Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

— Ну, привет, Гермиона, — он не двигался, давая возможность привыкнуть к себе.
— Привет, Драко, — тихо ответила та.
Она чувствовала, как напряжены мышцы его пресса, насколько сильно его длинные пальцы сжимают её бёдра, как он замер полностью в ней, так восхитительно сладко растягивая и наполняя. Сердце Гермионы оглушительно стучало. Малфой наклонил голову, медленно и со вкусом поцеловал, аккуратно начиная двигаться внутри.
— Ты такая узкая и горячая. Ты уверена, что не девственница?
— Иди к чёрту, — она что-то хотела ещё сказать, но от его постепенных, неспешных толчков слова перешли в тихое поскуливание.
Медленно. Слишком медленно.
Он двигался не спеша, внимательно наблюдая за реакцией. Она потянулась к его губам, чтобы поцеловать, но Драко покачал головой, лишь провёл кончиком носа по её щеке. Гермиона готова была захныкать — снова недостаточно, слишком медленно, слишком мало.
— Ещё!
Малфой придержал основание члена и, к её разочарованию, плавно выскользнул из неё.
— Что ещё?
Как можно одновременно хотеть убить человека и ощутить его всего без остатка? Она желала больше его тела, ещё больше его прикосновений, поцелуев. Больше всего. Гермиона пятками нажала ему на спину.
— Трахни меня наконец, Малфой! — не сдержалась она.
Его зрачки настолько расширились, что от привычного серого тумана практически ничего не осталось. Драко отстранился и безаппеляционно произнёс:
— К зеркалу. Хочу, чтобы ты видела, как я буду тебя трахать, — грубо, властно. От этого тона в её животе всё скрутилось в тугой узел. Командовать Малфой определенно умел.
Она послушно соскользнула с тумбы, подошла к стене, встав боком, как он и приказывал. Драко подошёл к ней вплотную и нажал ладонью на её поясницу.
— Прогнись сильнее, — скомандовал он и заставил принять удобную для него позу. — Вот так. Ногу сюда.
Гермиона приподняла одну ногу, поставив на небольшой выступ на тумбе раковины, и проследила в зеркале, как Малфой обхватил рукой твёрдый, мокрый от их общей смазки член. Медленно провёл по нему ладонью и пальцами другой руки очертил её анус. Она почувствовала настойчивое давление в этой области, отчего сильнее сжалась и подалась вперёд. Такого в планах точно не было! Драко жёстко схватил её за бедро, удерживая на месте и не давая сбежать.
— Ш-ш, — он спустился пальцами ниже, раскрыл влажные складки половых губ, и она ощутила, как вновь прижалась к ним гладкая, горячая головка. — Теперь смотри.
Драко задержал взгляд на их отражении в зеркале и грубо, глубоко толкнулся в неё снизу. Движение отозвалось томительной болью. Это было слишком глубоко. Она непроизвольно застонала и постаралась расслабить мышцы. Но в этот раз он не стал медлить. Не давая ей времени привыкнуть, Малфой вновь вошёл в неё, крепко прижимая к себе за бёдра. И ещё раз. Его движения стали яростными и резкими. Он двигался быстро и грубо, выбивая жёсткими толчками её непроизвольные стоны.
Жёстко.
Больно
Сладко.
С силой.
Гермиона подавалась ему навстречу и прикусывала губу каждый раз, когда тот особенно сильно врезался в неё.
Душный, пахнущий сексом воздух ванной комнаты заполнили влажные звуки шлепков кожи о кожу и их общего тяжёлого дыхания. Одного на двоих. Драко грубо трахал её и нежно целовал, выбивая весь воздух из лёгких. Это было совершенно бесстыдно, порочно и ещё раз совершенно.
Ей в зеркале было видно абсолютно всё: то, как сокращались мышцы на его теле, когда он входил, как он полностью выходил из неё и скользил бордовой головкой по раскрытым половым губам. Рельеф напряжённых венок на блестящем от смазки члене, скользящем внутрь неё и обратно. Гермиона следила за всем этим загипнотизированным взглядом, ощущая каждый толчок внутри себя, и её тело с наслаждением отзывалось на все его движения. Ей было настолько хорошо, что в глазах темнело от удовольствия. Она расслабилась, отпустила себя на волю, полностью растворяясь в их общем ритме. Ей стало абсолютно неважно, что происходило час назад, три, что будет когда-нибудь потом. Существовало только здесь и сейчас.
