Курсанты (СИ)
— Ну и что там опять в столовой опять случилось? — спросил Иванов отведя нас, домашних, в курилку второго плаца подальше от глаз начальника. — В твое дежурство? Нет? Артаньянов?
— Да вроде нормально все было.
— В смысле нормально? К вам в столовую что замначальника института приходил?
— Да зашел, поздоровался, да и ушел по своим делам. — пожимаю я плечами.
— Твою же мать… — хватается за фуражку наш взводный. — Ты доклад то сделал?
— Сделал.
— Серьезно, что ли?
— Ну да музон вырубили, как заметили и сделал.
В курилке уже конкретно ржут.
— Чего бы это он к вам в обеденный зал приперся, никогда вроде не ходил на моей памяти. Может и ходил но так сразу не припомню.
— Тащ младший лейтенант, а вы то ж тут учились? — мгновенно прилетел вопрос из курилки.
— В этом году закончили да? — последовал второй.
— Да, но сейчас мы не меня обсуждаем. — поморщился младлей от стремительно сокращающийся социальной дистанции между ним и абитурой. — И что там накосячили?
— Да нет, все нормально было. — вновь развел я руками.
— Тащ младший лейтенант, а вы сколько лет учились? — продолжали пытаться сделать отношения более панибратскими будущие курсанты.
— Так я сейчас кого-то буду учить как правильно вопросы задавать. Разрешите обратиться надо во-первых говорить… — не позволил подобного новоиспеченный командир взвода.
Я же задумался. Если вспомнить, наряд прошел нормально. Обидно конечно было заступить после экзамена по физо, домпро вообще распустили на целый, следующий день кроме наряда. Костян умчался за мафоном, Серега метнулся и купил средство. Опыт Вилларибо и Виллабаджо нам очень подошел. Посуда с недешевым средством мылась в разы быстрее и лучше. Правда так весьма накладно будет в наряды ходить. Ребята подобрались вполне нормальные, исполнительные, большей частью из нашего же взвода. Дождиков притащил какую-то новую и крутую группу «Отпетые мошенники» и их дебютный и пока единственный альбом «Из цветного пластилина». Проблема правда случилась неожиданно с мелкой девчонкой. Девчонок опять дали две штуки, одну нормальную, а вот вторая оказалась сумасшедшая.
— Я не буду мыть посуду! — заявляет мелкая. — И выбрасывать мусор!
— Будешь куда ты денешься. Все будут мыть. — не согласился я.
Но сказать то я сказал, а как ее заставить. В душу такой не пробить для вразумления. С Менделем пришлось так поступить, поскольку он просто достал своим нытьем и социальной справедливостью. А вот с ней я что-то встал в тупик. Угрозы типа не уйдете раньше и не придете позже не работали. Ее восстание вообще поставило под угрозу весь авторитет и грозило глобальным бунтом временных подчиненных. Она в категоричной форме отказывалась и посуду мыть и полы и вообще что-то делать. Екарная принцесса мать ее!
— Все иди обратно на курс и доложишь, что я тебя снял с наряда, — вздыхаю я. — И объяснительную пиши сразу на имя начальника. Я же напишу рапорт на тебя то же на имя начальника. Пошли со мной.
— Я никуда не пойду. — саботирует она вообще все.
— Пойдешь, — тащу ее за руку как козу на веревке. Сил правда хватило только до входа в корпус. А там наряд из спецбригады дурью маются, вздрюкнули их недавно, вот и изображают деятельность по наведению порядка.
— Э ты чего? — немного возмущены тем, что я их трубочку без спросу снял с аппарата. Но я-то знаю, что чем меньше вопросов, тем меньше и отказов.
— Доложить нужно на курс. — и уж в трубку, откуда раздается сверх ленивое «помощник», без уточнений чей, вообще помощник, ну да пофиг. — Наряд по столовой первый «А» курс, соедините с первым «А» курсом. — бодрячком прошу я.
— Дневальный по курсу Костров слушает.
— Дежурного офицера к телефону! — рявкаю я взбешенный этой мелкой сучкой, что воспользовалась моментом и вырвала свою руку.
Вижу наша пигалица Анюта побелела. А курсанты спецбригады застыли приготовились смотреть бесплатный развлекательный концерт.
— Докладываю о твоем снятии или ты бегом бежишь на мойку? Сразу начальнику доложить не могу, сначала дежурному офицеру. — проясняю я стерве свои действия и рассчитываю запугать неизвестными последствиями, которых собственно и сам не знаю. На случай чего у меня есть причина для звонка так-то, могу и по-другому обыграть, дежурный офицер просил звякнуть.
