Сто страшных историй

Меня передернуло. Очень надеюсь, что это не отразилось на моем лице.
– А что дальше? Дальше он на речку ее повел – мириться. Это сам Мэмору так потом рассказывал. Врал, думаю, но точно не скажу. Может, и правда? А она возьми и утони… Толкал он ее, не толкал – кто теперь дозна́ется?
– Я дозна́юсь. Это все?
– Все, господин. Клянусь, ничего не утаил!
То ли Мэмору устал ждать, пока мать помрет от голода, то ли всё же опасался возможного фуккацу – мало ли?! – и решил подстроить дело так, чтобы мать сама упала в реку и утонула. И в итоге просчитался. Или не просчитался?
«Десять дней или больше…»
Кажется, пришла пора наведаться в обитель Вакаикуса.
 
3
 
Свидетельство истинной святости
 
С визитом в обитель у меня не вышло. Посыльный юркой ящеркой выскользнул из ворот Правительственного квартала, когда я поравнялся с ними и совсем уж собрался пройти мимо. До управы рукой подать, но делать мне там было совершенно нечего. Незаконченное дознание ждало завершения, вопросы без ответов жгли язык. Сейчас я нуждался в советах святого Иссэна, как никогда раньше.
Но судьба и господин Сэки решили иначе.
Увидев меня, посыльный просиял: воистину, и собака натыкается на столб [16]! Теперь не нужно бить ноги, с языком на плече искать дознавателя Рэйдена непонятно где.
– Рэйден-сан! Господин Сэки велел вам передать! Он ждет вас у себя с докладом в начале Часа Овцы [17]!
Резко остановившись, я ощутил себя той самой собакой, налетевшей на столб. Всеми мыслями и чаяниями я был уже в обители Вакаикуса, излагал историю этого дела, выслушивал мудрые советы…
Но с начальством не поспоришь, особенно если у тебя их два.
– Да, я понял.
Пришлось идти в управу. Час Лошади уже пробил, до начала Часа Овцы оставалось не так много времени. Раз не удалось навестить святого Иссэна лично, напишу ему записку. Кратко изложу все самое существенное и спрошу совета. Пусть назначит время, когда мне к нему явиться, или ответит письмом – как сочтет нужным.
Закончив писать, я вложил послание в бамбуковый футляр и вручил его Широно.
– Быстро отнеси это в обитель Вакаикуса святому Иссэну. Дождись ответа и сразу ко мне. Все ясно?
– Да, господин.
«Господин»? А ведь верно! Он… она ни разу…
– Стой! Дай сюда письмо.
Я торопливо сделал приписку внизу послания и вернул письмо Широно.
– Теперь иди. Поспеши!
Далекие удары храмового колокола, возвещавшие начало Часа Овцы, застали меня в приемной господина Сэки.
* * *
– Рэйден-сан? Ваша точность делает вам честь. Надеюсь, с делом, которое вы ведете, все обстоит так же хорошо, как с вашей пунктуальностью. Отчет готов?
Можно подумать, он не заметил, что я заявился к нему с пустыми руками. Карп, высунувшись из волн на стене, наблюдал за мной с насмешливым интересом: как-то я буду выкручиваться, не оправдав высоких ожиданий?
Выкручиваться я не стал.
– Виноват, господин Сэки! – я ткнулся лбом в пол. – Дознание еще не закончено.
– Я был о вас лучшего мнения, Рэйден-сан.
– Виноват!
– Вы тянете с вердиктом третий день!
– Я достоин самого сурового наказания!
– Это уж мне решать, чего вы достойны. Докладывайте, почему затянули расследование?
В брюзгливости вопроса прятался интерес. Кто другой и не заметил бы, но три года службы под началом Сэки Осаму сделали меня знатоком перемен начальственного настроения. А еще я прекрасно понимал, что господин Сэки намеренно позволил мне услышать его интерес. Уж чем-чем, а голосом этот человек владел не хуже ведущих актеров Кабуки – и сейчас счел возможным слегка ободрить меня, ничтожного.
Я с готовностью ободрился и изложил.
– Значит, все-таки Дракон-и-Карп, – задумчиво подытожил господин Сэки после долгой паузы. – А ведь выглядело как заурядное фуккацу… Вам следует поставить в известность святого Иссэна.
– Да, Сэки-сан! Это воистину мудрое решение!
 
