Выбор королевского дознавателя (СИ)

— Очень тяжёлая ситуация, — сочувственно сказала я. — И что, совсем никак не уволить их?
— Тогда лаурден или около того канцелярия работать не будет, пока новый порядок не наведут и все документы заново не отсортируют и не отыщут. И каждый раз кажется, что лучше уж полчасика потерпеть, чем неопределённое время вообще без канцелярии обходиться, — тяжело вздохнул Аршес. — И ведь назначали сюда разных руководителей. И что?
— Что?
— Один спился, другой повесился, третий с ума сошёл. Это не место, а гнездовье нечисти!
Я участливо положила руку на его сжатый кулак.
— Не тратьте нервы. Ситуацию вы поменять не можете, а отношение к ней — да. От ваших переживаний дело быстрее не пойдёт, — процитировала я один свиток с очень умными и совершенно бесполезными на практике советами.
Аршес мученически вздохнул и возвёл очи к покрытому лепниной потолку.
Ждать пришлось долго. Очень долго. В конце концов безымянная служащая вернулась с тележкой свитков. Каждый из них она последовательно клала на левый край стола, затем вписывала в большую амбарную книгу с квадратными шёлковыми листами номер и дату, медленно перекладывала свиток на правую сторону. Аршес было потянулся взять один из уже описанных свитков, но служащая смерила его таким взглядом, будто мокрицу увидела, и осекла:
— Запрос ещё не обработан!
Когда открылась дверь в архив и пожилая грузная дама выкатила ещё одну тележку свитков, я поняла, что это надолго. На три с половиной вечности. Судя по всему, приходить сюда надо было не с хронометром, а с календариком — дни считать.
«Зато у тебя появился шанс встретить старость в королевском дворце», — ехидно сказал внутренний голос.
Аршес не просто злился — он уже едва сдерживал бешенство. Я вдруг испугалась, что он сейчас обратится и кого-нибудь убьёт. И не факт, что это будет служащая канцелярии. Возможно, она гаркнет что-то наподобие: «Запроса на убийство клерков не поступало!», и весь гнев гайрона обратится на меня.
Когда он вскочил и принялся мерить приёмную широкими шагами, я ловко поймала его за лацкан мундира и усадила на стул.
— У вас коса совсем растрепалась, нужно срочно переплести!
Пока Аршес не успел возразить, я уже сорвала с косы ленту и запустила пальцы в густые необыкновенные волосы. Гайрон аж крякнул от неожиданности, но сбегать не стал — поддался осторожным касаниям и позволил помассировать себе виски, а потом и переплести колоском толстую косу. Волосы у него были слегка волнистые и очень плотные на ощупь, так что коса получилась на загляденье.
А потом я порылась в сумке, достала из кармана старой одёжки припасённую булочку и разделила пополам. Аршес свою часть взял и прожевал без особого восторга, но и не меча молнии из глаз.
— А давайте в острова поиграем? — предложила я.
У нас в приюте на стене в столовой висела здоровенная тканая карта, ещё от прошлого хозяина здания, а игра эта пользовалась популярностью, так что соперником я была сильным.
— На желание? — оживился дознаватель.
— А давайте! — обрадовалась я.
— Начинайте, — милостиво разрешил Аршес.
— Аррар, — улыбнулась я.
— Русан.
— Нинар.
— Ринайра.
— Айпагарр…
В общем, зайтан дознаватель знал всего тридцать шесть островов на букву «Р». С таким результатом он даже в средней группе никого бы не впечатлил. Желание-то я выиграла, что, конечно, хорошо, но вот настроения Аршесу это не прибавило, и в этом заключался мой стратегический промах.
К счастью, великая перепись свитков к тому моменту уже закончилась, и мы получили их на руки. Аршес принялся просматривать документы один за другим, и становился всё мрачнее с каждой секундой.
— Тут все данные старые. Ни одного документа за последние восемь лет.
— Тут всё, что есть в архиве, — равнодушно отозвалась служащая. — Ещё запросы есть?
— Да. Мне нужны документы по приюту «Утешение», расположенному на Ирла Айпагарр, за последние восемь лет. У вас же не может их не быть!
Служащая ме-е-едленно поднялась со своего места. Ме-е-едленно задвинула свой стул под стол и о-о-чень медленно пошла в архив. Её не было около часа, мы уже думали на всё плюнуть и уйти, как она вернулась, плавно отодвинула стул от стола, молча села и проговорила, растягивая гласные:
 
— Ваш запрос обработан.