— Кто спрашивает? — слышу я в трубке, но как бы издали.
— Я не знаю. — растеряно блеет дневальный.
— Ну а кто знать должен?
— Что опять наряд чудит?! — присоединяется уже всегда узнаваемый голос Орлова. — Кто спрашивает?! С кем я разговариваю! Это должно быть у вас на автомате. Дайте мне тащ лейтенант, — похоже он отобрал трубку у дежурного.
— Начальник курса майор Орлов слушает, с кем я разговариваю?!
Ну бегом не бегом, но уже пошла в сторону мойки мелкая. Звоночек пошел явно не по моему плану.
— Товарищ майор докладывает старший наряда по столовой абитуриент Артаньянов. — все же говорю я.
Вижу, как ускорилась и скрылась за углом мелкая сволочь. А мне теперь от Орла отбиваться.
— Так? Что у вас случилось Артаньянов, докладывайте.
— На ужин будет капуста. — говорю я, смотря как пара курсантов зажимает свои рты дабы их не услышали в трубке и сдерживает смех.
— Очень интересная информация тащ абитуриент. Дневальный стройте скорее курс! Сейчас мы всем объявим.
— Дзззз! — раздается оглушительный звон — Курс! Построение!
— Сейчас всем объявим вашу важную информацию тащ абитуриент.
Вешаю трубку. Рядом загибаются от хохота все слышавший наряд курсантов. Ну ладно, а чего? Меня же дежурный офицер просил так-то сообщить ему что будет на ужин. Я уж не знаю с какой целью. В общем нормально прошло дежурство…
— Тащ, младший лейтенант. — прилетает запыхавшийся пацанчик из нового наряда по столовой, прерывая болтовню в курилке и мои воспоминания.
— Что?
— Построение на первом плацу, нач курса сказал передать.
— Бегом строится и бегом… — выбрасывает окурок младлей.
Ну далее ничего интересного, Орлов быстро отправил всех по лекционным залам. В процессе к нам присоединяется второй поток, то есть «Б» курс. Он постоянно мелькает то слегка обгоняя нас на ежедневных мероприятиях, то слегка отставая. Но на консультациях мы сливаемся в общую кучу в лекционных залах. Опера с операми понятно, вернее возможно, будущее опера, ведь кучу народу отчислят. От огромного лекционного зала останутся максимум две аудитории.
Жара. Треск включенных ламп дневного света, монотонный голос какой-то училки. Так хочется спать, а я так устал в наряде, хотя конечно работал меньше всех, но все равно.
— Ты чего? — толкнул меня Серый в плечо.
— Да блин, сам не знаю. — встряхнулся я.
Жесть конечно, чуть не уснул на консультации.
— Ты еще на экзамене усни!
Нет ну а что тут особо слушать. Порядок простой, пришли сели послушали написали вышли. Вопреки всем слухам мы пишем, как и все поступающие — изложение, а то пугали что операм дадут сочинение. Впрочем, этим пугали и следователей. Изложение, ура! Затем пара человек вяли и спросили что-то специфическое, начали разбирать какое-то мутное правило написания каких-то слов. И тут-то меня и начало рубить. Прям хоть спички в глаза вставляй!
Пудовый с Витковским квартиру сняли, и нашли место под клуб, пока я в наряде ошивался. С какой-то фирмой о закупке компов договорились, все без меня. Впрочем, Пудовому можно доверять, это сто пудово. Но как бы он без меня не наделал делов, хотя, много ли я понимаю. Все же это он точку один тянул два с половиной года.
— Я на консультации этого не должна разбирать, — замечает училка, у ней званий нет, это приглашенный на период экзамена специалист. Ни русский, ни литературу в этом заведении ни преподают. Но предполагается что мы и так достаточно грамотны что бы написать документ. Ну вроде протокола, или еще чего. Вот это и выяснит экзамен. В теории конечно.
Два с половиной часа консультации! У меня состояние просто ужасное. Попробуйте подремать два часа, но не засыпать! И голову на парту не ложить! Мать ее! Или класть? Ох и влипну я завтра на изложении. Хотя я же могу как в анекдоте, написать — не лежать на столе — и вуаля! Одеть перчатку и надеть? Он был в перчатках. Хотя про одетую перчатку я запомнил картинку, смешно. Я на секундочку закрыл глаза и открыл их когда уже все закончилось. Все шумно вставали и выходили из аудитории.