Фантомные боли железных грифонов (СИ)

Когда Профессор с подносом подошёл к её столу, Тэлли не заметила. Он вежливо покашлял.
— Не помешаю?
Тэлли безучастно покачала головой. Профессор нахмурился, отставил свой обед на край стола, а сам сел поближе к Тэлли.
— Что случилось, солнышко? — понизив голос, спросил он, но Тэлли никак не отреагировала. — Ну же! — Он легонько ущипнул её за локоток. — Кто огорчил мою маленькую птичку, что она теперь сидит тут вот так, нахохлившись, а, Тилли-Тэлли?
Ответа не последовало.
— Ты же помнишь, что можешь рассказать мне всё что угодно? И я обязательно постараюсь тебе помочь. Кто тебя обидел, Тилли-Тэлли?
Тэлли бросила на Профессора пасмурный взгляд, но тот заметил, что синева под ресницами стала чуточку светлее.
— И что вы им сделаете? — спросила она. — Уши надерёте?
— Ну-у-у… — Профессор изобразил серьёзную задумчивость. — Если потребуется — надеру. И, может, не только уши. А хочешь, в угол их всех поставлю? На колени, на горох!
На щеках Тэлли мелькнули ямочки, но она всё ещё продолжала обиженно смотреть в свой остывший чай.
— Так что случилось?
Она вздохнула, будто Профессор её всё-таки уговорил.
— Эта с-с-с… доктор Сага! Мы так чудесно обедали с Корнетом, и тут принесла её нелёгкая, и он сразу, как собачка, за ней побежал — что-то там помочь! — уязвлённо сказала Тэлли, не отрывая взгляда от чашки. — А ведь он ей не какой-то там лаборантишка! И самое обидное: мы договаривались пообедать, а он меня взял и бросил здесь, хотя Сага…
— Доктор Сага, — мягко поправил Профессор.
— Да… Хотя она сказала ему, что сама разберётся и не стоит беспокоиться. А он всё равно пошёл! Да ещё Хидден тут же оказался и велел Корнету «гулять выходной», потому что «в Каланче и без него найдутся желающие помочь доктору Саге» — явно на себя намекал, но Корнет всё равно пошёл! Представляете? — Тэлли обернулась к Профессору, и во взгляде сверкнула злая обида. — А после слов Хиддена — так чуть не бегом побежал!
— Ну что ж, — Профессор вздохнул, побарабанил пальцами по столу, — дурак твой Корнет. Хоть дери ему уши, хоть не дери — ума не прибавишь. Придётся тебе, птичка, быть мудрее и раз и навсегда выбросить из головы тех, кто не достоин там находиться. Хорошо?
— Всё у вас просто! — вновь нахохлилась Тэлли.
— Корнет не единственный симпатичный парень в Творецке. Да и не стоит он того, чтобы так на нём зацикливаться.
Тэлли фыркнула.
— Это на Саге все зациклились! Вот скажите, Профессор, что в ней такого? Холодная, вечно раздражённая, резкая…
— Ну… — вновь задумался Профессор. — Она красивая, наверное.
— Вам она тоже нравится? — вскинулась Тэлли.
— Нет, — честно ответил Профессор, — мне никогда не нравился ни такой типаж, ни доктор Сага в частности (как женщина, разумеется, — специалист она отличный). Так что зациклились на ней далеко не все, разве что твой Корнет, и тот — по молодости и глупости.
— А Хидден?
— О, ну, такие индивиды, как Хидден, интересуются женщинами лишь с одной целью и лишь до определённого момента. Поверь мне, когда он добьётся своего, он сразу о ней забудет. Однако доктор Сага всё ещё скорбит по мужу, и, я уверен, Хиддену придётся потрудиться…
Тэлли вновь презрительно фыркнула:
— Вот уж не думаю!
Профессор вопросительно на неё посмотрел:
— О чём это ты?
— И о том, что он забудет, и о том, что придётся потрудиться. Как-то мне не спалось, я гуляла. И видела, как она вышла от Хиддена. Где-то между двумя и тремя ночи, не слишком трезвая и, надо сказать, весьма растрёпанная. Что-то не похоже, что они там по её мужу скорбели! А Хидден всё равно за ней увивается, хоть уже прошло с той ночи несколько дней.
— Хм-м-м… — Профессор задумчиво почесал лоб большим пальцем.
— Я вас огорчила? — спросила Тэлли.
