Секретарь старшего принца 3 (СИ)

Я стала глубоко дышать, восстанавливая подобие внутреннего равновесия, и когти уменьшились, чешуя вплавлялась в бледную кожу, сначала превратилась в ромбовидные капельки, потом – в совсем маленькие, похожие на ртуть, но вот втянулись и они, когти сменились аккуратными ногтевыми пластинами с лёгким оттенком серебра, но это допустимо. Ещё мысленное усилие – и волосы должны потемнеть.
Осталось самое страшное – разговор с Элором.
Сосредоточившись, я определила его местоположение и телепортировалась. На вылете из пространственного канала собралась и при столкновении с чёрными камнями почти не пошатнулась.
Сама площадка находилась на пирамиде-возвышении и, снабжённая крышей, увитая золотыми цветами, больше напоминала обычную беседку. Возвышавшийся впереди яйцеобразный купол главного столичного храма вновь заставил ощутить себя жалкой былинкой. Всё здесь потрясало величием и монументальной красотой: сам каменный купол, покоящийся на двенадцати рядах замкнутых в круги колонн, каждую из которых украшала изящная резьба в виде растений и животных.
Колонны располагались так, чтобы внутренняя комната храма оставалась скрытой от взглядов снаружи. Вокруг раскинулся парк, разделённый на зоны стенами и арками живых изгородей, прямыми каналами с водой и ажурными мостами. А парк окружала мощная белая стена с золотыми воротами в каждой стороне света.
Мягко грела метка, призывая спуститься по мраморным ступеням, пройти по дорожке, подняться по ступеням храма и затеряться в лабиринте бесчисленных колонн.
Элор – я знала это и из-за метки, и по собственным инстинктивным ощущениям – был внутри. Как я и предполагала – изображал религиозное рвение из-за «смерти» младшего брата. И мне нужно было подойти…
Пойти навстречу своему страху, ужасу, ярости, желанию – всему тому, что пробудила во мне его кровь.
Выдохнув, я спустилась по ступеням. На дорожке с каждым шагом ускорялась. Ждать, мяться в стороне, оттягивать – уже невозможно. Возможности отказаться от встречи практически не было, так что оставалось положиться на свою волю и самоконтроль – они должны у меня остаться, я же училась собой управлять!
Шла, стараясь сосредоточиться на чём-нибудь – например, на огромном храме, накрывавшем меня своей тенью. Истинный храм Великого дракона остался один, он далеко отсюда. Прочие храмы не обладали такой магической силой, некоторые вовсе были формальными.
Основатели рода Аран освятили храмы империи своей золотой чешуёй. И в исполнении денеи и её пары это действительно сработало, храмы наполнились магией, в них даётся полноценное благословение Великого дракона. Иногда я задумывалась, как Аранея и Видар Первый делали это: позволяли себя усыпить или просто обезболивали и терпеливо ждали, когда нож целителя проберётся под кожу и вырежет золотую бронированную чешуйку вместе с базальной пластинкой основания, а за ней следующую и следующую. Пять сотен храмов, для каждого требовалось две чешуйки – от каждого из пары. И они позволили их вырезать, чтобы укрепить власть потомков…
Меня передёрнуло. Я добралась до опоясывающих храм ступеней и стала подниматься. Элор был совсем близко. Запахло благовониями, в воздухе появился тихий гул поющих чаш. Магия пропитывала воздух так, что он гудел. Или это эффект чаш – не знаю, но мой боевой настрой сам собой угасал.
Позади осталось первое кольцо колонн, расположенное в полутора метрах от него второе, в душе нарастала тревога – Элор был всё ближе. Я сдвигалась то влево, то вправо, скользила в тенях колонн, между их высокими телами с резными растениями и фигурами. Тихий сквозняк путался в них, касался моей чувствительной кожи. Сердцебиение учащалось… Как же много здесь колонн, в них можно заблудиться, потерять направление.
Элор сместился, и я остановилась, развернулась, не позволяя зайти мне за спину. Ждала мгновение, второе.
Он вышел из-за колонны, касаясь её рукой, словно за неё держался: бледный, исхудавший, с болезненно блестящими глазами. И не похоже, что злился. Значит, позвал не из-за моего самоуправства?
 
