Сотканные из времени (СИ)
Мы разразились хохотом, потому что Агата и вправду так делала, когда замечала на приемах интересного для себя мужчину. Грейс не из тех, кто ходил бы вокруг да около, заигрывая, дразня. Если она чего-то хотела, то брала.
От вина мне и вправду было хорошо, но хотелось крепкого алкоголя. Который сможет снести крышу, стереть из памяти безумные фрагменты и заставить всех молчать о событиях прошлой ночи. Энтони перехватил мой хитрый взгляд и коротко кивнул в сторону бара. Пока Тайлер с Агатой о чем-то разговаривали, мы улизнули за текилой.
Мои отношения с текилой были определено сложными. Я любила ее, ровно так же, как и меня. Но убийственный эффект после четырех стопок и дикое похмелье, со звоном гонга по утра и рвотой, заставляли меня не лестно высказываться в адрес давней подруги. И все же я придерживалась мнения, что кто не пьет текилу, тот пропускает веселье. Малыш Энтони был солидарен со мной.
Агата поднялась с дивана, упирая руки в бока. Кто бы знал, что скрывается в этом маленьком росте и фигуре с аппетитными формами.
— Значит, текила?
— Дьявол, — на выдохе произнес Тайлер, потирая лоб. Его отношение к текиле было ровно таким же.
— Мы привнесем в эту сладкую жизнь щепотку соли. — Глупо улыбнулась я, разводя руками.
— И кислинку, — поддакнул Энтони, кладя голову мне на плечо.
Мы не дождались одобрения Агаты и разлили текилу по стопкам. Энтони сбегал к холодильнику, прихватывая соль и лимон. От одного взгляда на прозрачную жидкость, я почувствовала, как рот наполняется горечью. Стопка в пальцах, казалось, весила целую тонну. А соль, аккуратно высыпанная на тыльную сторону ладони, обжигала. Я уже предвкушала головную боль и холодные объятия с унитазом, но не могла отказать себе в веселье.
Я слизнула соль, залпом выпила текилу и быстро закусила лимоном. Крупная дрожь ударила по телу, вынуждая меня сморщиться. Пламя опалило не только глотку, но и грудь. Из головы разом вылетели все мысли. Горечь ушла, на смену ей накрыла легкость. Я подкралась к виниловому проигрывателю и сменила пластинку, не особая утруждаясь в выборе музыки. Хотелось чего-то ритмичного, задорного, не смотря на то, что стрелки на часах остановились на цифре четыре. Черт, пить днем гораздо веселее, ведь впереди еще целый вечер.
Мы не стали делать перерыв и выпили вторую стопку. Агата замахала руками, вереща, что для нее такой алкоголь прямая дорога в ванную. Мне же не хотелось останавливаться. Я прильнула к Тайлеру, выуживая из кармана сигареты. Фильтр показался приторно сладким. Энтони, словно джентельмен, подскочил ко мне с огоньком. Легкие наполнились дымом.
— Только попробуй при мне закурить! — Агата своим замечание вернула меня реальность. Как оказалось, малыш Грейс уже вытаскивал из пачки сигарету.
Энтони хитро улыбнулся. Его глаза блестели от радости и опьянение. Он подкурил сигарету и выпустил несколько колец, усаживаясь на подлокотник дивана. Все присутствующие знали, что парню разрешено было делать все, на глазах у матери. Единственное правило, которое установила Агата — не лгать. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Даже если малыш Грейс решит попробовать наркотики, он должен честно уведомить мать, чтобы та успела свозить его в рехаб и показать последствия. Именно поэтому, малыш Грейс был одним из самых честных и открытых людей, которых я знала.
Энтони увеличил громкость, позволяя музыке заполнить гостиную. Солнце скрылось за облаками, но мне все равно было жарко. Я открыла одно окно, за ним второе. Третья стопка текилы пыталась утихомирить бунтующий желудок. Стоило бы сесть и выпить воду, но ноги уже зажили своей жизнью. Я вызвалась убрать горячее со стола. Помощница Агаты даже не стала препятствовать моему порыву. С головокружением, я перекладывала тарелки на остров. Энтони услужливо следил, чтобы моя стопка была не только наполнена, но и выпита. А я не противилась.
Агата сидела на диване, покачивая ногой в такт музыке.
— И все же мне нравится современная музыка. Есть в ней что-то душевное.
— Мам, ты так говоришь, будто тебе шестьдесят, — заплетающимся языком парировал Энтони.
