В постели с дьяволом

Наверное, я самая большая дура из всех. В течение некоторого намеренно затянутого промежутка времени я пристально его изучала, после чего потребовала:
— Пообещай мне, что такое больше никогда не повторится.
— Обещаю.
Я ему не поверила.
Такое, значит, у нас будущее? Он рассказывает мне сказки, а я извожу себя сомнениями?
Я чувствовала, что все безвозвратно испорчено, наши отношения будет подтачивать червь обмана и измены.
Я вздохнула и двинулась по направлению к нашему дому. Я позволила ногам самим сделать выбор, так как умом и сердцем я на это решиться не могла. Еле добрела до двери в подъезд, поднялась по лестнице — и сразу в ванную, принять душ и переодеться.
Весь вечер слушала музыку и смотрела телевизор; Стив был предельно осмотрителен, внимателен и… всячески меня избегал. Я была бомбой с часовым механизмом: одно неосторожное движение — и взрыв. Мы кое-как перекантовались эти томительные несколько часов, а потом я улизнула спать, не пожелав спокойной ночи. Он долго выжидал, прежде чем последовать за мной. В конце концов он уснул, зато у меня сна — ни в одном глазу.
Я лежала, уставившись в потолок, и размышляла о Стиве с Кимберли, о том, что мы никогда уже не будем такими же, как прежде. Я думала о том, как Джордан Блэр пожертвовал Пэм на ее благотворительность, купив те календари.
Стив встал рано, потоптался немного по дому и свалил. Как только я услышала шум стартера, тут же подкралась к окну и проследила за тем, как он отъезжает. Стоило зайти на кухню, как я сразу увидела, что он оставил для меня на столе записку: «Если надумаешь уходить, пожалуйста, позвони мне».
Он уехал на работу, воображая, что я тут в его отсутствие быстренько соберу чемоданы и смоюсь. Стив надеялся, что этого не произойдет, но все же не смог поговорить со мной, чтобы окончательно убедить меня остаться.
Чего я хочу? Что мне делать?
Я сварила кофе, отхлебнула глоток и окинула взглядом окрестности. Вот Мэри бежит к автобусной остановке. Сквозь деревья просматривается неброская вывеска ресторана «Моцарт», расположенного дальше по улице.
Я могу все это сберечь, а могу отшвырнуть.
На полном автомате, как робот я двинула в ванную, потом натянула форму шеф-повара. Затем, мысленно схватив себя за шкирку, потащила на кухню и взяла ручку. Под посланием Стива я приписала: «Буду около восьми».
Похоже, я остаюсь.
Первые пару недель приходилось тяжело, но со временем мы приспособились. Мы не упоминали Кимберли или Джордана Блэра. Я и сама перестала задумываться о Блэре и о той опасной искорке, которую он во мне зажег. Мы также обходили стороной тему случайного знакомства в баре с этой парочкой и уж тем более молчали о том, насколько Стиву нравились все пикантные проделки Кимберли.
Стив был внимателен как никогда, я тоже отличалась покладистостью, стараясь успокоить мучившую меня совесть и не замечать терзающих сомнений по поводу принятого решения. Я совершила то, что всегда ненавидела в других женщинах: пошла по более легкому пути, побоявшись перемен. Я была слишком труслива, чтобы настоять на своем, броситься с головой в омут неизвестности, расстаться со всем тем, что для меня что-то значило.
Теперь мир вокруг казался еще серее, чем раньше, но я по-прежнему ничего не предпринимала. Зато постоянно копалась в себе и была недовольна тем, как поступаю. Поэтому предложение Пэм поехать с ней в курортный городок Сент-Ривер стало для меня настоящим спасением.
Городок располагался в нескольких часах езды к юго-востоку от Портленда в Каскадных горах. Лично я там никогда не была, но Пэм наведывалась часто: зимой покататься на лыжах, а летом поиграть в гольф. Она как раз подумывала об организации второго ресторана и хотела осмотреть сдаваемые в аренду помещения. Ей нужно было посоветоваться с кем-то по поводу кухни, а поскольку кроме Джеффри я была единственным поваром, не обремененным семейными обязанностями, то она выбрала меня в сопровождающие.
