В постели с дьяволом

Я никогда не была особо верующим человеком, но неожиданно взмолилась неистовее, чем любой религиозный фанатик за всю историю человечества. Я хотела этот телефон. Я хотела его! Я слишком туго соображала, чтобы придумать другой способ позвонить и попросить о помощи. Дома тоже стояли телефоны, но они молчали.
Джордан никогда не выпускал меня из дома одну, но даже если бы чудо свершилось и я вышла сама, у меня не было мелочи, чтобы бросить в таксофон.
Я смотрела и молила, смотрела и молила.
Джордан закончил флиртовать и вернулся ко мне. Он залпом выпил свое пиво.
— Пойдем.
— Можно я допью вино?
— Нельзя.
— Ты можешь еще немного пообщаться со своей подругой, — предложила я. — А я тем временем допью. Я ничуть не возражаю.
— Мы сказали друг другу все, что было нужно.
Я не стала тратить силы, пытаясь понять, что он имел в виду. Я видела восхищенный блеск в ее глазах. Если он предложил ей романтическую встречу, уверена, она согласилась. Она смотрела на меня. Интересно, что он ей про меня наплел? Что я его умирающая сестра?
Он помог мне слезть со стула, поставил на ноги и направился к выходу. Я шла позади, отставая на несколько шагов. Приблизившись к двери, я решила, что Господь наверняка надо мной сжалился. Хозяйка телефона встала и пошла в туалет, взяв с собой сумочку, но опрометчиво оставив телефон без присмотра на самом видном месте.
Поравнявшись со столом, я провела рукой по его поверхности. Ловким незаметным движением схватила телефон и опустила в карман, после чего вышла вслед за Джорданом.
От страха я почувствовала прилив слабости. Я напряглась, ожидая, что вот-вот поднимется шумиха, мне вслед полетят обвинения, в меня начнут тыкать пальцами, но никто так и не заметил, что я совершила.
Я шла дальше, ощущая вес прижатого к бедру телефона.
 Глава 25 
 
Как только мы вернулись, я поспешила в ванную, чтобы спрятать телефон в косметичку рядом с запиской-допингом, которая подтверждала мою вменяемость.
Вскоре зашел Джордан. Он надел тот прикид мачо, в котором был, когда мы с ним познакомились: обтягивающие джинсы, мокасины, кожаный пиджак.
— Ты куда-то собрался? — спросила я, обрадовавшись, что смогу наконец-то побыть одна.
— Да.
— Когда вернешься?
— Пока не знаю. Посмотрим, как сложится.
Он договорился о встрече с той девушкой из бара? Так быстро? Это вызвало у меня тревогу за нее, но и за себя тоже. Неужели он нашел мне замену? Если так, опасность значительно серьезнее, чем я себе представляла.
Он вышел на кухню и вернулся с таблеткой и стаканом воды.
— Я же совсем недавно одну уже приняла, — заныла я.
— А теперь должна принять еще одну.
Я что, вела себя слишком адекватно? Или он почувствовал подвох и что-то заподозрил? Надо было быть осторожнее.
— Но я совсем не волнуюсь.
— Я не могу допустить, чтоб у тебя произошел срыв, пока меня не будет.
— Джордан! — запротестовала я. Для человека, накачанного наркотиками, я, пожалуй, вела себя слишком эмоционально.
— Мне не нравится, как ты себя ведешь. Придется запереть тебя в спальне.
— Пожалуйста, не надо! Я не буду никуда выходить.
— Это для твоего же блага. Если ты что-то натворишь, то я очень разозлюсь и мне придется тебя наказать.
— Так ты спасаешь меня от меня же самой?
— Да.
Я знала, что его не переубедить, поэтому проворчала:
— Хорошо.
Он снова протянул мне таблетку.
— Вот, возьми.
Я взяла, но попыталась схитрить и спрятала ее под язык. Он тем временем неотрывно за мной наблюдал.
— Ты проглотила?
— Да, — солгала я.
— Покажи. Открой рот.
Я не послушалась и рта не открыла. Тогда он засунул мне палец в рот и легко нашел таблетку за щекой. У меня началась паника, я не знала, чего от него ждать, но уж точно ничего хорошего.
— Теперь понимаешь, почему я не могу тебе доверять? — воскликнул он. — За тобой нужен глаз да глаз. Ну почему с тобой все время нужно воевать?
Он схватил меня за шею и затолкал таблетку в глотку, да так глубоко, что я чуть не подавилась. Затем стал лить воду, и у меня не осталось другого выбора, кроме как проглотить или задохнуться.
 
