Факультет некромантии. Выживут (не) все (СИ)

За линию густого мрачного парка, к самому особняку, добирались редкие смельчаки, хотя ничего страшного по сути в этой дороге не было. Нежить не могла ступить на дорожку и, элементарные отпугивающие и защитные заклинания сделали бы прогулку почти детской. У самого же особняка нежить не показывалась вовсе, равно как и в старом розарии.
Удивленно приподняв бровь, Анна не сдержала улыбки. Почти полностью одичавший, поросший шиповником, забившим благородные стрелы крепких розовых ростков, розарий был осколком ее юности. Настолько памятным и ярким, что его вид сумел на несколько мгновений даже развеять тяжелую тоску на душе.
– Я уже все подготовил, – разрушая магическое очарование момента, подал голос Най.
Он не остановился у импровизированного прохода в розарий. Вероятно, сам демон его и прорубил, снеся причудливое переплетение веток шиповника.
Пройдя вперед, шелестя стеблями смятой сухой травы, он решительно приблизился к старому фонтану, посреди которого возвышалась прямоугольная каменная плита.
Встрепенувшись, Анна рассеянно мотнула головой и чуть нахмурилась.
– Ты в жертву решил меня принести? – криво усмехнувшись, уточнила Барс, надеясь выпытать какие-то подробности ритуала.
Увы, но пробить железное самообладание демона колкой шуткой снова не удалось. Оперевшись ногой о край фонтана, за которым темным атласом блестела мирная гладь воды, он обернулся к женщине.
– Я решил нашу проблему. Подойди. Ты же хотела разорвать наш брак? Это способ, – кивнув на плиту, четко произнес демон.
Его голос вдруг разом лишился всех эмоций, звуча как механические щелчки заводной игрушки. Отчетливо, размеренно и совершенно сухо. Впрочем, Барс не обратила на это внимание. А если и обратила, приписала это недавнему разговору. Во всяком случае, она не насторожилась. Лишь с досадой поморщилась и решительно шагнула к нему.
– И что мне делать?
– Лечь и молчать, – подав ей руку, Най резко притянул женщину к себе, стягивая с нее плащ.
От неожиданности и холода, Барс тотчас зябко поежались, но возражать не стала. Поскорее бы закончить со всем этим и больше не быть связанной с этим демоном ничем, кроме прошлого.
Не теряя зря времени, она примерилась, чтобы половчее перемахнуть водную полосу и запрыгнуть на плиту. Достаточно неудачно, больно ударившись о нее коленом так, что из глаз звезды посыпались.
– Гадство… – сдавленно пробормотала она и, потерев ушибленное колено, попыталась обустроиться на своем алтаре.
Наконец улегшись, Анна с досадой потерла нос. Зря она шутила о жертвенных девственницах, им впору было посочувствовать. Великий черный маг с ритуалом до них мог, конечно, и не добраться, а вот воспаление легких – вполне.
– Ну?
Уже скоро просто лежать ей надоело и Барс попыталась повернуть голову в сторону демона, но ее остановило резкое:
– Не шевелись.
Поджав губы, женщина послушно замерла. Спину холодил камень, вечерняя стужа забиралась под рубашку. Свою искру Барс давно погасила и теперь свет дарил только огонек Найстиэля, медленно перемещающийся вокруг фонтана. И все. Это было единственным, что происходило.
Если бы не обжигающий холод, Анна могла бы даже задремать, а так только и старалась, что не дрожать слишком уж явно. Мало ли, вдруг бы это сбило ритуал?
Вздохнув, Барс прикрыла глаза. И все же интересно, каков характер заклинания, которое раскопал демон? Она ведь тоже искала способы разрушить брачную связь, но так и не смогла найти ничего. Это была магическая связь между двумя созданиями магии. Разрушить ее могло только…
Смутное предчувствие беды впилось в сердце острозубой пираньей. Оно заставило женщину мигом напрячься, уже вполне определенно потянуться к демону, чтобы уловить отголосок заклинания.
Прекрасно знакомого ей заклинания, мощь которого она и спутала с уличным холодом.
От ужаса осознания, Барс распахнула глаза и попыталась вскочить с алтаря, но не успела. Из-под воды, этой обманчиво спокойной зеркальной глади вдруг взметнулись шипастые побеги магического шиповника. Извиваясь змеями, они в мгновение опутали руки и ноги женщины, впиваясь в кожу.
 
