Фантомные боли железных грифонов (СИ)
— Верно, верно, — покивал Профессор, заложив руки за спину. — Что ж, давайте завтра с утра проведём тест сразу на работающем скане, возьмём Армм-Химеру-Оберона. Как полагаете, риски есть? До вашего здесь появления грифоны с активированными модулями памяти, бывало, вели себя крайне непредсказуемо и опасно.
— Риски всегда есть, — пожал плечами Хидден. — Я нейрохакер, а не Господь Бог, у меня тоже может что-то не получиться. Тем более с такими «пациентами» я имею дело всего-то пару недель — материал для меня новый и пока не совсем понятный.
— Хорошо, — Профессор опять кивнул. — Тогда задействуем в зале как можно меньше народу, только необходимых. И защиту, безусловно… — Он погрузился в какие-то свои размышления. — И наденьте, пожалуйста, халат, Хидден, здесь так принято. — Профессор указал взглядом на брошенный на спинку стула белый халат.
Утром посреди Грифоньего зала вместо Унн-Харибды-Тин-Урана лежал Армм-Химера-Оберон, отличавшийся от своего собрата только гравировкой с именем на хвосте и сканом в модуле памяти. Учёные полагали, что сканы личности всё же могли в какой-то степени влиять на грифона, поэтому за каждым сканом закреплялся свой грифон, чтобы избежать ещё большей неразберихи в «уме» железных зверей.
Когда Хидден вошёл в зал, вокруг Армм-Оберона суетились Тэлли и Корнет, подготавливая его к тесту. Поодаль, изучая документы новой допрошивки, стояла доктор Сталь, по разным сторонам зала скучали трое крепких ребят в защитных очках и рукавицах выше локтей. Профессор за главным компьютером занимался подготовкой к пуску модуля памяти с допрошитым сканом личности.
— Опаздываете, Хидден, — не поднимая глаз от документов, сказала Сталь. — Все ждут только вас.
— И вам здравствуйте, доктор! — улыбнулся Хидден. — Начнём?
— Сейчас завершим последние приготовления и начнём тестирование, — отозвалась Сталь.
— Ну вот, а говорите… — он осёкся, поймав пронзительный льдистый взгляд поверх узких очков.
— Вы опять без халата, Хидден? — вздохнул Профессор.
— Неправда: я с халатом, халат со мной! — Хидден потряс в воздухе перехваченным поперёк длины халатом.
— Наденьте его, пожалуйста, — устало попросил Профессор, и Хидден, трагично закатив глаза, накинул халат на плечи, завязав рукава на груди. — Ну, хотя бы так… — нехотя уступил Профессор.
Хидден поймал на себе взгляд Тэлли и поиграл бровями, изображая радость от своей маленькой победы над Профессором. Тэлли тихонько хихикнула, Корнет посмотрел на него прохладно, с нотками неодобрения.
Когда всё было готово и перепроверено Сталью, крепкие ребята, стоявшие в стороне, выступили поближе к грифону, остальные надели такую же, как у них, защиту. Сталь и Тэлли отошли подальше. Профессору с Хидденом предстояло активировать модуль памяти в грифоне. Профессор вложил чёрный ящичек в паз на шее над грифоньей спиной.
— Прошу! — Он сделал приглашающий жест.
Хидден подошёл ближе, тремя пальцами толкнул модуль памяти, и тот мягко ушёл вглубь шеи, словно кассета в старинный видеомагнитофон. Зашелестели закрывшие паз железные перья. Профессор, не отводя напряжённого взгляда от грифоньей головы, жестом велел Хиддену отойти подальше.
Армм-Оберон открыл глаза так резко, что даже веки щёлкнули. Зрачки несколько раз сузились и расширились, настраиваясь, словно объективы фотокамер. По жёлтой радужке пошли хороводами ветвистые молнии — белые, а не синие, как у Унн-Урана.
Грифон мягко и стремительно, одним движением, поднялся на лапы, расправил плечи, полураскрыв крылья, окинул зал хищным жёлтым взором с высоты своего немалого роста. Тихонько вжикнули перья-«ушки», поднимаясь по обе стороны орлиной головы. Профессор и Хидден сделали ещё шаг назад.
Грифон вскинул хвост, мелко потряс скорпионьим набалдашником-«кисточкой» и со всей силы треснул им об пол так, что в воздух взметнулась бетонная пыль.
— Бересклет, вы меня слышите? — Голос Стали звучал чётко и металлически холодно, будто и сама она — одна из грифонов.