— Нет, птичка, нет, ты никогда меня не огорчаешь. Просто я не верю, что доктор Сага решила… хм-м-м… утешиться на пару ночей — хотя в этом случае я бы только порадовался за неё. А вот найти общий язык эти двое могли, но мне бы этого не хотелось.
— Почему?
— Хидден — полезный для нас человек. Но он здесь недавно и, возможно, ещё не совсем разобрался, что к чему. Будет очень печально, если кто-то собьёт его с толку, понимаешь?
 
Тэлли кивнула.
— Нам нужно приглядеть за ним, — Профессор шутливо подмигнул, — вполглазика. И не дать оступиться, если его вдруг потянет на опасные приключения.
Тэлли нахмурилась:
— Я не стану за ними шпионить!
— Нет, птичка, нет, ни в коем случае! Но вы с Хидденом неплохо общаетесь на работе, и могли бы подружиться, как думаешь? Иногда обедать вместе и болтать о том о сём.
— Наверное…
— Не хмурься, Тилли-Тэлли, глядишь, и твой Корнет приревнует!
Тэлли не сдержала смешок:
— Но ведь мне совсем не может понравиться такой, как Хидден, чтобы меня к нему ревновать!
— Да, но Корнет-то этого не знает. И я бы на твоём месте не спешил ему об этом сообщать…
***
— Можно? — Хидден постучал в дверь кабинета Стали и, не дожидаясь ответа, вошёл. — Явился по вашему требованию, — отрапортовал он.
Сталь наградила его неодобрительным взглядом и, отложив свои бумаги, вышла из-за стола.
— Ого! — удивился Хидден. — Разговор будет серьёзным!
— Более чем, — отрезала Сталь, — поэтому предлагаю вам повременить с вашим шутовством до другого случая, который со мной, я уверена, вам всё равно не представится.
— Ого! — ещё раз удивился Хидден и вновь получил строгий выговор одним лишь льдистым взглядом поверх узких очков.
— Сегодня в Грифоньем зале, пока все смотрели на Оберона, — начала Сталь, — я смотрела на вас…
— О, неожиданно! Но мне приятно.
Тонкие ноздри Стали раздражённо расширились:
— Я бы предложила вам кляп на время нашего разговора, чтобы вы наконец-то смогли спокойно меня послушать, но, боюсь, и эту мою фразу вы сумеете оригинально обыграть…
— Безусловно!
— …хотя я бы на вашем месте обыграла варианты ваших оправданий перед Профессором по поводу сегодняшнего инцидента. О, теперь вы не ёрничаете? Чудеса! Я наблюдала за вами и видела: вы остались довольны результатом бета-теста. Я не нашла багов в коде, но это не значит, что их не найдёт и Профессор.
— И что вы хотите сказать?
— То, что уже сказала: не лихачьте, чтобы не улететь на повороте в кювет. Доставать вас оттуда никто не станет. Это ясно?
— Предельно.
— И только попробуйте неосторожным движением подставить её — пожалеете. Не делайте вид, что не понимаете меня, Хидден.
— Я думал, вы захотите знать, что…
— Всё, что нужно, я пойму и без вас, — перебила его Сталь. — А вас призываю сбавить обороты — вокруг не дураки, кругом глаза и уши.
— Я очень уважаю и Профессора, и остальных членов команды. Уверен, здесь собраны лучшие умы, ведь выбирал их Город, — многозначительно сказал Хидден. — Но поверьте, доктор Сталь, я им не уступаю. Я продолжу работать над проектом со всем тщанием и уверен в успехе предприятия. В том числе и потому, что им руководите и вы тоже, а не только Профессор. И ваше внимание к деталям сделает мою работу ещё тоньше и эффективнее. Благодарю вас.
Сталь выслушала Хиддена, и острый взгляд поверх узких очков чуть смягчился.
— Я рада, что мы друг друга услышали, Хидден, — кивнула она. — Продолжайте работать. Город ценит вас, не заставляйте его усомниться в его выборе. Надеюсь, моё доверие вы тоже оправдаете.
Выйдя из кабинета Стали, Хидден едва не налетел на Профессора.
— О, Хидден! — обрадовался тот и сбавил шаг — им нужно было в одну сторону. — Как там доктор Сталь?
— Навешала мне за сегодняшний тест, — усмехнулся Хидден. — Велела работать аккуратнее.
— Она строга, да, — согласился Профессор. — Но я бы на вашем месте с ней не ссорился.
— Учту.
— Всегда лучше иметь плохого друга, чем хорошего врага, верно? Кстати, о друзьях… Говорят, вы поладили с Сагой?