Факультет некромантии. Выживут (не) все (СИ)

Шмыгнув носом, вытирая слезы, Журава поджала на миг губы.
– А как тогда?
Голос девушки все еще дрожал, но в нем проскользнули и нотки любопытства. А вот Оберон понимающе улыбнулся.
– Так значит можно?..
– Что-то пакостное? – иронично усмехнулась Барс. – Не официально, но я даю на это добро. Если уж мы гадкие некроманты, так гадить красиво. А теперь проводи Жураву в комнату. И да, не обессудьте, но час отработок в подсобке. Журава утром проводит. Если вдруг это дойдет до ректора, с чистой совестью сможет сказать, что вы были наказаны по всей строгости и поинтересоваться, а как обошлись с инициаторами распри.
Скривившись, Оберон только закатил глаза, но возражать не стал. В начале истории он и не надеялся, что удастся отделаться так просто. А здесь еще и эта человечка активно закивала. Ну не мог же он отказать, девка вроде как спасла его. И не в его правилах было оставаться в долгу. Даже человеку.
Фей ненавидел людей. Как ненавидел ледяных драконов Аттар и Бастиан презирал не шибко сообразительного Эрика. Группа давно могла бы развалиться, но Барс и не думала отчаиваться. Она видела не только то, что разделяло их сейчас, но и то, что понемногу, еще тонкими, едва зарождающимися узами связывало их.
– Хороший курс, – проводив взглядом удаляющуюся парочку, женщина вздохнула и все же развернулась к обратной стороне коридора.
Хорошее на сегодня заканчивалось. Теперь ее ждала встреча с самым дорогим и самым далеким в мире человеком.
Глава 15. Шиповников ритуал
Парк у особняка безызвестного некроманта в новолуние казался крайне зловещим. Особенно говорящими выглядели три пары горящих глаз и недвузначное чавканье.
Скривившись, Барс только ускорила шаг вдоль ограды. У нее не было ни времени, ни желания обогащать свои практические навыки в таксономии местной нежити. Последнюю это несказанно огорчило, судя по горестному, почти человеческому всхлипу, но некромантка не раскаялась. Только ускорила шаг, зябко передернув плечами.
Ночь выдалась по-осеннему прохладной, но применять магию, чтобы как-то согреться женщина не стала. Только упрямо поджала губы. Зачем, если совсем скоро заклинание придется развеять. Ритуалы посторонних магических плетений не терпят.
В ночной тишине перестук каблучков ее сапог звучал особенно звонко. Обычно предпочитающая удобство красоте, каблуки с металлическими набойками Барс всегда считала своей слабостью. Было что-то медиативное, умиротворяющее в этом четком звонком звуке. Но сегодня он серьезно подвел ее.
Приближаясь к вратам, некромантка была уверена, что у нее еще есть время до встречи с дорогим супругом. И Барс была в этом уверена до тех пор, как от густой тени врат не отделилась другая.
– Ты вовремя.
В воздухе тотчас вспыхнуло две искры алая и зеленая. Химерно сплетаясь, свет осветил чуть раздраженное лицо Барс и подчеркнуто спокойного Найстиэля.
– Как чудесно, – мрачно буркнула она и, чуть помедлив, махнула на искру.
Та послушно разрослась, сменяя цвет на более нейтральный. По сути в освещении не было нужды, оба достаточно неплохо видели в темноте, а при необходимости могли бы видеть не хуже котов, но так было как-то… Уютнее.
– Уже все готово.
Пропустив мимо ушей ее колкость, демон предусмотрительно открыл для супруги врата и даже предложил ей локоть. Совершенно лишняя и скорее машинальная любезность. Времена, когда они могли вот так прогуливаться давно прошли.
Но Анна неожиданно для мужчины приняла его руку, пусть и не взглянула на него. Нет, она только поджала губы, глядя куда-то вперед.
– Сколько раз мы бродили здесь, когда были студентами? – неожиданно рассеянно произнесла она.
Без вызова или насмешки, скорее отвлеченно. Будто задумалась над чем-то и просто не заметила, как произнесла это вслух.
– Бесчисленное множество, – чуть помедлив, ответил демон, хотя и был уверен, что супруга в этом вовсе не нуждалась.
И ошибся. Анна задавала вопрос ему и ответ услышать хотела. Хмыкнув, она цокнула языком и мрачно усмехнулась.
– И тогда? Тогда ты тоже был готов предать нас с Кираном ради власти? Мы уже почти никто дуг другу, Най и я не осуждаю, я… – запнувшись, Анна с досадой качнула головой. – Я хочу понять.
 
