Курсанты (СИ)
— Курс построение! — эти слова мне скоро будут сниться.
— Ну что ж завтра у вас экзамен у каждого свой. — начинает начальник курса. — Нагружать не будем, готовиться надо. Но и пораньше отпускать не дело. Убежите еще на Волгу купаться, а завтра все не сдали, еще и заболели или утонули. В общем до обеда будет самоподготовка берем свои конспекты, билеты, учебники и будем готовиться. В нашем распоряжении лекционный зал номер один.
— У-у, — проноситься гул недовольны все, а особенно домпрошники.
— О! Артаньянов!
— Я.
— Что у нас на ужин?
— Не могу знать товарищ майор! — под всеобщий смех рапортую я.
— Да-а?! А я думал вы нам будете регулярно звонить? — спросил Орлов, но не дождавшись реакции продолжил о другом. — Вызывает меня сегодня заместитель начальника школы по боевой и служебной подготовке полковник Термитов, и рассказывает значит мне про наш замечательный и главное веселый наряд.
Строй замер в ожидании веселой истории, раздаются отдельные смешки уже в предвкушении потехи.
— Заходят они значит с начальником школы с генералом Григорьевым, с еще целой кучей полковников, и вдруг на всю столовую стоны! А-ах, ах! — изобразил Орлов как мог женский стон в процессе сексуального контакта. Весь курс замер от неожиданной завязки сюжета. — генерал спрашивает, что такое происходит? Пришлось полковнику словно дежурному бежать и разбираться что там происходит?! Может там изнасилование какое-то происходит?! Забегает полковник в зал приема пищи. — изображает майор грузного Терминатора. — И тут! Рах-Трах-Тибидох! Выдох-Вдох. Вперед-назад. Она рада и этот то же рад.
Курс в шоке большинство вообще не может ничего понять. О чем он вообще говорит? Реально сексом кто-то занимался в столовке? Вот это повезло, тогда кому-то. Но…
— И значит наши опера там Стасиков и Дождиков, — продолжает Орлов под еще большее удивление строя — Зажигают! — изображает танцевальное движение руками крест-накрест и нелепо двигает ногами. — Отпетые негодяи!
— Отпетые мошенники! — выкрикивает Дождиков, под нарастающий смех строя.
— Устроили, там дискотеку и танцы. Старший наряда Артаньянов!
— Я!
— Почему не доложили о замечаниях?!
— Не было замечаний товарищ майор!
— Ну конечно, какие замечания? — ласково говорит Орлов, — ведь всем так понравилось. Что и генерал, и все полковники присоединились к вашей дискотеке и танцевали вместе с вами! За громкую музыку что же похвалили вас по-вашему?!
— Никак нет, попросили сделать по тише.
— Ах, попросили сделать по тише. — всплеснул руками Орлов. — Прямо вижу, как полковник просил вас тащ абитуриент слегка убавить музыку. Милости просим милорд! Убавьте слегка музыку ваше величество, вашим генералам надо слегка посовещаться! Весь наряд значит, снова в полном составе ту да же! Но! Но не сегодня, нет, сегодня, готовьтесь к экзамену, завтра сдадите и милости прошу милорд и вашу свиту…
Интересно этот наряд плюсом к тем трем или может забудется? Ощущение что если попал в наряд, то из него уже не выбраться. Орлов конечно несет полную фигню, ничего не так дело было. Вообще-то куча народа зашла в столовку им показывали, как тут и чего, типа экскурсия и дядя там был и отец и еще чьи-то, наверное, крутые по здешним меркам родители. Боже мой какая трагедия, ну зашла пара полканов в столовку, что я полканов никогда не видел, половина тем более знакомая.
Целый день опять сидеть в наряде. И опять вместо свободного дня. Да просто капец какой-то! Этим опять все без меня придется делать, так весь клуб без меня замутят!
Экзамен по русскому прошел без проблем. Я вроде бы прилично все написал, и запомнил почти весь текст и главное во всех местах запятых, были такие паузы! Это было видимо, специальное изложение для одаренных и талантливых будущих милиционеров. Тем не менее, на следующий день были и двойки, а кое кому и тройка и четверка может быть непроходной. Но те кто без пар хотя бы до последнего экзамена дотянут.
— У тебя четверка, у тебя пять, у тебя четыре, у тебя пять, у тебя… — перечислял Мендель метнувшийся к спискам.
