Повешенный (СИ)
— Слышал от Южинского.
— Только от Петра? А разве в вашем прошлом все было не так?
— Нет. У нас никакого Тройственного Договора не было. По крайней мере, нашим историкам о нем ничего не известно.
Ну, вот… сам не заметил, как подтвердил своими же словами, что я иномирец. Теперь уже придется идти до конца. Отступить не получится — «Позади Москва».
— Меня зовут Константин.
— Хорошее имя. А по батюшке как?
— Константин Алексеевич. Но можно по-простому: Костя.
Глава 19
— Так вы из простецов, Константин? — сильно удивился Володар — А по вашей грамотной речи так и не скажешь!
Сейчас я удивлю его еще больше. Он просто откроет свой клюв от изумления.
— Понимаете, Володар — начинаю я, подбирая слова — дело в том, что у нас в России нет ни простецов, ни одаренных. Потому что загадочный метеор к нам не прилетал. Так же нет больше царей, аристократов и дворян. А все сословия и табели о рангах отменены еще сто лет назад, сразу после рабоче-крестьянской революции.
— Но как же вы живете⁈ — искренне ужасается старик — Крестьяне правят страной?!!
Ага, прямо так Ленин и сказал — каждая кухарка может. Или должна? Это я уже помнил не очень отчетливо.
— Нормально живем. Не жалуемся и не бедствуем, хотя времена, конечно, бывали разные, в том числе и очень трудные для людей. В стране у нас всеобщее обязательное образование, бесплатная медицина и еще много чего хорошего. Кто не ленится, тот живет хорошо. Кто ленится и пьет — похуже. Но с голода никто не умирает и последний сухарь не догрызает. А побираются на паперти только откровенные симулянты и аферисты.
— На паперти… Значит, Церковь у вас сохранилась?
— Сохранилась. Но она давно отделена от государства.
Сказал и засомневался. Это наше «отделение» весьма ведь условно. Володар уловил в моем лице некоторые колебания, но продолжать тему не стал. Спросил про другое.
— А что у вас с древними богами?
— С языческими? Есть те, кто верит в подобное. Но их ничтожно мало. Гораздо больше иудеев и мусульман. Особенно последних.
Старец тяжело вздыхает и замолкает. А во мне начинает постепенно нарастать раздражение. Призвали они меня! А согласия моего спросили⁈ Сами наворотили здесь не пойми, чего, а теперь кто-то должен за них разгребать. Даже не собираюсь влезать в эти их религиозно — сословные разборки. Спас Алексея — царя истинного, и на этом все! Считайте мою миссию законченной. Мне бы еще Петю на руки родным сдать, и можно вообще прощаться с этим странным, недружелюбным миром.
Володар видимо почувствовал мое раздражение и снова вернулся к разговору.
— Константин, вам же не нравится здесь?
Тут я не выдержал. Решил высказать все, что накипело:
— Дело не в этом. Хотя и в это тоже. Представьте, что вы живете своей нормальной жизнью, умираете, а потом кто-то без спроса выдергивает вас и засовывает в чужое тело. После этого вас через пять минут вешают, через пять дней расстреливают, а потом вообще отправляют в худшую тюрьму империи. И все это, заметьте, за чужие грехи. Будто мне своих мало! Так ведь и в тюрьме спокойно умереть не дали — побег мне устроили и заставили прыгать в ледяную воду. И после этого вы еще спрашиваете, нравится ли мне здесь⁈ Вот скажите, Володар: что я вашим богам плохого сделал, чтобы так измываться надо мной?
— Боги посылают нам испытания. Они проверяют нас на крепость характера и стойкость души — голос старика стал строгим — Вам был даден еще один шанс, цените божий промысел!
Я развел руками:.
— Проверили ваши боги меня, выяснили, что я не герой. И что теперь дальше? Прошлой жизни не исправить и не вернуть назад.
— Пока ты жив, все еще можно исправить — загадочно улыбнулся старик — Ну ка, расстегни рубаху на груди!
Я замешкался, Володар засмеялся:
— Не боись, не укушу. Неужто я на упыря похож⁈
Шутник блин… Я расстегнул рубашку, посмотрел на звезду. Она сейчас совсем тусклая, лишь по углам чуть-чуть сверкают светло-голубые точки, похожие на лед.