Молчал.
Под его взглядом становилось жарко, плавились кости, сознание. Образы опять лезли в голову. Пение чаш пробирало до костей, наполняло тело вибрацией.
– Я здесь, – напомнила ровнейшим голосом.
– Я… вижу, – Элор жадно смотрел на меня. Казалось, сейчас набросится. Но он держался за колонну – и хорошо, что держался. – Это ты летал над империей? Ты обогнал три поста?
Ну конечно! Сейчас же ждут появления похитителей принца Арендара, а тут я разлеталась. И Элору, конечно, доложили: серебряные крылья, одежда, похожая на мундир ИСБ – вот он и подумал обо мне.
– Да, разминался не вовремя. Прошу прощения за то, что помешал патрульным. Мне можно идти?
«Скажи да!» – кричала мысленно, но ждала молча. Элор шагнул ко мне – осторожно, неуверенно. Всматривался в лицо. Но уже следующие шаги были резкими, и я отскочила. Он остановился в метре от меня. Я задержала дыхание – только бы не ощутить его аромат.
– Халэнн, ты… в порядке? – Элор беспокоился по-настоящему, но сейчас  лучше бы ему было всё равно.
– Нет. – Лгать бессмысленно: что я не в порядке должен видеть любой, знающий меня хоть немного. – Мне нужно время, чтобы всё… обдумать, привыкнуть к новым обстоятельствам.
– Халэнн, – имя Элор чуть не простонал, я так растерялась от этих объёмных, многогранных интонаций, что пропустила момент, когда он начал движение, а в следующий он был рядом: опустил руки мне на плечи, заглядывал в лицо. – Если тебе что-то нужно, какая-нибудь помощь, что угодно…
Элор говорил сбивчиво, почти шептал, его ладони жгли сквозь одежду, скользили по плечам вниз. Я не дышала – боялась ощутить его аромат и окончательно потерять голову. Секунда-другая-третья… воздуха не хватало. Я толкнула Элора в грудь и отступила, отвернулась, вдыхая… Всё равно я задыхалась, и голос дрогнул:
– Можно мне уйти?
Тепло Элора согрело мою спину, его горячие руки снова легли мне на плечи, дыхание щекотало макушку. Это было так мучительно и сладко одновременно, и внутри меня снова разливалось пламя, хотя я опять не дышала, боясь отравиться им и этой навеянной магией страстью.
Руки скользнули над моей грудью, охватывая в объятия. Элор дрожал, его дыхание сбивалось. Он тоже сгорал от желания – без брачной магии просто горел.
Я приподняла руку, будто собираясь коснуться его ладони, но изменила траекторию движения и ударила локтем Элору под рёбра. Вывернулась из объятий и поспешно отступила. Только в пяти шагах от него, держащегося за ушибленное место, дико смотрящего на меня, я осмелилась вдохнуть.
Пахло благовониями, не Элором. Я отступила ещё на несколько шагов. Он выпрямился, но рукой придерживал бок, словно не успел защититься чешуёй перед ударом. Смотрел… как же Элор на меня смотрел – меня просто бросало в дрожь от его будто раскалившихся золотых радужек и пульсирующих зрачков. Казалось, он сейчас обратиться драконом, разнесёт эти массивные прекрасные колонны, схватит меня и утащит… в брачное место. Или в сокровищницу.
Больше отступать я не смела – моя слабость могла усилить давление его хищных инстинктов, наоборот, я шире расправила плечи, вскинула голову. Еле сдерживая интуитивное желание вложить ноты управления, произнесла почти дрожащим от внутреннего напряжения голосом:
– Не надо меня трогать.
Шумно выдохнув, Элор отвёл от меня страшный взгляд. Мгновение стоял… и отступил, ударил колонну. Звук разнёсся многократным эхом, по колонне поползли трещины, изъявляя её белую поверхность.
– Халэнн… я… переживаю за тебя, мне кажется, что тебе… плохо. И эти бешеные полёты, твой измученный вид… я чувствую, что должен тебе помочь, но не понимаю как, а ты не говоришь.
 
В голове звенело: его голос, голоса моих видений, стоны, тела, страсть, трупы, кровь. Хотелось схватиться за голову, сжаться в комочек, укрыться крыльями, но я устояла.
– Держись от меня подальше, – ответила резко, и Элор вздрогнул, опять уставился на меня. – Ещё хотя бы неделю держись от меня подальше, дай всё обдумать, определиться. Думаю, тебе самому так будет легче.