— А у меня чего? — уточнил Стасиков.
— А у тебя не смотрел. Зачем? Ты и так сдашь, после физкультуры это очевидно. Ты же как сосиска болтался, даже на тройку не сдал! А у тебя четверка! У тебя же все куплено, толстый засранец.
— Да пошел ты Шмендель!
— Твари все продажные. Только свистеть могут что все у нас равны.
— А ну-ка! Успокоились! Ты пошел на мойку, а ты в зал за шваброй! — разделил я конфликтующих.
— А ты сам-то…
— Что я сам? Зарядить тебе в душу что ли Мендель, опять, для прояснения?
— Я рапорт на тебя напишу… Ох. — отлетел и врезался в колонну Менделев.
— Ты че урод? Бумажками меня пугать будешь? Поменялся со Стасиковым и узвездошил на мойку, чмошник. Еще раз вякнешь в мою сторону вообще без почек оставлю.
— Он ведь напишет?
— И чего?
— Так отчислят же?
— Хер бы с ним, нафиг мне все не уперлось. Надоело.
— Да меня то же тут конечно не радует все это. Но не в армию же идти?
— У меня есть запас, в этом году не призовут, в следующий могу поступить.
— А сколько тебе?
— Неважно. — смутился я. Вот ведь расслабился, разоткровенничался. Прямо как наш младлей комвзвода.
— А что говорят, что тем, кому восемнадцати нет присягу нельзя принимать?
— Звездят. — отвечаю я.
— Точно?
— А ведь и вправду вроде…
— Не гоните херню, все после школы поступают, многим еще нет восемнадцати. На учебные заведения эта фигня не распространяется, вот в ОВД ты не сможешь поступить на службу, а в институт или школу пожалуйста.
— А Аньке стерве говорят пятнадцать вообще.
— Ага, и как она тут оказалась?
— Она говорят умная, экстерном школу закончила.
— Была бы умная на хер бы она в школу милиции пошла, ты думаешь вообще нет?
— Она все на пять сдает, так-то.
— Ну и что?
— Эй Стервина, ты в курсе, что тебя не примут?
— Моя фамилия Стерлина, — шипит Анька.
— Не ни примут, а к присяге не допустят, будешь не курсантом, а слушателем.
— Пф…
— Серьезно, тебе же сколько лет Стервина?
Ответом был жест из среднего пальца.
— Все будут курсантами а ты нет.
— Ну и хорошо, в наряды сами будете ходить. И форму дурацкую носить и строем ходить как дебилы. — отвечает та.
— Ну а нафиг ты поступаешь сюда если все вокруг дебилы и все тут по дебильному?
— А сами-то?!
— Ну, у нас армейка, типа в основном. Да и потом, связи не у многих где-то кроме ментуры, а бабла швах.
— Артаньянов? — зашел к нам курсант из наряда по корпусу.
— Ну? Чего хотел? — киваю я второкурснику, показывая что вертел я на кую то, что они на курс старше.
— На курс к начальнику вызывают. К вашему.
— Да блин.
— Мендель поди уже накапал.
— Так тебе и надо! — бросает в след Анька Стерлина.
Иду не спеша никого не трогаю, руки по привычке в карманах, понятно.
— Тащ абитуриент! — орет над головой голос, Орлова, задираю голову наверх, с пятого этажа торчит башка Орлова, кричать что ли мне ему в ответ? Не, я не дикий. — Тащ абитуриент! Чего вы там еле двигаетесь!
— Не слышу ничего. — бурчу я под нос продолжая идти в своем темпе под охеревающие взгляды рассасывающихся абитуриентов.
— Ко мне в кабинет! — орет начальник — Читайте!
— Ну и? — мельком глянул я на сочинение Менделя.
— Пишите объяснительную!
Через пять минут читает мою писульку.
— Тогда абитуриент Менделев обвинил руководство школы и лично полковника Термитова, в получении взятки. Назвал всех тварями продажными. Желая остановить дальнейшее клеветнические выкрики, адресованные руководству школы, а так же как я понял начальнику курса, я толкнул абитуриента Менделева в область груди. После чего тот замолчал, и я отправил всех работать. — начальник под успокоился, ознакомившись с моим творчеством. — Интересная интерпретация. Кто-то может это подтвердить?