Путь к сердцу мужчины (СИ)
— Что тут происходит? — громыхнул так, что все взгляды оторвались от экрана командирского монитора и устремились на него. Минуту стояла гробовая тишина, а затем, первым не выдержал Завьялов и захохотал. Мужской коллектив едино поддержал начальника.
— Ой, Гоша- Гоша, — покачал головой Артем Михайлович и быстро нажал на кнопку выключения монитора. — Так, все по рабочим местам, поржали и хватит. Серов сюда иди.
Мужики повздыхали, но послушно двинулись на выход, то и дело хихикая, как заправские школьницы, флиртующие с молодым преподавателем.
— Дай угадаю, — потер лицо Серов и присел за стол напротив Артема Михайлович, когда в кабинете, кроме них двоих, никого не осталось. — Валя?
— Уже Валя? Плодотворно, я погляжу, ты девушку до КПП довел, — ехидно протянул начальник Серова и повернул к нему монитор, не забыв его предварительно обратно включить. — Любуйся, к чему любовь приводит.
— А я говорил, надо то дерево срезать к х*рам, — философски заметил Георгий. — А сидит то она давно так?
— Минут десять, — пожал плечами Завьялов. — Иди, герой, спасай.
— Пошел ты, — беззлобно отозвался Серов и, встав, действительно отправился на помощь, хотя больше всего хотел оставить ее на заборе. Так, по крайней мере, она до него не доберется, но совесть была грызущей заразой и не дала бы воплотить мечты в реальность. А жаль…
— Долго ты там сидеть собралась? — поинтересовался Гоша, вскинув голову к верху и приложив ребро ладони к голове. — Или гнездо надумала вить?
— Только с тобой, милый, — улыбнулась я, и ножками замахала в воздухе. Любуйся, пока есть возможность. Ножки у меня — загляденье!
— Обойдешься, — фыркнул Георгий. — А если серьезно: слезать думаешь?
— Думаю, но не могу. Я высоты боюсь!
— А какого рожна ты на забор полезла? Тогда не боялась? — похоже, кто-то злиться начинает и кипеть, аки свистящий чайник. А я что? Я ножками махаю, да плечами пожимаю. Хотел почувствовать себя мужчиной? Пожалуйста. Снимай меня теперь, герой одиночка.
— Неа. Любовь преодолевает страх.
Хорошо сижу, далеко гляжу. Ветерок волосы развевает, солнышко припекает, птички поют — заливаются, а внизу — мужчина мечты. Красота…Лепота…
— Прыгай, давай. Любовь у нее, — хмыкнул Гоша и руки выставил вперед.
— Точно поймаешь? Или я сейчас прыгну, а ты — шаг в сторону. Была Валя и нет Вали.
— Будешь много болтать, так и сделаю. Прыгай! — приказал Серов, и кто я такая, чтобы ослушаться?! Глаза зажмурила, ручки в кулачки сжала и прыгнула. Если не поймает, буду призраком ночью приходить и проклинать.
Поймал, родимый мой. Поймал! Ручищами своими сжал, что аж дыхание перехватило и глаза непроизвольно распахнулись. И смотрит насмешливо так, по-доброму, будто и не его поганый рот гадости всякие говорил. До чего же милый, так бы и ударила! Ибо нечего честных и хороших девушек обижать.
— Страшно? — усмехнулся Георгий.
— Нет, — отрицательно качнула я головой.
— Врешь.
— Ага….
Глава шестая
— Врешь.
— Ага, — говорю я. Еще немного, еще совсем чуть-чуть остается до того момента как наши губы соприкоснутся. Он улыбается, а я только и думаю о том, что этот невероятный мужчина до ужаса упрям и строптив. Кажется, мне прямо сегодня нужно пересмотреть все фильмы с Адриано Челентано. Помнится, он тоже был таким же упрямцем.
— Голубки, может хватит уже? Все таки государственная структура, — насмешливо пропел командир и мне пришлось выглянуть из-за плеча Гоши, дабы взглядом высказать все, что я думаю о таком начальстве.
— Артём Михайлович, вы прямо непризнанный Петросян, — не переставая улыбаться, произнес Гоша и опустил меня на землю. — Что же вы девушке не помогли? Она, между тем, высоты боится. Только и можете, что сидеть в кабинете и ржать.
— Вы смеялись с меня? — изогнула я вопросительно бровь.
— Что вы, Валентина Сергеевна? Как я мог? — этот клоун даже руку на сердце положил и так театрально удивился, вытянув лицо, что стало ясно-издевается.
