Сотканные из времени (СИ)
— Это она так ненавязчиво пытается выведать что-то о твоей личной жизни, — ухмыльнулся Шон, забирая из рук Мэнди пакет с китайской едой. Щеки девушки вспыхнули и теперь мало чем отличались от рыжих волос.
— Не стоило тебе заказывать обед, — прошипела Мэнди и скрылась за дверь.
Я проигнорировал их и перехватил из рук Шона пакет. Еда меня интересовала куда больше, чем типичное шоу «Мэнди и Шон». Телефон, лежащий на столе, завибрировал. На дисплее высветилось имя Виктора Фокса.
— Какого черта моя дочь покинула университет? — Телефон можно было даже не подставлять к уху. Фокс умудрился вложить в эти слова так много ярости, что даже стены практически затряслись от ора.
— Студентам не запрещено покидать территорию в выходные, — спокойно отозвался я, открывая упаковку лапши.
— Эндрюс…
— Нейт, — перебил я, напоминая, что не являюсь одним из его подчиненых и вообще, не имел к нему никакого отношения. — Я не собираюсь нарушить конституционные права из-за чей-то прихоти. Кэтрин нужно было отъехать и она это сделала. И если это единственная причина, по которой ты мне звонишь, то я не собираюсь позволять тебе вмешиваться в процесс обучения.
— Ты слишком много на себя берешь, парень. И если я сказал, что моя дочь не должна покидать Болфорд, пока я так не захочу, значит она должна сидеть там.
— Я не ясно изъясняюсь? Это не школа. Кэтрин совершеннолетняя. Она имеет право покидать Болфорд, не спрашивая какого-либо разрешения. Тема закрыта.
— Щенок, — выплюнул Виктор и сбросил звонок. Ему было важно это сделать первым.
Я отложил телефон и вернулся к еде. Шон с ухмылкой поднес накрученную на вилку лапшу ко рту.
— Мне нарыть что-нибудь на Фокса? Очень удобно аппелировать каким-нибудь фактом в разговоре.
— Нарой, — отмахнулся я, прекрасно зная, что и без моего согласия Шон займется Виктором. Акула чуяла кровь издали, но любила тщательно выстраивать путь к жертве.
Глава 10. Кэтрин
Семья
Агата Грейс была гостеприимной, не смотря на свою заносчивость и колкий язык. Высокомерный взгляд отсекал всех тех, кто пытался лебезить перед ней. Пышная копна светлых волос лишь больше подтверждала, что перед вам стерва высшего сорта. Но все это внешняя броня, уберегающая Агату от ублюдков. И я пыталась стать именно такой.
Мы разместились в богемной гостиной, которая буквально утопала в солнечных лучах, что проникали сквозь панорамные окна. В светлой комнате повсюду стояли высокие цветы в деревянных горшках, на фоне светлых стен ярко выделялись ярко-зеленые диваны. Босые ступни приятно ласкал широкий ковер с причудливым узором. Я готова была поставить сотню, что это ручная и безумно дорогая работа.
Агата любила детали и все необычное. Она не могла купить просто вазу из прозрачного стекла. Наоборот, выбирала яркие вещи, приковывающие внимание и вызывающие желание, немедленно к ним прикоснуться. Поэтому я не удивилась, увидев винтажную вазу в форме высокого женского сапога из темного гипса. Руки буквально зачесались, так сильно хотелось ее потрогать. Рядом с ней стояла фарфоровая кукла, представляющая собой одного из артиста цирка, и торшер с желтым абажуром в форме тюльпана. И еще сотни деталей, которые плясали перед глазами.
Я села на диван, утопая в маленьких цветных подушках. Помощница по дому бодро расставляла еду на стол, одаривая нас приветливыми улыбками. Агата одна из немногих, кто не вел себя со своими сотрудниками высокомерно. Она могла забыть их имена, но только по одной причине: плохая память. Агата даже о собственном день рождение забывала и лишь звонки с поздравлениями напоминали ей о нем.
— Какого черты вы двое свалили и не предупредили даже меня? — Агата приложила к губами тонкую сигарету.
— Я не хотела, чтобы хоть кто-то знал о том, где мы находимся. — Я перекинула ногу на ногу. — Вырваться из-под опеки сумасшедшей Шарлоты и строгого Виктора стоило молчания.
