Живи и ошибайся (СИ)

С беспокойством я пролистал несколько страниц, описывающих холерные бунты в Москве, Тамбове, Севастополе. Несмотря на все карантинные меры, Петербург узнает о холере через год.
— Алексей, ты в курсе предстоящей эпидемии? — не мог не спросить я.
— Знаю, читал. Наш регион не попадёт в карантинную зону. Тем не менее нужно ограничить визиты посторонних людей. Когда портной уедет, больше никого не приглашай. Ни купцов, ни торговцев.
— Мог бы сразу сказать, — возразил я.
— Не успел, мы же с этой пахотой совсем забегались.
— Говорить крестьянам или не стоит сеять панику?
— Не нужно. Холеру сейчас принимают за чуму. Крестьяне безграмотные, начнут зря паниковать, найдут виновников всех бед. Слышал, что поп про болезни рассказывал?
— Идиот, — высказал я свое мнение.
— Ты не знал, что оспа — это баба с волдырями вместо глаз? — усмехнулся Алексей. — На языке у неё яд. Кого оближет, тот и заболевает. А что? Не так уж и далеко от истинной причины распространения вирусов.
— А как тебе то, что «болезни живут между небом и землей в железном доме с медными дверями и наложенными на них Богом двенадцатью замками и двенадцатью печатями? Ключи от этих замков хранятся у дьявола. Когда Господь гневается на человека, он посылает ангела выпустить одну из болезней. Ангел прилетает к дому, снимает печати, а Дьявол отпирает замки и выпускает болезнь. По указанию ангела она летит туда, куда нужно, и поражает человека, а затем ангел снова запирает ее в железном доме», — почти дословно процитировал я проповедь. — Ещё удивляемся, почему крестьяне такие дремучие.
— Да они и без попа имеют такие странные представления, что хоть стой, хоть падай. Знаешь, что мне Авдотья рассказала?
— Что беременная баба не должна шить по праздникам, а то зашьёт младенцу глаза или рот? — проявил я свою осведомлённость.
— А ещё нельзя чесать свою голову, иначе ребенок будет вшивым.
— Повезло, что только по праздникам, — поддакнул я.
— По пятницам тоже нельзя, роды будут тяжелые. Переступит через вожжи — ребёнок в кишках запутается.
— Кстати, я раньше был в курсе, что баба с пустым ведром, попавшаяся на пути, — к неудаче. Оказывается, если беременная перейдет кому дорогу, то нападут чирьи, а если она будет наблюдать за чисткой колодца, то вода дурной станет.
Узнали мы с Алексеем так много о приметах и жизни беременных по той причине, что три девицы из числа служанок оказались действительно на сносях. Авдотья уверяла, что дядюшка к этому отношения не имеет. Были гости у него. Тот же доктор без женского внимания долго не мог оставаться.
— Фёкла точно от дохтора понесла, — заверяла ключница.
Теперь у меня головная боль — девок замуж пристроить. Не то чтобы в обществе сильно осуждают дворовую девку, забеременевшую от господина, но какие-то приличия нужно соблюсти. А я всего в одной деревне и селе успел побывать. Наличием вдовствующих мужиков не интересовался. Или оставить девиц в усадьбе? Толком и посоветоваться не с кем. Алексей намеревается в будущем подбирать кадры из числа подростков. Его младенцы ничуть не волновали. Я же, увидев, в каких условиях живут дети, не мог успокоиться.
— Ты у самих девок поинтересуйся, чего они хотят, — порекомендовал Алексей. — Эти не такие затюканные, как деревенские. Вполне себе имеют представление о хорошей жизни. Думаю, что работать в деревне вряд ли пожелают.
— А здесь им работу Авдотья всегда найдет. Заодно я всем дворовым найду новые развлечения.
  
Глава 10
 
Соседи из числа помещиков письма и приглашения стали присылать с начала июня. Секретарь на них добросовестно отвечал. Мы с Алексеем подумали-подумали и решили нанять для себя кого-то вроде гувернёра. Пусть мы и большие мальчики, но лишним образование не будет. Хотя бы здешнюю грамматику узнаем и научимся правильно «яти» и «эры» вставлять. Можно было и секретаря напрячь, но мне хотелось французский подучить, да и с этикетом, принятым в обществе, ознакомиться. Пока же все письма за нас писал или писарь, или секретарь.
 