— Комедиант, — хмыкнул Георгий. — С вашего позволения, я провожу девушку!
— Конечно-конечно! Валентина Сергеевна, вы заходите, если что. Всегда вам рады, всегда! — покивал Завьялов.
— Обязательно, — теперь моя очередь была улыбаться на все свои имеющиеся зубы. Ой, а что это Гоша побледнел так? Неужели удар солнечный получил? Так, вроде, я на заборе сидела без панамки, а не он.
— Завьялов, я тебя прибью когда-нибудь, за твой длинный язык.
— Ты сейчас так специально говоришь, чтобы меня на свадьбу не приглашать. Знаю я твои штучки. Валентина Сергеевна, голубушка, уж вы то мне клятвенно пообещайте: лично отправить приглашение!
— Валя, пошли, — пропустил мимо ушей все сказанное начальником Георгий, и, схватив меня за плечи, подтолкнул в сторону КПП.
— Иду я уже, — фыркнула, и напоследок повернула голову, чтобы увидеть, как Артем Михайлович подмигнул мне. Ах, какой мужчина! Жаль, что занят, да и я другому отдана и буду век ему верна.
Посмотрела на впереди идущего Георгия и вздохнула, громче положенного. Вот, почему нельзя быть хоть чуть-чуть сговорчивее?! Я же все ради него! Абсолютно все! Чтобы я раньше ради мужика на забор полезла? Да никогда! Хотя….Раньше не для кого было и лезть. Разве что для Пети и то…Не, бред какой-то. Лезть на забор ради Петеньки? Такое сотворить может только Роза Львовна.
Попыталась представить, как Роза Львовна перелазит через забор и, не удержавшись, тихонько засмеялась.
— Смех без причины… — начал Гоша, обернувшись ко мне.
— Признак хорошего настроения, — перебила я, дабы он опять никакую гадость не сказал.
— Ну, конечно, — съехидничал Серов и, не сбавляя шага, пошел дальше. Э, нет. Мне такое не подходит. Такими темпами мы совсем скоро будем у КПП и опять попрощаемся, чего я очень не хотела бы.
— Гоша, а Гоша! А ты чего такой колючий? — спросила я у его спины. Спина от неожиданности резко притормозила, позволяя мне ускорить шаг и поравняться с Георгием.
— А ты чего такая настырная? — нашелся с ответом он.
— А вопросом на вопрос неприлично отвечать, — парировала я.
— То есть, законопослушным гражданам надоедать прилично?
— Кому это я надоедаю? — укоризненно протянула.
— Мне! — воскликнул он, нахмурив брови и сверля меня тяжелым взглядом. Я, конечно, ни разу не забоялась, но показывать этого не стала. Пусть порычит, — полезно. Сейчас пар выпустит, глядишь поласковее станет.
— Ты просто не привык, — отмахнулась я. — Ты же мне даже шанса не даешь.
— Валя, не морочь мне голову и чеши домой, — Гоша скрестил руки на груди, выжидая когда я соизволю продолжить путь, но я и не думала подчиняться.
— Фи, быть таким грубым, Серов, — скривила носик, но сказать что-то еще почему-то не решилась. На самом деле, сей диалог ужасно утомил, да и своими речами я в высшей степени ничего не добьюсь. Нет, я ни в коем случае не сдалась и завтра опять приду, но с Гошей не пройдет, если переть напролом слишком настойчиво. Вода камень точит, так что, каким бы угрюмым, грубым и колючим не хотел показаться Серов, этим он меня нисколечко не оттолкнул.
Именно поэтому, не говоря больше ни слова, направилась к КПП. Преодолевать обратный путь через забор было не в моих силах.
— Ну и куда ты пошла?
— Домой. Ты же сам сказал, — не оборачиваясь, произнесла я. Вот, не поймешь этих мужиков. Говорят: уходи, — и ты уходишь, а они стоят и удивляются, почему и куда ты пошла. Еще что-то про женскую логику твердят.
— Ну иди, — прилетело в спину.
— Ну и пойду, — буркнула себе под нос. Ох, доведет меня он до нервного срыва. Сто пудов, доведет!
***
Она не приходила несколько дней, и Гоша, сам себе удивляясь, даже начал переживать, не случилось ли чего? Удивительно, как за какой-то небольшой промежуток времени Валентина успела влиться в его размеренную жизнь и перевернуть ее с ног на голову. Еще никогда он не встречал таких настойчивых девушек.