От неожиданности демон даже замер, чуть крепче сжав ладонь женщины, спокойно лежащую на своей руке. В темноте раздраженно сверкнули хищной зеленцой глаза Найстиэля. Казалось еще миг, и он вовсе оскалится взбешенным зверем, но он не зря славился своей сдержанностью.
– Я никогда не предавал вас ради власти, Анна, – холодно отчеканил он.
Фыркнув, Барс горько рассмеялась и вскинула голову, но сказать еще что-то не успела. Сбросив ее руку, Най только перехватил ее за плечи и встряхнул, заставляя заглянуть себе в глаза.
– Да, это так! Я был уверен, что вы сможете вывернуться! Если бы я сорвался вам на помощь, я потерял бы все, ты это понимаешь? Спасая отца, я получил титул, который давал мне мощь для защиты моей женщины, давал мне почву под ногами!
Это была уже не четкая чеканка слов. Каждое слово срывалось глухим рычанием, отражалось яростным огоньком в его глазах. Сколько лет он пытался донести это до упертой женщины, но она его не слышала. Не хотела, не могла услышать, но сегодня ей некуда было бежать.
Да она и не хотела. Скривившись от боли, причиняемой слишком сильной хваткой, Барс зло прищурилась.
– А если бы мы умерли ты счастливо бы продолжил жить с этим своим титулом! Куда не брось – выигрышный вариант!
– А если бы я сорвался вам на помощь, я стал бы гонимой крысой. Меня осадили бы враги, осадили бы бывшие союзники, как предателя. У меня была и остается только одна дорога: к престолу. Да понимаешь ты, глупая женщина, что все это я делал ради тебя!
Голос демона все же сорвался в рычание. По лицу скользнула тень частичной трансформации. Понимая, что еще миг и он не сдержится, Найстиэль просто оттолкнул ее и резко развернулся к супруге спиной. Ему нужно было прийти в себя, перевести дыхание.
Пошатнувшись, едва не сев задом в кучу палой листвы под кустарником сирени, Анна с досадой закусила губу. В груди клокотала застарелая ярость, смешанная с глухой досадой. Она все еще ненавидела. Его, а может себя, а может и время, которое было потеряно.
Это все услышать бы раньше на столетие. Состояться бы этому разговору тогда, когда эта вспышка могла бы перетереть, сжечь ее обиду, но…
– Мне ничего это было не нужно. Мне нужна была твоя искренность и только, – глядя в спину мужчины, чуть хрипло произнесла Анна.
Сказать «прости, я ошиблась» было сложно и поздно. Сейчас в этих словах уже не было смысла. Это понимала побледневшая Анна. Это понимал и Найстиэль, плечи которого содрогнулись от горького смешка.
– Это вы с Кираном стражи, герои, которые нигде надолго не задерживаются. Я не таков. Мне нужна почва. Мой меч, моя любовь уже были твоими, но этого было мало. Этого было ничтожно мало. Только мир к ногам, только надежный тыл, только это было бы достойным тебя.
Глубоко вздохнув, он медленно обернулся к жене. Зелень глаз погасла, подернутая пеплом времени. Того безжалостного врага, который украл у них возможность закончить этот разговор по-другому. Не так, как сегодня.
Брови женщины дрогнули, меж ними мигом залегла печальная морщинка.
– Мне нужен был ты, а не все это… – покачав головой, Анна отвела взгляд в сторону и запахнула плащ.
Ей вдруг резко стало холодно, будто эти откровение вырвали из души последние крохи тепла.
– Пойдем. Покончим со всем этим, – дернув плечом, грубо бросила она.
К чему уже эти слова, если изменить ничего они не могли.
 
– Покончим… – эхом откликнулся Найстиэль с какой-то странной отрешенностью.
Действительно, они уже ничего не могли исправить. Ни обид, ни слов, ни планов.
Мощенная тропа змеей запетляла под ногами. По обе ее стороны то и дело что-то шуршало, горестно хныкало и плотоядно чавкало, но супруги не обращали на это внимания. Все самое страшное, что могли они уже причинили друг другу, так чего еще бояться?