— Моя наивная девочка. — Агата чуть склонила голову. Струйка дыми пробирались сквозь узкую щель чуть распахнутых губ. — Ты же понимаешь, что Виктор позволял тебе чувствовать свободу, но ты все также на его крючке.
— Который успел вонзить в кожу и выпустить первую кровь. Как думаешь, почему он взялся за меня?
— Я бы предположила, что твои громкие приключения слишком дорого стоили, но если выложить все деньги твоего отца, то можно обогнуть земной шар.
— Тогда в чем смысл? — Я нахмурила брови, отводя взгляд.
— Чтобы выкинуть козырь, его нужно иметь на руках. А с учетом того, что твоя задница ни дня не может прожить без приключений и упоминания в новостях, он просто воспользовался шансом. Детка, ты сама себе вырыла могилу.
— Или оформила пропуск в постель Нейта Эндрюса.
— Так вот где этот дьяволенок! Ты посмотри на молчуна. Вы не в одном анонимном клубе тихушников зависаете?
— Ты тоже не знала, что он в Болфорде? — Удивилась я.
— Не то, чтобы я интересовалась карьерой Нейта. Я даже не помню, когда в последний раз его видела.
А вот этому я не была удивлена. Агата единственная, кто не лезла с расспросами, не отслеживала списки Форбс и не наведывалась для налаживания связей. Ей действительно было некогда заниматься сравнением, ведь помимо собственной работы, она занималась благотворительными фондами и помогала женщинам, кто оказался выставленным за порог с младенцами на руках.
— Что насчет Джеффа? — Тайлер вошел в гостиную, усаживаясь рядом с Агатой. Энтони занял место рядом со мной.
— Шестерка Гилл жаждет узнать точную дату сделки. К сожалению, твой отец не понимает, что я не планирую с ним отмечать. Однако настойчивости ему не занимать.
— А помимо даты?
— Ни слова. Он буквально заваливает меня бесполезными разговорами.
Мы погрузились в тишину. Тем временем, на столе не осталось свободного дюйма — все было забито восхитительными тарелками с золотой огранкой, едой и алкоголем.
— Малыш, наполни бокалы.
Энтони цокнул, но откупорил бутылку красного вина. С каждым глотком тело расслаблялось, а мысли об отце и Джеффе вылетали из головы. Шарлота включила музыку на виниловом проигрывателе и велела всем на двадцать минут уткнуться в тарелки и не поднимать голову. Блюда и правда были вкусными. Я наслаждалась салатом с курицей и ананасами, пока парни налегали на мясо.
— Когда ты купила этот дом? — Спросил Тайлер.
— Дом я построила по собственном проекту, а вот этот участок ухватила пару лет назад. Знаешь, в чем его прелесть? Отсутствие соседей. Я устала видеть эти напыщенные рожи.
— И ты еще нас обвинила в том, что мы состоим в анонимном клубе молчунов! — Воскликнула я.
Агата наигранно приложила руку ко лбу и прикрыла голубые глаза. Очерченные бордовым карандашом губы поджались, словно мои слова причинили ей боль. В отличие от остальных женщин золотой пятерки, Агата спокойно принимала и любила каждую морщинку. Первых я не осуждала: их тело — их дело. Однако я стремилась ровно к такой же уверенности в себе, как и Агата.
Первая бутылка вина отправилась в урну. Тайлер достал вишневые сигареты и закурил. Мне же отчаянно хотелось прогуляться по гостиной или потанцевать. Голова приятно кружилась от легкого опьянения.
— Кэтрин, ты же будешь ночевать в моей комнате? — Энтони сладко улыбнулся, игриво поглядывая на меня со своего места.
— Это еще что такое? Разве мама учила тебя так подкатывать к девушкам?
— Так себе, — подтвердила я, выпивая залпом второй бокал.
— Господь, не говори, что мой сын девственник.
— Я никогда к этому не привыкну, — усмехнулся Тайлер, качая головой.
— Кстати, Тайлер. Твои длинные пальцы созданы для моих плеч. Сможешь помять меня немного? Ночью.
— И вот это ты считаешь подкатом? — Звонко рассмеялся Энтони.
— Но у меня и вправду болят мышцы. — Едва сдерживая ухмылку, ответила Агата. — А мой подкат бы выглядел так. — Она обернулась к Тайлеру и заглянула в его глаза. — Переспим?