– Не морочьте мне голову, льстец. Уверен, вы уже были у него или вот-вот собирались.
– Я отправил в обитель слугу с посланием. Жду ответа.
– Хорошо. Не вздумайте предпринимать какие-либо действия без его одобрения!
– Да, Сэки-сан! И без вашего?
– Когда это вас интересовало мое одобрение? По-моему, это дело необычно даже для Дракона-и-Карпа. Я требую от вас предельного внимания и осторожности!
– Слушаюсь, Сэки-сан!
* * *
Широно вернулся так быстро, что ввел меня в заблуждение. Я уж было решил, что он не нашел святого Иссэна, а то и вообще не добрался до обители – и собрался устроить слуге хорошую взбучку. Но он, поклонившись, вручил мне футляр с ответом настоятеля. Широно, хитрец, ты что, на лошади скакал? Кто позволит разъезжать на лошади слуге, да еще и в маске каонай?! Или ты умеешь летать, как говорят рассказчики удивительных историй?
Я вскрыл футляр.
Уважаемый Рэйден-сан,
 
Сообщите, где похоронена эта женщина, есть ли рядом с местом ее погребения храм – и, по возможности, ручей при нем.
 
Содзю Иссэн из храма Вакаикуса
Вот оно, свидетельство истинной святости! Законы кармы и суть милостей будды Амиды непостижимы для простых смертных. Точно такой же загадкой оказалось для меня и ответное письмо настоятеля Иссэна. Храм? Ручей? Святой человек, никаких сомнений!
Несмотря на общую загадочность послания, вопросы в нем содержались конкретные. Я вспомнил кладбище Три Лилии, могилу без таблички с посмертным именем – опять забыл спросить у мерзавца-перерожденца, куда она подевалась! – храм за деревьями, журчание ручья…
Написав новое письмо, я предупредил Широно: если к его возвращению начнут закрывать квартальные ворота – пусть идет прямо к нам домой. Но он успел сбегать и вернуться – незадолго до закрытия управы. Второе послание настоятеля содержало подробные и вполне понятные инструкции. Завтра нам предстоял интересный день.
 
4
 
Только не в храме!
 
– Поставь корзины на место. Пойдешь со мной.
Мэмору вздрогнул. Втянул голову в плечи, словно ожидая удара, медленно обернулся. Выполнять указание он, впрочем, не спешил. Так и стоял, держа на плечах шест с корзинами, доверху полными творога. Ноша ощутимо гнула разносчика к земле. Хорошо, что я застал его дома. Ушел бы торговать – ищи его по всему городу!
Мэмору что-то прожевал, сглотнул – на шее дернулся острый кадык.
– Доброго вам утречка! А можно узнать, зачем?
– Можно, – смилостивился я. – Тебя желает видеть святой Иссэн, настоятель обители Вакаикуса.
– Чем недостойный разносчик тофу заслужил такую великую честь?
Страх, растерянность. И на лице, и в голосе. Вполне ожидаемо.
– Тем, что заврался! – не отказал я себе в удовольствии. – Тем, что уже и не понять, кто ты таков на самом деле!
– Мэмору я! Мэмору! – он мотнул головой вправо-влево, указывая на корзины в подтверждение своих слов. – С Малого спуска!
И ногой для убедительности притопнул: вот он, Малый спуск! Живу я здесь, сами видите!
– Вот настоятель Иссэн в доброте своей и согласился помочь выяснить, кто ты есть на самом деле. Он святой, всех насквозь видит! Если ты и правда разносчик – тебе опасаться нечего. Ты же не боишься встречи со святым Иссэном?
– Я? Боюсь?! Это честь для меня. Праздник! Идемте.
Он сгрузил корзины под навес и решительно направился к воротам. Всем своим видом Мэмору показывал: это я-то боюсь? Просто хочу, чтоб все поскорее закончилось.
Что ж, тут я был с ним согласен.
Сегодня дождя не было, но и солнце не показывалось. По небу слоями, один над другим, неслись серые тучи. Казалось, наверху идет большая драка сразу на нескольких небесах – и над головами смертных летят клочья рваных кимоно. Странно, что небожители сплошь рядились в однотонные одежды. Или это они нападение демонов отбивают? Тогда все хорошо: от демонов серые клочья летят, а благородные небожители потерь не несут!