Армм-Оберон бесшумно и резко развернулся в её сторону, хлопнул стеклянными глазами, сделал осторожные полшажочка навстречу, дёрнув шеей, словно голубь.
— Бересклет, если вы меня понимаете, стукнете клювом об пол три раза, — велела Сталь.
И вот тут начало твориться странное. Как будто некто Бересклет, чей скан активировали в Армм-Обероне, только сейчас сообразил, что у него есть какой-то клюв и что он вообще находится в постороннем, и даже нечеловеческом теле. Грифон словно рассинхронизировался: дёрнулся назад, запнулся за собственный хвост, неуклюже хлопнулся на железный зад. Распахнул во всю ширь заточенные крылья, вскинул клюв к потолку и яростно замотал головой из стороны в сторону — ни следа былой грации.
— Деактивируем! — заорал Профессор, и крепкие ребята кинулись к Армм-Оберону, но не тут-то было!
Он захлопал крыльями, не подпуская деактиваторов, острые кончики маховых перьев взрыли бетонный пол глубокими царапинами. Жёлтые глаза закатились под верхние веки, и грифона забила сильная, до железного лязга, дрожь.
— Отключайте! — Профессор сам ломанулся к Армм-Оберону, рискуя быть нашинкованным в мелкую стружку беспорядочно бьющими крыльями.
В последний момент его перехватил Корнет, и кончик заточенного пера мазнул не по Профессорскому горлу, а по руке Корнета пониже плеча, распоров и белый халат, и рубашку под ним, и плоть. Тонкий рукав мгновенно окрасился кровью, где-то сзади сдавленно закричала Тэлли.
Грифон завалился на бок, царапая лапами бетонный пол, зацепил одного из троих парней, а второго сшиб хвостом, которым крутанул над собой, словно лассо.
Хидден сам не понял, как умудрился зайти грифону сзади, проскочить под растопыренным крылом и увернуться от скорпионьего набалдашника на хвосте, едва не попавшего ему в висок. Наверное, помогли годы экстремальной езды на эндуро. Он ткнул кнопку деактивации модуля в тот момент, когда бьющийся в конвульсиях грифон решил крутануться на боку и мог бы как минимум задавить Хиддена, но резко затих в паре сантиметров от него. Чёрный ящичек выехал из паза на шее. Грифон, обнулённый до примитивного физиологического функционала, за который отвечала Плесень, приоткрыл потускневший глаз.
— Все целы? — поинтересовался Профессор. — Хорошо. Уведите грифона в цоколь, — распорядился он, нервно одёргивая халат. — Хидден, над этой допрошивкой вам придётся поработать ещё, в ней явно какой-то баг. Корнет, благодарю вас. Тэлли, сможешь зашить порез Корнету? Прекрасно! Вы оба на сегодня свободны. Хидден, работайте! Доктор Сталь, хотите что-то добавить?
— Нет, Профессор, у вас отлично получается руководить вместо меня, — не без сарказма ответила Сталь. — Но в данном случае я со всем согласна. Тэлли, хотите, я сама наложу швы?
— Нет-нет! — спешно отказалась Тэлли. — Я справлюсь, я проходила медицинские курсы.
— У-у, какой энтузиазм! Повезло тебе, парень, — Хидден лукаво подмигнул Корнету, тот нахмурился.
— А вас, Хидден… — перевела на него строгий взгляд Сталь.
— …вы попросите остаться? — невинно предположил Хидден, и Сталь глянула ещё строже.
— Зайдите ко мне в конце дня, — безапелляционно припечатала она и, собрав документы, пошла в свой кабинет.
***
По пояс раздетый Корнет сидел посреди кабинета первой помощи и в глубине души сожалел, что Тэлли, бережно зашивавшая сейчас его порез, не уступила эту работу Стали. Наедине с последней Корнет в таком вот виде чувствовал бы себя не так неловко, как с Тэлли.
— Вот и всё! — Тэлли лучисто улыбнулась. — сейчас заклею, и можно одеваться.
Пока она искала в белых шкафчиках со стеклянными дверцами пластыри, Корнет скосил глаза на пострадавшее плечо. Шовчик был идеально ровным — шрам после такой ювелирной работы вряд ли останется, Тэлли постаралась на славу.
— Вот та-а-ак, — она склонилась над Корнетом, приклеивая послеоперационный пластырь, с тщательной нежностью пригладила его края, чтобы те лучше пристали к коже.