Тщательно отшлепанная (ЛП)
— Они сказали, чтобы я попросила своего адвоката взглянуть на это. Меня не пустят в это место до тех пор, пока оно не будет подписано. — После того, как большую половину трехчасового пребывания я исполняла роль игольницы кошмарной медсестры, я собиралась попасть в этот клуб как можно скорее. Поэтому передала его Сейдж. — И, поскольку ты мой адвокат… — я захлопала ресницами, и Сейдж, взяв соглашение, пошел за стол.
Я чувствовала, что беспокойство Амелии нависает надо мной, как назойливая муха, которая постоянно жужжала над ухом.
— Амелия, я в порядке.
— Ты хорошо справляешься с аналом? — спросила она, и я подавилась своим языком.
— Что?
— Фистинг10?
— Амелия!
— Пеггинг11?
— Амелия!
— Сквирт12, квининг13, фиггинг? — продолжала она.
— Что за ху*ня — фиггинг?
— Когда тебе в задницу засовывают кусок имбиря. Это жжет, Фейт. Жжет, черт возьми, а некоторым это нравится. — Я уставилась на подругу, поняв, что она говорила совершенно серьезно.
— Черт. Я больше никогда не буду смотреть на пряничного человечка по-старому. Это Кекс сделал эту фигню? Неужели он так унизил Пряника? Грязный ублюдок.
Амелия проигнорировала мою шутку и спросила.
— Ты не против СЧМ?
— Терапии?
— Сдавливание члена и мошонки, Фейт.
Я накрыла руку Амелии своей.
— Из всего, что ты только что сказала, это кажется мне самым захватывающим. Кто бы не хотел зажать руками пару яиц и заставить какого-нибудь засранца кричать?
— Ты несерьезно относишься ко всему этому, Фейт! — сказала она с раздражением.
— Это так, Амелия.
— Ты даже не знаешь, что такое квининг, я поняла это по твоему лицу.
— Я и сейчас не знаю.
— Это когда ты садишься на корточки и долбишь своей вагиной кому-нибудь в лицо. Вот и все. Ты просто садишься кому-то на лицо. Квининг! Вот что это.
Я не смогла сдержаться. И разразилась хохотом. Рот Амелии дергался, пока она, наконец, не присоединилась.
— Присесть на корточки? Если это правда, то мне конец! Я не могу приседать, даже чтобы спасти свою жизнь. Я убью бедного засранца, который захочет быть у меня между ног. С моей силой мышц я приземлюсь на лицо парня и не смогу подняться. — Я посмотрела в другой конец комнаты. — Сейдж! Вагинальная асфиксия — есть такое?
— Конечно, — сказал он, не отрывая глаз от соглашения. — Любой вид удушья — это круто.
— Фейт… — Амелия потянула меня за руку.
— Амелия. Я люблю тебя. И да будет благословенно твое невинное сердце, но я могу только представить, через что тебе пришлось пройти, чтобы изучить эти термины сегодня. — Амелия была тихой и совсем не склонной к авантюрам. Я обожала ее за то, что она сделала это ради меня.
— Я сидела в Зале происхождения человека среди неандертальцев в натуральную величину. Клянусь, в какой-то момент они заглянули мне через плечо, посмотрели на мой ноутбук, задыхаясь вместе со мной.
— Задыхались, да? Это еще один вид сексуальной активности?
— Вообще-то да, — сказала Амелия, и мой смех оборвался. — Это когда ты душишь кого-то, когда он кончает. Они теряют сознание на несколько секунд, и это должно быть сродни тому, что некоторые считают экстазом.
— Вау.
— Вау. Именно так, Фейт. Это те вещи, на которые ты будешь идти вслепую. Я знаю, что ты не какая-нибудь девственная принцесса, но для этих людей ты именно такая. Это не перепих со случайным парнем в туалете. Это настоящая страшная сексуальная игра.
Наклонившись, я поцеловала Амелию в щеку.
— Я люблю тебя. И ценю. Я просто хочу, чтобы ты это знала. Но это произойдет, милая. — Сейдж опустился рядом со мной. — Ну? — спросила я его.
— Все железно, как я и думал. — Это сдуло мою надежду на большую статью, как булавка, которую воткнули в надувную куклу. — Но не невозможно. Тебе придется опустить любые имена, любые описания лиц — все, что может разоблачить людей, с которыми ты будешь встречаться, или трахаться. Но что касается твоего опыта, того, что ты делала и что с тобой делали, то ты можешь об этом рассказать.