 
Малфой намотал её волосы на кулак, прижав затылком к себе. Она чувствовала его тяжёлое дыхание на влажной от пота коже и то, как сильно был напряжён он внутри неё. Его вторая рука хаотично блуждала по её телу. Драко гладил и сжимал до боли грудь, иногда щипая за сосок, поглаживал животик, дразнил клитор, сжимал ягодицу, сильнее раздвигая промежность. Он, будто бы голодный, брал всё, что хотел, импульсивно бросая начатое и переключаясь на другое, пытаясь при этом захватить как можно больше. Гермиону тоже накрывало и топило в ощущениях. Она дрожала всем телом от напряжения, беззастенчиво насаживаясь на его член, и совсем нескромно постанывала, когда он особенно глубоко входил в неё. Наконец Драко остановил свою руку на клиторе и как-то чересчур интенсивно надавил пальцем. Было даже больно.
— Дра… ко… я… не…
Он подтянул её за волосы к своему лицу и жарко прошептал на ухо:
— Нечем занять рот?
Словно в наказание он жёстко и глубоко двинулся в ней, и она снова застонала, закусив губу. Но давление на клитор уменьшил. Теперь его пальцы скользили более мягко.
— Блядь, да, сожми меня. Я сейчас… — жарко прохрипел ей на ухо.
И этот его голос стал для неё катализатором, всё напряжение одномоментно достигло своего пика. Смешавшись в какой-то безумной стихии ощущений, гигантская жаркая волна накрыла её с головой, омывая и вымывая из души все мысли, тревоги и избавляя от боли. От позора, стыда, унижения и страха. Рот сам собой открылся и издал жалобно скулящий стон. Оргазм накрыл её, целиком и полностью перегрузив одновременно все нервные окончания. Гермиона кончила, совсем не эстетично содрогаясь и сжимаясь с его членом внутри себя.
Какой умник сказал, что оргазм выглядит красиво? Ощущение было настолько бурным, что на секунду ей показалось, будто бы она умерла. Кстати, вполне достойной смертью. Кто-нибудь когда-нибудь умирал от оргазма? Все её тело расплавило и выкрутило единым спазмом. Грейнджер чувствовала, как пульсируют и сокращаются её мышцы, и особенно отчётливо ощущала член Драко в себе, который стал теперь казаться ещё больше и шире. Даже пальцы на ногах у неё онемели, а с ними-то что?
Малфой отпустил её волосы и сильнее нагнул к стене. Гермиона послушно двинулась, уперевшись руками и широко расставив ноги. Она с удовольствием прогнула спину и подалась назад, подставляя себя для него. Драко сбился с какого-то ритма и просто яростно, исступлённо вбивался в неё с невероятно пошлыми, влажными звуками шлепков тела о тело.
— Ебануться можно, — он до боли сжал пальцами её бёдра, с силой притиснув к себе, и Гермиона услышала его тихий стон. Она подумала, что если б могла, то сохранила бы его себе и слушала вечно.
Ей даже показалось, что член внутри стал ещё твёрже или он просто достал до какой-то новой точки внутри. Гермионе нравилось всё. Малфой ещё несколько раз с силой толкнулся и излился прямо в неё. Она почувствовала этот момент — тёплую пульсацию внутри себя. Драко измождённо навалился, прислонившись лбом к её плечу, и вжал своим телом в стену. Влажные от пота тела буквально слились друг с другом. Гермиона спиной чувствовала, как бешено бьётся его сердце, и ощущала, как внутри неё подрагивает и опадает член. Они оба замерли, пытаясь выровнять дыхание.
— Ты тяжёлый, не могу дышать.
Драко отстранился, и по её ноге потекла тёплая густая жидкость. Он собрал пальцами и щедро размазал по её бедру, оставляя склизкий прохладный след, а затем снова вставил в неё два пальца и сделал ими пару поступательных движений. Стенки её мышц непроизвольно сжались. Гермиона мягко отстранилась от его руки, взяла свою палочку с раковины и произнесла очищающее заклинание.
— Могла бы и так походить, — Малфой пожал плечами, забрал с раковины палочку Долохова и абсолютно голый вышел из ванны, оставив её наедине со своими мыслями.
А её мозг тем временем приобрёл какую-то невероятную ясность и кристальную чистоту. Мысли побежали с усиленной скоростью и почему-то все в разные стороны.