После демонстрации телес профессиональным стриптизером дамы-соседки потеряли покой и сон. Я ожидал, что больше всех заинтересуется вдова. Она как раз таки прислала лишь одно уведомление насчёт того, что, в принципе, в гости приглашает, но без конкретной даты, и по осени обязательно нужно вместе съездить на охоту.
Зато от госпожи Похвистневой письма прилетали каждую неделю. Подозреваю, что если бы позволяли приличия, она бы каждый день писала объекту своей страсти.
— Не Татьяна Ларина, но очень близко по стилю, — ухмылялся Алексей, читая очередное послание.
Она же, Мария Фёдоровна, и взяла на себя хлопоты по поиску гувернёра для двух взрослых учеников.
— К ним в Скворцовку какой-то разорившийся родственник приехал. В карты проигрался. Что-то ещё, — пересказывал Алексей содержимое письма.
— И чтобы им самим его не кормить, решили нам спровадить, — продолжил я.
— Одним ртом больше, одним меньше… — услышал я намёк на многочисленную дворню.
— Но-но! Они у меня, считай, на самоокупаемости. И картошку окучили, и сорняки пропололи.
— Сорняки, ага! — хохотнул Алексей, вспоминая, как Дуська выполола вместе с сорняками поросший укроп.
— Это она привлечь внимание пыталась.
Я наконец определился с предпочтениями, выбрав Настасью. Дуське обидно стало. Хотя я и не понял, в чём она увидела привилегии. Местные деревенские девки очень пугливые и скромные, но на дворовых крепостных это правило скорее всего не распространяется.
— Прибудут второго числа, — отвлёк меня от мыслей о дворовых девках Алексей, напомнив, что семейство Похвистневых заявится в гости, заодно и будущего гувернёра привезут.
— Где-то в этих числах поминки по дядьке, сорок дней, — припомнил я. — Нужно уточнить, как здесь положено их проводить.
Дмитрий Николаевич нас просветил, что после сорока дней заканчивается большой траур. Пусть я не дама и не придерживался тёмных нарядов, но после сорока дней могу позволить себе некоторые вольности в одежде и развлечениях. На самом деле прилично будет воздержаться год от поездок и балов. Собственно, я туда и не собирался ездить. Удивился про себя, что где-то в поместьях даже балы устраивают.
Зато понял рвение Похвистневых и почему у них «горит». Дочка вошла в брачный возраст. У здешних девиц время короткое. Ещё год-два, и уже перестарок. Начнут коситься и размышлять — отчего не просватана и в чём подвох?
Гостей мы ждали с большим нетерпением. Одно дело получать информацию от управляющего и совсем иной взгляд на события в стране и мире у дворян. Мы с Алексеем пока не вписались в местную жизнь. В глазах крестьян продолжаем чудить и удивлять народ. Где это видано, чтобы господа сами ездили по полям, проверяя посевы и работу крестьян, которая тяжела и трудна?
Насчёт трудностей жизни в это время я не спорю, про трёхдневную барщину я уже упоминал — три дня работы на помещика, три на себя и один выходной. А теперь прикинем, что мои крестьяне реально делают. Допустим, они потратили на сев в среднем две недели (пахали, боронили, сеяли). Дальше временный перерыв. Пока рожь взойдет, пока травы поднимутся. Косить траву и заготавливать сено где-то в середине июня начнут. Возить дрова на зиму считают ещё рано. Если бы я сам их не погнал, так бы и сидели, рассуждая о своей тяжелой доле.
Какой-то мелкий ремонт инструмента безусловно делали, что-то в домах чинили, но, ей-богу, бабы раз в десять больше работы выполняют. Они и воду из колодцев носят, и готовят, и стирают, и за детьми пригляд осуществляют. Опять же огород и прополка на бабах.
Предыдущее лето было засушливым, зима холодной. Яровых собрали мало, а озимые мои крестьяне не сеют. Пока не выяснил почему, но был полностью согласен, что оно того не стоило. Весна была холодной и голодной для деревенских. Снова те же бабы лебеду собирали, похлёбку из неё варили, потом грибы весенние или какую-то ещё съедобную зелень готовили. По сути до нового урожая все заботы, связанные с кормлением семьи, легли на женские плечи.