Мы выехали во вторник, намереваясь в среду осмотреть возможные варианты, чтобы в четверг вернуться в Портленд. Я ждала ее возле нашего дома, стоя у обочины. Когда она подъехала, я помахала на прощание Стиву, который выглядывал из окна второго этажа. Он помахал в ответ, и я изобразила на лице улыбку. Напряжение, возникшее между нами, так и не спало, и я была рада уехать. Пусть на три дня, хотя лучше бы…
 
Пэм была веселым и интересным человеком, поэтому поездка в горы складывалась очень душевно. Она забронировала комнаты в основном здании гостиничного комплекса, который оказался гораздо более респектабельным, чем я ожидала. Постояльцы здесь были сплошь богатые и пресыщенные жизнью, но, к счастью, дресс-код отсутствовал, поэтому я не слишком выделялась со своим дорожным гардеробом.
Мы поселились в комнатах, расположенных друг напротив друга. Пэм звала меня побродить и поосмотреться, посетить массажиста или, скажем, поплавать, но меня и без того переполняли эмоции от увиденного. Поэтому я ограничилась выпивкой в баре перед тем, как присоединиться к ней за ужином.
Нам принесли прекрасную еду, и мы с Пэм пытались подобрать рецепт каждому блюду. Под конец, когда мы уже допивали кофе, она подняла взгляд и расцвела в улыбке.
— О, кого я здесь вижу! Мэг, тебя ждет приятный сюрприз!
У нее повсюду были знакомые, поэтому я повернулась на стуле, чтобы посмотреть, кого она повстречала на этот раз. Когда я увидела Джордана Блэра, следующего за метрдотелем, думала, у меня остановится сердце.
По всей видимости, он нас заметил не сразу, а мне больше всего хотелось, чтобы не заметил вообще. Пэм всячески старалась привлечь его внимание, в то время как я еле сдерживалась, чтобы не сползти под стол. Мои щеки горели, руки тряслись, а мозг лихорадочно перебирал, что же ему сказать.
— Привет, Джордан, — поздоровалась Пэм, когда он наконец к нам подошел.
— Привет, Пэм, — ответил он тепло, словно они были давними друзьями, а если верить Пэм, так оно и было. — Какими судьбами в Сент-Ривер?
— Да вот приехала на разведку, ищу место для ресторана.
— До меня дошли слухи. Свяжись со мной, как только понадобятся инвесторы.
— Непременно. — Она была в восторге от его предложения. — Ну а сам? Что ты здесь делаешь глубокой зимой?
— Приехал на лыжах покататься.
— Везет же! А некоторым нужно вкалывать, чтобы зарабатывать на жизнь.
— А некоторым не нужно.
И оба рассмеялись, словно то, что она работает, а он — нет, было их личной, внутренней шуткой.
С наигранной непринужденностью он перевел взгляд на меня и спросил:
— Кто твоя прелестная спутница?
— Это мой главный шеф-повар по десертам, Мэг Уайт.
— Здравствуйте, Мэг.
— Здравствуйте.
Интересно, было сильно заметно, как я напугана? Если он сейчас хоть словом обмолвится о своем пляжном домике или той злосчастной вечеринке или же вскользь заметит, что нам раньше доводилось встречаться, я его просто убью.
— По-моему, я пробовал ваши десерты, — заявил он.
— Конечно, пробовал, — подтвердила Пэм. — Когда ты был у нас в прошлом месяце, мы специально заказали для тебя суфле, помнишь?
— Помню.
Он выдержал вежливую паузу, после чего добавил:
— Мэг, вы весьма виртуозны.
Что он имел в виду? Была ли в его словах сексуальная подоплека? Он специально меня дразнит? Или это он так заигрывает? Или же это не значит ровным счетом ничего, кроме как то, что он был в «Моцарте» и пробовал мое суфле?
— Спасибо, — промямлила я, как полная дура.
— Ладно, не будем тебя задерживать. — Пэм махнула ему: мол, можешь идти.
— Был рад встрече.
И он пошел дальше по проходу.
Остальную часть ужина я не помню. Столик Джордана находился неподалеку, он обедал в компании двух мужчин. Его присутствие сильно меня смущало и отвлекало. Даже видя только его спину, я не могла избавиться от чувства, что он полностью сосредоточен на мне.
После ужина мы с Пэм зашли в бар и взяли бренди, в то время как он все еще оставался в ресторане. Нас усадили таким образом, что, когда он сидел прямо, получалось так, что мы смотрим друг на друга. Я все время извивалась, пытаясь укрыться от его взгляда, а Пэм, похоже, даже не замечала, в каком смятении я нахожусь.