И проводи транзакцию, Тимофей Евгеньевич поможет с подключением к ресурсу. Завтра я помогу подготовить бумаги по переводу крепостного между домами. Вы же останетесь в городе?
— Да. Я полагаю, на этом мы и выйдем из-за стола, — сказал я и потащил Андрона за рукав. — Банк твой, Джек.
После пересчёта — логика с добавлением нуля к стоимости фишек была сложной, но мы разобрались — мне всё же пришлось доплатить четыреста пятьдесят рублей к установленной стоимости Ивана Абрамова.
 
— Не переживайте, — остановился меня Тимофей Евгеньевич. — Пусть это будет моими чаевыми. Дополнительными, включая те, что я добавил к заказу.
Андрон же проиграл сто пятьдесят и был этому очень не рад. Дед отвёл меня в сторону и крепко пожал руку.
— Пока, внучок. Не обещаю, что увидимся ещё, у меня очень много дел… северные женщины такие горячие, знаешь ли.
— Увидимся, — кивнул я.
— Ах, да… Отец ничего не говорил? По поводу твоего отчисления, может?
— Ничего, — я покачал головой.
Он снова вгляделся в меня своим хитрым прищуром, но потом кивнул — не то одобрительно, не то разочарованно.
Уже по дороге в такси мы заглянули в мобильники. Ранг повысился, а чаевых к выплате в конце месяца прибавилось — на двести сорок рублей.
“Циммеръ Эльдаръ Матвеевичъ. Подпоручикъ. Рангъ: стажёръ-отличник. Рейтингъ: 4,9 балловъ. Выполненныхъ поручений: 15. Заработано премиальных: 411 руб. Характеристики: учтивый (8), скоростной (4), приятный собеседникъ (5), отличникъ (6), удачный выборъ места (1), устранитель препятствий (1)”. 
— Жмотяра. Мог бы и больше, — проворчал Андрон, который тоже посмотрел на результаты. — Понимаю, честные десять процентов, но за такую командировку…
— Нам же должна ещё канцелярия докинуть? За то, что мы застряли ещё на пять дней.
— Должна. Дозвониться до Кучина не получится. Я заказал звонок, но очередь на ожидание будет дня два. Завтра попытаюсь сходить в местный офис Курьерской службы. Особого отдела тут нет, но, наверняка, у них есть сенс-коммутатор на такой случай. Для связи с Москвой.
— Может, съедем из гостиницы? — предложил я. — Не нравится мне этот музыкальный директор. Странный он. Явно что-то замышляет.
— Не знаю. Хочешь сказать, ты лучше меня разбираешься в людях? Хм. Не исключено. Просто его финальный жест с визиткой. Я, по правде сказать, хотел бы побывать у него на фестивале. А что у тебя за ерунда с однокурсником? Расскажи.
Я рассказал — коротко и в общих словах. Продолжили разговор вместе с Сидом, засиделись до полуночи и разошлись по номерам, когда уже совсем клонило в сон.
На утро Андрон поехал в офис, а я же попытался дозвониться до деда. Он упорно не брал трубку. Написал письма и Нинель Кирилловне, и Алке — короткие и, возможно, суховатые, без эмоций. Не столько из-за сомнений и иллюзии сделать выбор, сколько из-за экономии времени, дескать, застрял надолго, проклятый вулкан, много работы и всё такое.
Ближе к обеду в телефоне раздался звонок.
— Зеленогорье? — услышал я голос отца. — Дальноморск же?
— Да!
— Дед там. Держись от него подальше! Держись подальше, понял?
— Поздно. Вчера играли в карты с ним. И с местной влиятельной особой, чья фамилия начинается на “Л”. И с двумя из “Единорогов”, включая Джека.
С противоположной стороны трубки раздался нечленораздельный возглас.
— Не переживай, отец. Всё нормально. Выиграл обратно Ивана Абрамова. Господин на букву “Л” был чрезвычайно добр. Мы тут решили некоторые его проблемы.
Отец фыркнул в трубку.
— Ещё бы он не был. Наверняка, навёл справки о том, чей ты — сын.
— Он тоже в?..
Я решил не говорить слово “Общество”, но отец понял.
— Нет. Ты не поверишь, но… боится. Именно так.
— Дед! Мне доверять ему или нет?
— Мы уже говорили об этом. Я не знаю, на кого он работает. Может, на нас, может, на одну из государевых контор. А может, на “Северную Унию”. Как ты уже понял, я не особо высокого ранга, и многое мне неизвестно. Потому — держись подальше. Мало истории с Искандером в детстве… Прости, что вспомнил.
Снова Искандер. Я нашёл такую запись в телефонной книжке, но ни звонков, ни переписки там не было. Решил перевести тему, тем более, что были вопросы поважнее.