Старик встряхнул руками, приложил правую ладонь к звезде. Меня будто током ударило. Я почувствовал, как дар наполняется силой, да так быстро, что дыхание перехватило. Володар отнял ладонь, еще раз встряхнул руками. А потом отошел к столу, взял из миски моченое яблоко и внезапно кинул его мне в голову. Время опять замедлилось, я уже привычно вошел в состояние «мухи в янтаре». Яблоко летело медленно, буквально плыло по воздуху в вязкой тишине.
Легким движением руки… нет, брюки не превратились в шорты. Я просто вынимаю, плод из воздуха и откусываю кусок. Время опять ускоряется, комната наполняется звуками.
— Ну вот, уже кое-что… — Володар берет со стола второе яблоко, надкусывает его — Тьфу ты… кислое!
— У вас же родар — «батарейка»! — Я внезапно осознаю, что старик сумел меня «подзарядить» и снова запустить дар.
— Таковых мудреных слов не знаю — пожимает плечами старик — Я могу восполнять чужой растраченный дар но только один за седьмицу. А ты у нас значит, и правда, резвак…
Господи, ну надо же такое название придумать — «резвак»! А с другой стороны как еще им называть человека, управляющего своей скоростью — «скоростник» что ли?
— А расскажите мне о моем даре! — загорелся я идеей узнать о нем побольше.
— Позже. Мне надо порыться в родословной книге Западного клана. Там есть сведения и о Стоцких. Лучше мне скажи, каковы твои занятия были в прежнем мире? Чем можешь быть полезен?
Я растерянно почесал в затылке. Тут, пожалуй, одним названием профессии не отделаешься.
— В своем мире я был геологом — рудознатцем по-вашему — и учили меня в нашем Горном университете хорошо! В моей голове хранится много чего полезного из того, что пригодится и здесь. Например, я знаю, где на Урале расположены месторождения золота и других полезных руд, которые здесь еще даже не открыты.
— Почему ты в этом так уверен? А ежели наши миры не совпадают?
— Мне кажется, что совпадают. Хотя бы по части землеустройства они похожи.
— Ладно, принесу тебе нашу карту — буркнул Володар — может углядишь чего полезного в ней.
Дверь в комнату неожиданно открывается, заходит настоятель Нектарий.
— Познакомились? Ну, и славно! — улыбается он, но потом сразу становится серьезным — Разговор ваш придется пока отложить. Весточку мне принесли, что к крепости причалил ялик из Шлисса. Значит, скоро на берег высадится гарнизонная команда и начнет разыскивать беглецов.
Я пытаюсь сообразить — подходить мне под благословаление и целовать руку или не стоит. Пока думаю, уже поднимается Володар:
— Так это было ожидаемо. А тело Ладислава не найдено?
— Пока нет, но и некоторые мои люди, объезжавшие прибрежные деревни, еще не вернулись. Ты же понимаешь, Володар, что в открытую расспрашивать о нем никак нельзя, поскольку он в мундире. Поэтому иноки и послушники просто выясняют, нет ли в деревнях утонувших во время наводнения, и попутно осторожно узнают про тела чужаков, прибитые к берегу волнами. А если Турубанов узнает, что кто-то еще ищет его подчиненного, он тут же к нам в монастырь нагрянет.
Старик только скептически хмыкает — видимо он сильно сомневается в резвости Турбанова.
— Дознаватели из столицы так и так прибудут в Шлисс, еще и инквизиторы из Синода пожалуют. Пока Николай не коронуется, Алексей Петрович для него — смертельная угроза.
— Не подумай, что я гоню вас — настоятель тяжело вздыхает — но до утра нужно вам будет уехать. Дознаватели первым делом старост, да священников опрашивать начнут, а потом ведь и сюда пожалуют. К тому же здесь пехотный полк расквартирован, их тоже могут к поискам подключить.
— А то я сам того не знаю…! — машет рукой Володар т — Просто хотелось бы и тело Ладислава сразу забрать, чтобы похоронить его по нашему обряду.
— За это не беспокойся. Как тело его найдем, постараемся спрятать, и весточку тебе тут же пришлем. Крепись… знаю, как тяжело терять тех, кого знаешь с младенчества. Но Ладислав сам вызвался спасти Алексея Петровича, хотя понимал, что рискует своей жизнью…