Повисла тяжёлая тишина, которая обычно бывает перед мощным штормом.
— И-и-и? — процедил Аршес.
— Свитков не найдено, — бесстрастно ответила служащая и с едва ощутимой издёвкой спросила: — Ещё запросы есть?
Аршес взорвался.
— Да вы!.. Да вы нарочно! Ползаете, как мухи маринованные! Я половину дня тут потерял!
Выражение лица служащей сменилось с равнодушно-недовольного на откровенно брезгливое. Я вцепилась в руку гайрона, предотвращая смертоубийство, и шепнула ему на ухо:
— Не злитесь, дайте я попробую одну тактику. Хуже точно не будет.
Усадив взбешённого гайрона рядом с собой, я сочувственно посмотрела на служащую и сказала:
— Вот не ценят они ваш тяжёлый труд!
От неожиданности та аж дёрнулась. Резвенько так дёрнулась, между прочим.
— А ведь у вас такая сложная работа. Столько всего нужно знать. В каждую мелочь вникать. Да никто из них бы ни секунды не справился, а всё ходят, ещё и голос повышают.
— А? — опешила служащая.
— Вы ведь столько лет жизни этой канцелярии отдали, а никто ваш вклад не ценит. Ну разве так можно? — патетично спросила я, внимательно следя за её реакцией.
На надменном лице наконец проступили человеческие эмоции.
— Нельзя! — горячо кивнула она.
— Совсем вас не берегут и не ценят! А ведь вы — ценнейший работник. Я как вошла — сразу поняла. Только на ваших плечах, можно сказать, вся канцелярия и держится.
— Да! — с внезапной страстью согласилась она. — Третьего дня запросили свиток с данными по осадкам за 6951-й год. А он за шкаф завалился! Так я нашла и принесла. Но на меня же ещё и наорали. Мол, шесть часов искала. Так нашла же! И как иначе, обед же был. Что я, без обеда теперь работать должна?
— Неблагодарные люди, — поцокала я.
Служащая кивнула и указала глазами на Аршеса.
— А этого я пока перевоспитываю, не обращайте внимания, — махнула я рукой. — Ох, и непросто вам справляться с такой нагрузкой.
— Очень тяжело, — посетовала она.
— Даже представить себе не могу, каково это… И ведь кто, если не вы? Никто не знает архив королевской канцелярии так, как вы. Никто!
— Ну да, — чуть поколебалась служащая, а потом добавила уже увереннее: — Так и есть!
— И если где-то пропали документы, то только вы сможете их найти. Больше никто!
— Да! Нашла же я тот свиток, — кивнула она, и пучок на макушке дважды качнулся в знак согласия.
— Вот пропали документы по этому приюту, чтоб он горел синим пламенем. И кто, кроме вас, может их отыскать?
— Никто, — ответила служащая, прежде чем сообразила, в какую сторону дует ветер.
— Вы их найдёте и всем докажете, что вы — лучшая в своём деле! Так ведь?!
— Э-э-э, что? — растерялась она.
— Ведь кто, если не вы? Ну кто?
— Кто? — переспросила она.
— Это вы мне скажите кто. Разве кто-то знает ваше дело лучше вас? — удивлённо спросила я. — Уверена, что нет. Если кто-то и способен эти документы отыскать, то только вы. Согласны?
— Ну да… — нахмурилась она. — Но только…
— Прекрасно! — обрадовалась я и посмотрела на неё с подобострастным восхищением. — Вы нас ужасно выручите. Там же дети пропадают, творится какой-то ужас. А вы — порядочный человек, и подобного просто не допустите. Я сразу поняла, что на вас можно положиться. Вот из таких подвигов, как ваш, и слагается истинный героизм! — я торжественно пожала её вялую ладонь и заискивающе спросила: — Тогда мы завтра зайдём, можно? Пожалуйста!
— Ну, заходите…
— А вы нам как раз документики отыщите. Ведь кто, если не вы, правильно?
— Правильно, — глухим эхом отозвалась она.
Я раскланялась и потянула Аршеса на выход, пока она не передумала. Того дважды упрашивать не пришлось, и мы выскользнули за дверь, прежде чем служащая отказалась нам помогать.