Таблетка проскользнула, я ничего не могла поделать. Он с отвращением меня оттолкнул. Я упала.
— Не пытайся со мной бороться, Мэг, — злобно прошипел он. — Меня ты не одолеешь.
Он вихрем вылетел из комнаты, я же свернулась клубочком, слушая, как он запирает на замок дверь спальни и спускается на лифте.
Как только он ушел, я пулей помчалась в туалет и попыталась вызвать рвоту, но ничего не получалось. Я никогда прежде этого не делала и не знала, что нужно предпринять. Таблетка свинцовой гирей болталась у меня в желудке: очень скоро наркотик начнет действовать и я отрублюсь.
Я порылась в косметичке и достала телефон. Не думаю, что у меня будет миллион возможностей им воспользоваться, прежде чем хозяйка поймет, что он пропал, и заблокирует его или — не дай бог! — обратится в телефонную компанию, чтобы отследить его местонахождение, и выйдет на меня.
Насколько это реально? Разве они смогут меня вычислить, если я сделаю один маленький звоночек из квартиры Джордана?
Что-то я становилась чересчур набожной. Я пробубнила молитву, прося о том, чтобы удалось сделать этот единственный звонок, который мог бы спасти мне жизнь. До встречи с Джорданом я всегда была добрым и отзывчивым человеком. Разве я не заслуживала второго шанса?
Я посмотрела на часы. Был уже поздний вечер, и Стив наверняка был на работе, в разъездах. Он пользовался собственным сотовым. И все же, не знаю почему, но я набрала номер нашей старой квартиры. Мысль о том, что мое сообщение долетит хотя бы туда, действовала на меня успокаивающе. Телефон звонил и звонил, наконец включился автоответчик и голосом Мэри заговорил: «Привет, это Стив и Мэри. Оставьте свой номер, мы перезвоним».
До этого момента я до конца не осознавала, что они — пара. Возможно даже, они уже поженились. Мэри точно не захочет, чтобы я донимала Стива. Не сказав ни слова, я повесила трубку и попыталась дозвониться Стиву на мобильный.
Понятия не имела, что ему скажу и как объясню, что в беде. Чего я хотела он него, какой помощи ждала? После того, как я с ним обошлась, почему я думала, что он должен мне помочь?
Надеялась, что он будет добр ко мне, добрее, чем Мэри, но уверенности не было.
Сомнения и опасения совсем меня измучили. Руки тряслись, сердце бешено стучало. Я ждала, пока не включилась его голосовая почта. Он не ответил, и меня это окончательно сломило. Тишина была оглушающей и бесконечной. Что мне теперь делать?
Я крепко сжала телефон, словно это был спасательный трос — а по сути, так оно и было, — и уставилась на экран в отчаянной надежде, что решение придет само. Мне ужасно хотелось с ним поговорить, убедить в том, что я вышла замуж за сумасшедшего, что мой муж собирается меня убить, но я не видела Стива уже девять месяцев. Как я могла объяснить ему все в одном коротком голосовом сообщении?
Он тоже решит, что я ненормальная. Может, и так, кто его знает! Я уже перестала что-либо понимать!
Со стоном отчаяния я снова отключилась. Я бросила телефон на столик, словно он жег мне руки.
В отчаянии я зашагала по комнате. Ужас настолько меня парализовал, что я не знала, что делать дальше. Необходимо было с кем-то посоветоваться. У меня слишком все перемешалось в голове. Сама найти выход из положения я не могла.
В глазах застыли слезы отчаяния. Я не могла ничего сделать нормально, не могла даже старому другу позвонить. Какая теперь разница, убьет меня Джордан или нет? Я была слишком бестолковой, чтобы жить.
Меня резко начало клонить в сон; наркотик станет растекаться по венам до тех пор, пока каждая клеточка моего тела не будет заражена. Я стала двигаться еще быстрее, не желая сдаваться, не желая засыпать.
Неожиданно зазвонил сотовый. В маленькой ванной, в тишине, царящей в квартире, звук показался чрезвычайно громким. Я подскочила от неожиданности и уставилась на телефон. Я перепугалась, будучи в полной уверенности, что это звонит хозяйка телефона, которая сейчас потребует вернуть ее вещь. Но стоило мне увидеть высветившийся на экране номер, я чуть не сползла на пол от внезапно обрушившегося на меня счастья.