Враг навсегда (СИ)
Чуть позже я узнала, что она все-таки соблазнила Матео. Я однажды застукала их за этим делом, и не один раз, то в домике садовника, то в подсобке при бассейне. Никому, ясное дело, я рассказывать не стала. Да и вообще, больше с Матео и Диего не зависала, увлеклась пробежками.
Алекс пропадал на местной конюшне, занимаясь конным поло, Эмили вступила в тот же конный клуб вслед за ним. Жизнь круто для всех менялась, мы вырастали.
История с украденным бельем осталась позабыта.
Но через несколько месяцев счастливая и порхающая Грэйс снова стала ходить мрачнее тучи. Красные заплаканные глаза, потеря аппетита. Девушка худела на глазах, превращаясь в привидение. Она вдруг стала всех сторониться, предпочитая одиночество.
Матео продолжал работать садовником как ни в чем не бывало.
Однажды на моих глазах Грэйс упала в обморок, потому что, как оказалось, несколько дней почти ничего не ела. Как сумасшедшая она занималась балетом до умопомрачения, так и упала. Я просто услышала грохот в танцевальном зале, и осторожно заглянула внутрь.
Увидев лежащую без сознания девушку на полу, я тут же бросилась к ней и похлопала по бледным щекам.
— Грэйс! Что с тобой?! Очнись!
Она никак не открывала глаза, хоть и немного пошевелила рукой. Тогда я бросилась на кухню за водой.
— Эй! Есть кто дома? — закричала я.
Как обычно, в такие моменты всем просто жизненно необходимо куда-то испариться. С кружкой холодной воды я побежала обратно.
— ЭЙ! КТО ДОМА?!
— Чего орешь? — в дверях показался Алекс. На плече спортивная сумка, он только вернулся с ипподрома.
— Там Грэйс… она упала… не приходит в себя, — сумбурно затараторила я.
Бросив сумку на пол, он, не разуваясь побежал за мной в танцевальный зал.
— Грэйс! — упав перед ней на колени, он тоже начал хлопать ее по щекам, как это делала я.
— Вот вода.
Плеснув из кружки ей на лицо, мы облегченно вздохнули, когда она вздрогнула и с легким трепетом открыла глаза. Светло-серые, прозрачные, мгновенно наполнившиеся влагой от слез.
— Что с тобой? Ты заболела? — с тревогой спросил Алекс.
— Заболела…
Голос сухой и безжизненный.
Мне не нравилось ее шаткое состояние. Было заметно, что Грэйс была не в себе. И в причине такого состояния я могла только догадываться.
Поднявшись на ноги, я оставила их в танцевальном зале и направилась в сад. Искать Матео.
Нашелся он сразу. Увлеченно подстригал кусты, насвистывая себе под нос. Сама невозмутимость.
— Матео!
Он оглянулся на мой оклик.
— А, это ты, Ди…
— Как ты можешь?! — гневно начала я.
Тот даже слегка опешил от моего напора. Опустил секатор. Уставился в недоумении.
— Грэйс страдает. Ей же очень плохо. Вы расстались?
— Я думал ты ее не любишь.
— Не люблю. Но мне тяжело на это все смотреть. Она сегодня в обморок свалилась. Почти ничего не ест и не пьет! Скоро от нее ничего не останется!
— Что же мне сделать? — усмехнулся он. — Покормить ее с ложечки? Это ее проблемы.
— Но… Но вы же встречаетесь? Я знаю, я… — я смущенно покраснела, опустив лицо.
— Ну вот, этого только не хватало. Ты уж помалкивай, Ди. Не говори никому. Просто девица Торнхиллов уж очень настырной оказалась. Ну, не удержался, она сама настаивала.
— Так вы расстались?
— Да мы даже не встречались. На кой черт она мне сдалась? — равнодушно пожал он плечами.
Я была в ужасе от его циничных слов. И от него самого.
Матео вернулся к работе и продолжил методично резать кусты, насвистывая под нос. Образ славного и мужественного парня развалился на моих глазах в одно мгновение. Матео вызывал во мне только чувство отвращения.
Как он так мог? Воспользоваться ею, а потом оттолкнуть? Он ужасен. И что она в нем нашла?
ДИАНА
Несколько лет назад…
Продолжение
Неожиданно для всех уволился по собственному желанию Матео. Для Грэйс наступили темные дни. Дочь Торнхиллов не просто таяла на глазах, она словно сходила с ума. Отцу и матери отвечала резко, по-хамски, переходя все границы. Иногда мне даже казалось, что она их специально провоцировала на скандал.