– Най!
От крика женщины руки Найстиэля невольно дрогнули. Редко кто мог увидеть это восхитительное создание испуганным, услышать панику в ее голосе. Но ему отчего-то было совсем не сладко стать этим редким счастливцем.
Судорожно, до боли, ранящих кожу, ногтей, сжимая ладони, демон застыл. На его глазах отчаянно сопротивляющуюся женщину опутывали все новые и новые витки шиповника. Темные подгнившие ветки жадно льнули к ней, впивались в кожу Анны острыми шипами, вытягивающими ее кровь, силу, магию…
И вместе с тем, как женщина слабла, побеги крепли, зеленели. На некоторых набухали первые бутоны светлых цветов, постепенно наливающихся кровавым багрянцем.
Их распускалось все больше. Свежие и светлые лепестки постепенно темнели и чем гуще становилась сеть багряных бутонов на побегах шиповника, тем больше слабела женщина. Она не могла этого видеть, зато чудесно видел Най.
Застыв у края фонтана, он слышал шелест порастающих побегов и тяжелое дыхание женщины, срывающееся в стоны. Не сводя с нее взгляда, демон напряженно замер. В душе, которой у него, как считал сам демон, не было, бушевало пламя. Рвало на части. Одна заставляла стоять и наблюдать, пока вторая требовала сорваться с места, разорвать эту жуткую сеть…
Тонкие нити заклинание впивались в тело, пронизывали душу, захлестывали отчаянием с головой. Забившись в путах, Барс отчаянно пыталась освободиться, но обжигающая боль жадных уколов колючек не отступала. Наоборот, все сильнее жгла. Но вместе с болью на периферии сознания зародилось упрямство, а с ним пришла и кристальная ясность разума.
У нее был шанс сбросить это! Крохотный, но он все же был, стоило только собрать остатки сил и в нужный момент ударить. Сосредоточиться, выждать и ударить. Отстранить боль и страх, все это было сейчас совершенно лишним.
До боли закусив губу, она напряглась, замерла. Ощущать, как силы покидают ее вместе с жизнью было особенно невыносимо, но Барс заставляла себя ждать. Момент был все ближе, он ощущался отчаянным головокружением и часто колотящимся сердцем. Сосредотачиваться на путающихся нитях заклинания было все тяжелее. Они мерцали перед глазами, расплывались и путались в стылом холоде липкого страха.
Ей не удастся поймать момента…
Это осознание пришло в одно мгновение с треском срезанных побегов шиповника. Звук был до того неожиданным, что Анна даже не сразу в него поверила. Но звук повторился, а вместе с ним стало легче дышать. С груди исчез ветвистый побег и женщина невольно содрогнулась.
– Кир… – хрипло прошептала она, отчего-то уверенная, что только брат мог появиться так неожиданно и так кстати.
Но это был не он. Уверенно и умело орудуя клинком, Най срезал побег за побегом. Обиженно шипя, они отрастали, пытаясь вновь завладеть своей добычей, но демон лишь безжалостно срезал, топтал их. Улучшив момент, он наконец склонился к женщине и просто подхватил ее на руки, прижав к себе и соскочил по другую сторону фонтана.
Слабо пошевелившись, Анна с трудом открыла глаза, стоя на ногах только благодаря поддержке Найстиэля. Сфокусировать взгляд на лице мужчины удалось не сразу. Некоторое время она смотрела на него, после чего чуть нахмурилась.
– Най?..
Чуть крепче прижав ее к себе, заглянув в ее лицо, демон с досадой сжал губы.
– Я... Прости. Виноват.
Не отводя от него взгляда, Анна чуть подалась к нему, бережно коснувшись его щеки. Так трепетно и осторожно, как самая нежная возлюбленная.
 
– Мой Най… – тихо прошептала она, заглянув в его глаза.
От неожиданности мужчина просто замер, глядя на нее с неприкрытым удивлением и робкой надеждой. Которая, впрочем, не оправдалась, ведь уже мгновением позже Барс замахнулась, влепив демону мощную пощечину.
– Ах ты паршивая пернатая дрянь! – яростно прошипела она.
От силы удара голова демона дернулась. Как бы там ни было, а рука у некромантки была очень тяжелой.