— Я не помню, сколько мне. И вообще, прекрати называть меня на людях мамой.
Глаза Агаты сверкнули озорным блеском. В такие моменты и я не могла вспомнить сколько ей лет. Ладно, тут я привирала. Агате, как и моему отцу сорок пять лет. Но спросить такое у Агаты равно добровольно накинуть петлю на шею, привязать ее к хрустальной люстре и сигануть. Поэтому никто лишний раз не уточнял.
— Мне хочется что-то сделать! — Выдохнула я, лениво вскидывая руки.
В отличие от остальных, что вальяжно уселись на диванах и лениво потягивали алкоголь, я мерила комнату шагами. Вернее, старательно кружила вокруг декора, боясь хоть что-то уронить.
— Бассейн, кстати, с подогревом. — Агата взглядом указала на улицу. В уголках губ мелькнула хитрая улыбка.
Энтони сощурился, чуть склонившись вперед.
— И зачем ты это сказала? — Пробурчала Тайлер, прикрывая глаза рукой.
— Мой зад окажется там первым!
— Попробуй догони!
Дурачок Энтони рванул к выходу, в то время как я воспользовалась окном. Не зря же открывала. На ходу стягивая кофту и носки, я заметила малыша Грейса. Его глаза округлились, а мышцы на руках напряглись. Но Кэтрин Фокс никогда не бросает слова на ветер. Я не стала снимать кожаные штаны и с разбегу запрыгнула в бассейн. Ледяная вода накрыла с головой. Разгоряченное тело покрылось мурашками. Босыми ступнями я коснулась дна. Отчаянно гребя, я поминала Агата самыми крепкими словами, пускай изо рта вырывались лишь пузыри. Глупыш Энтони нырнул за мной. Я несколько раз сморгнула, наблюдая, за его смятением. Смех вырвался из горла.
Я жадно втянула воздух, выбираясь на поверхность. Легкие горели огнем, и виной тому чертова Агата Грейс. Они с Тайлером прильнули к окну и смеялись.
— Забыла сказать ребятам, чтобы включили подогрев. Прости, детка, моя память должна быть внесена в книгу рекордов Гиннеса.
Я зарычала от досады, судорожно выбираясь из бассейна. Тело тряслось от холода и ветра, что учтиво решил коснуться участков оголенной кожи. Штаны неприятно липли к телу, бюстгальтер можно было выжимать.
— Кэтрин, я готов согреть тебя теплом своего тела, — промурлыкал Энтони. Он внезапно оказался позади меня. Черт, я же говорила — гора мышц.
— Теплом, говоришь? — Я медленно приблизилась к малышу Грейсу, касаясь пальчиком затвердевший сосок. Грудь под невесомым прикосновением напряглась. — Значит, ты не достаточно остыл?
— Детка, для тебя я всегда…
Но он не успел договорить. Я совершенно неожиданно толкнула его обратно. И получилось это не благодаря моим скромным пятидесяти килограмма, а из-за мокрой плитки. Энтони попытался схватиться и потащить за собой, но я ловко отскочила, наблюдая, как его мощное тело грузно опускается на дно бассейна.
— Кто этот парень и почему он так слабо флиртует с девушками? — Агата забавно сморщила маленький нос, обращаясь к невидимой публике.
— Детка, промахи в воспитании твоя вина. — Я пожала плечами. — Ну что, устроим рейв по твоему гардеробу?
— Стой, где стоишь, Фокс. Я не дам тебе заглянуть в свою сокровищницу!
— Да я только взгляну.
— Стоять!
Агата быстрым шагом, насколько это было возможно в ее нетрезвом состоянии, направилась на второй этаж. Я, не стесняясь, стянула штаны и протянула Тайлеру, что внезапно возник с полотенцем в руках.
— Как водичка? — Поинтересовался Тайлер у Энтони. Тот недобро усмехнулся. — Даже не пытайся, Грейс.
— Ты старше, но я сильнее.
— Я не Кэтрин и не ведусь на провокации.
— Я все слышу. — Тайлер одарил меня снисходительной улыбкой. Он едва заметно отступал, прекрасно понимая, что Энтони всерьез собирается закинуть его в бассейн.
— Давай, Гилл. Все обязаны промокнуть до нитки.
— А как же…
— Про мать было лишнее, — Агата несла в руках спортивный костюм. — Даже не вздумайте меня окунуть: все на улице будете ночевать.