Алекс пытался как-то узнать, что с ней происходит, но она только говорила:
— Ненавижу их. Наши родители такие лицемерные. Лгут и улыбаются. А сами просто до краев набиты грязью.
— О чем ты? Мать, конечно, перебарщивает с алкоголем, но все не так критично, — оправдывал Лору Алекс. Покосился на меня (я мыла полы) и понизил голос. — Все наладится, вот увидишь.
— Раскрой глаза! — засмеялась девушка. Она теперь часто смеялась без всякой причины, пугая домочадцев. — Наша семья — это сплошное уныние. Стыд и позор. А отец…
— Что отец? Я знаю о его связи, — процедил сквозь зубы мальчишка. — Я не оправдываю его, но верю, что мы справимся с этим…
— У отца есть и другие секреты, — она вдруг посмотрела на меня. — Да уж… Наша семья — это сборище уродцев. Алкоголь, измена. Тут еще я, такая папочкина прелесть…
Она опять расхохоталась, а я поежилась.
— Отстаешь от нас, братишка. Хотя, о чем это я? Ты уже тоже потерян. Все приумножишь в будущем. Еще не вечер. Отец был прав, мы с тобой как парочка шакалов. Истинные дети своих родителей.
Ее смех звучал пугающе.
— Грэйс… — обескураженно прошептал Алекс.
Я усиленно делала вид, что не слушаю, и что меня вообще не было в комнате, но звук, издаваемый шваброй, вообще не помогал сливаться с интерьером.
Все так изменилось. Грэйс стала часто смотреть в мою сторону, о чем-то размышляла. Взгляд, как мне показалось, был наполнен жалостью и какой-то бешеной яростью. Я не понимала и, честно говоря, побаивалась ее. Она точно была не в себе.
То, наоборот, лихорадочный блеск, переменчивое настроение. Лора сводила ее к врачу, для Грэйс выписали какие-то успокоительные таблетки. Она даже не протестовала, глотала их чуть ли не горстями.
Лето подходило к концу.
Однажды, когда я вылавливала листья в бассейне, девушка сама подошла ко мне.
— Ди, я хочу с тобой поговорить, — осторожно начала она.
Я развернулась к ней, посматривая на нее с опаской.
— О чем?
После истории с дурацким бельем, мне и разговаривать с ней не хотелось, но почему-то я ответила ей. Что-то было в ней такое. Наверное, взгляд. Полный раскаяния.
Грэйс съедала гордыня. Но она все равно чувствовала себя виноватой передо мной, хоть и не могла пересилить себя и попросить прощения.
— Пару дней мой пакет поваляется в подсобке у бассейна. Не выдашь? Там только ты появляешься… Мать по всему дому шарит, в комнате по несколько раз на дню. Ей кажется, что я на травке сижу.
Она иронично хмыкает.
— Что в пакете?
— Да ничего особенного.
— Грэйс.
Я не хотела себе очередных проблем.
— Одежда, немного наличных, — призналась она. — Мне понадобятся деньги, особенно на первое время.
— Ты уходишь из дома? — ахнула я.
— Да, все верно. Я ухожу отсюда.
— Но куда?! Зачем?! Это так опасно!
— Матео сказал, что ты его ругала, — коротко улыбнулась она. — Спасибо, что ходила к нему.
— Ты с ним видишься? Он же уволился… — озадачилась я.
— Не вижусь, — покачала она головой, ее голос задребезжал. — Но он обещал позвонить. Я такая дура…
Она вдруг расплакалась.
— Ты чего? — растерялась я, не зная, что делать.
Успокаивать Грэйс мне еще не приходилось.
— Он же меня обманет, да? В очередной раз обманет… Он столько раз уже это делал… Это мое наказание, Ди. За все. Жизнь наказывает меня за все по полной программе.
— Эээ, не плачь. Все наладится, — неуверенно пробормотала я.
Усмехнувшись, она посмотрела на меня, вытерев слезы.
— Да ладно. Говори как есть. «Ты — паскуда, Грэйс Торнхилл. Так тебе и надо». Говори, Ди. Говори…
— Не буду я этого говорить.
— Как знаешь. А я бы сказала. Вот наше отличие. Даже после всего ты все равно не теряешь себя. Отец был прав насчет тебя.
— Что?