— Аргх! — закричала я и бросилась на Сейджа. Обхватила его за шею и поцеловала в щеку. — Сейдж, хочешь в благодарность съесть меня?
— Что? — спросил он, сморщив нос в замешательстве.
— Размазать мою киску по своему лицу.
— Эээ… не нужно, Фейт, спасибо.
— Ты уверен? Отныне от меня можно ожидать таких вкусняшек. Я буду хорошо разбираться во всех тонкостях.
— Уверен на сто процентов, малышка. Хотя, если ты найдешь красивого мужчину, который захочет поделиться со мной вкусняшками, я не откажусь.
— А если он захочет засунуть тебе в задницу имбирь?
— Тогда я скажу, чтобы он звал меня мистер Московский Мул.
Я рассмеялась и шлепнула Сейджа по накачанной груди.
— Вы невозможные, — сказала Амелия и свернулась калачиком на диване в стороне от нас. — Вы стоите друг друга. — Я бросилась вперед и прижалась к ее руке. Амелия рассмеялась и оттолкнула меня.
— Хочешь, чтобы я отсканировал это и сделал копию? — спросил Сейдж. Его офис был оснащен лучше, чем вся остальная квартира.
— Да, пожалуйста.
Через десять минут Сейдж вернулся в нашу комнату, а подписанный контракт был отправлен в «НОКС». Нервы, с которыми я боролась весь день, начали успокаиваться. Дело было сделано. Я пойду в «НОКС».
Как раз в тот момент, когда я встала, чтобы выпить, зазвонил мой телефон. Я ответила на звонок, к счастью, впервые в жизни не уронив его.
— Алло, — поспешно сказала я. Сейдж и Амелия выключили телевизор и смотрели на меня.
— Завтра вечером. Приходите чистой и с полной эпиляцией, особенно в области гениталий. Волосы должны быть собраны. Адрес вам пришлют за час до прибытия. Не опаздывайте. У вас только один шанс на «НОКС», не упустите его. — Звонок завершился, и я посмотрела на своих друзей расширенными глазами.
— Завтра вечером, — сказала я и глубоко вздохнула. — Я иду туда завтра вечером.
Завтра вечером я узнаю, что скрывалось за высокими стенами таинственности, окружавшими известный клуб. Я возьму на себя обязательство докопаться до истины, что бы мне ни пришлось пережить. Я, Фейт Мария Паризи, войду в «НОКС» с широко открытыми глазами и, несомненно, широко раздвинутыми ногами.
Глава шестая
— Ты сможешь, Фейт, — напевала я про себя, когда такси стало замедлять ход. Мой черный плащ длиной три четверти был плотно завязан на талии. Мужчина, разговаривавший со мной по телефону вчера вечером, не сказал о дресс-коде. Поэтому я оделась в свой самый сексуальный наряд и надеялась, что этого будет достаточно. На мне было приталенное черное платье и мои лучшие туфли на двенадцатисантиметровых каблуках — такая высота была слишком амбициозной для дамы с моими проблемами с равновесием, но я чувствовала, что вечер требует чего-то смелого. Все-таки я пришла в секс-клуб. Может быть, мне удастся встретить какого-нибудь красавца, который захочет меня поймать.
Волосы были собраны, их удерживало на месте огромное количество шпилек. Макияж был тяжелым и гламурным, новая красная помада подходила к ногтям. В ушах висели серьги-люстры. Я боялась, что выгляжу как участница из «Джерси Шор»14. Но я была здесь, и мне нужно подтянуть штанишки большой девочки и встретиться с флоггерами15.
Такси остановилось в центре Верхнего Ист-Сайда, и я уставилась на возвышающийся таунхаус, идеально расположенный рядом со своими симпатичными соседями на идиллической улице, обсаженной деревьями. Он был построен из белого камня, а римские колонны стояли, как стражи, у полностью стеклянного входа. Стекло было непрозрачным, и я не могла заглянуть внутрь. Все это очень походило на римский Пантеон в его благоговейной эстетике. И его фасад вполне соответствовал названию клуба. Богиня и дочь Хаоса могла бы гордиться этой итальянской архитектурой. При всей своей красоте он выглядел как еще один неприлично дорогой дом в Нью-Йорке. Этот сексуальный клуб скрывался от посторонних глаз. С улицы никто бы и не догадался, какие плотские удовольствия он предлагает внутри.