Путешествие туда, не знаю куда (СИ)

— Что? Воду кипятить, я думаю.
— Глаз радовать, Игореша, глаз радовать, а воду при необходимости я и в котле вскипячу. Так что на многое не рассчитывай, красивую кованую решетку пару человек во всей империи осилить могут.
Так что там про походную кухню? Испокон веков один котел на артель — вот и вся походная кухня.
— Так и я об этом же. Отряд идет весь день, на ходу сухари жует, к вечеру на привале готовит что-то горячее. Люди нормально едят один раз в сутки — куда это годится? В тех кухнях, о которых я знаю, кашевары обед готовят прямо на ходу, и к середине дня обед готов. Перекур на полчаса, поели горячего и бодро, с песней почапали дальше. А вечером, к примеру, проливной дождь, или какая другая непогода? Так что, голодными ложиться? Нет, накрой кухню палаткой и готовь сколько угодно.
Сан Саныч покачал головой.
— Красиво рассказываешь, Иваныч. Да только кто ж тебе здесь подобное смастерить-то сможет? То то и оно, что никто.
— Да все я понимаю, поэтому и хочу попробовать изготовить самое простое. Мне нужен железный ящик с дверцей, куда дрова закладывать, в верхней крышке отверстия под трубу и большой котел вырезать, да подставку с ножками под этот ящик смастерить. На ходу, понятное дело, готовить не удастся, но хотя бы от капризов природы убережемся. А если тот самый ящик затащить в землянку, так вот тебе и обогрев жилья дополнительно.
— Угу… Ну, мысль понятна. Небольшие листы железа тебе подготовят, это не так уж и долго, но их потом склепать надо будет, здесь времени уйдет поболе.
— Сан Саныч, в том то и дело, что не нужно, мы этот ящик сборно-разборным сделаем, скреплять будем отдельными полосами металла, все давно придумано. Поехали!
— Даже не думай, Игорь Иваныч, пока по-человечески не поедим, никуда не тронемся.
В итоге выехали часа через полтора. Заехали в Имперский банк, где я под пристальным надзором служащих получил на расходы аж целых восемьдесят золотых, за что и расписался в толстенной книге.
Зря Саныч ругал здешних мастеров, по крайней мере тот мужик, к которому он меня привез, мою задумку понял с полтыка.
— Не извольте беспокоиться, Ваша милость, все сделаем в лучшем виде.
— Когда?
Мастер почесал бороду, задумчиво посмотрел в закопченный потолок кузни.
— Подгоним помощников, светильников побольше… Думаю, суток за трое управимся. Но и вы, ваша милость, с расчетом не обидьте.
Слышали? За трое суток! Могут же, когда захотят!
— Уважаемый мастер, поберегите себя и людей, я приду за заказом через неделю. Вот задаток.
— Все будет сделано в лучшем виде. А теперь, господа хорошие, прошу покинуть кузню, нам начинать надо.
Честно говоря, я сильно переживал именно за этот пункт нашей подготовки к походу, Сан Саныч прав, все-таки работа с железом здесь еще развита не очень.
Как ни зазывал меня Саныч к себе прямо сейчас, я не поддался, договорились, что вечером буду у него, как штык. А сейчас мне нужно в тюрьму, знакомиться с личным составом.
Начальник тюрьмы начал жаловаться, как только увидел меня на своей территории.
— Ваше магичество, ну, разве так можно?! Зачем вы ко мне труп отправили? Вы знаете, кто это был?
— Не знаю, милейший, и знать не хочу.
— Это же…
— Отставить! Участников похода вывести на плац!
— Меня начальник дворцовой стражи чуть не убил на месте! — взвизгнул начальник тюрьмы.
— Ну, насколько я вижу, все же не убил. Пожалуйтесь императору.
— Но он меня не примет!
— Тогда пожалуйтесь своему заместителю. Достаточно разговоров, выводите людей.
Поняв бесполезность общения со мной, тюремщик поник головой и поплелся выполнять указание.
Двадцать один человек кое-как выстроились в две шеренги. Грустное зрелище. Но ничего, дней десять у меня есть, за это время даже из обезьяны можно выстрогать подобие солдата.
— Внимание, господа солдаты, слушайте внимательно, повторять не стану. Кто еще не понял — нас посылают выполнить задание нашего императора. Значит, я приложу все силы, чтобы это задание выполнить. Но, — я обвел взглядом строй, — при этом также приложу все усилия, чтобы через год мы все вернулись живыми.
 
От вас требуется беспрекословное подчинение и железная дисциплина. В моем отряде действует правило одного замечания. Каждый из вас имеет право на одну ошибку, второго замечания не будет.
«Ну, давайте, давайте, кто-то просто обязан задать этот вопрос. Ай, умница, шило тебе в задницу».
Молодой вор не выдержал и спросил:
— А что будет, ваша милость?
— Как зовут?
— Чикер я. Так кличут.
— Ничего не будет. За вторую ошибку — смерть. Я не могу рисковать жизнями остальных из-за тупости или нерадивости одного негодяя.
— Это что ж получается, — загундосил крупный обросший мужик с мутными глазами, — споткнешься пару раз и все? Башку с плеч? Не, так не пойдет, в таком разе я лучше на каторгу.
Еще один красавчик, очень нужный для дальнейшего укрепления дисциплины в отряде.
— Тебе что-то не нравится, солдат?
— Да кому ж такое понравится? И так на смерть отправляют, а при таких раскладах и дойти туда не успеешь.
— Будешь вести себя нормально — дойдешь. Но лично тебе это уже не грозит.
— Варя, забери себе этого товарища, только как-нибудь поэффектнее, пожалуйста, чтоб другим неповадно было.
Зеркальная змея с громким шипением вырвалась из-под камзола, оторвав пуговицу на груди. Стремительным прыжком преодолела расстояние до обреченного и обвила ему ноги. Затем медленно, по спирали стала подниматься вверх, покрывая беднягу блестящей изолентой.
Люди в ужасе застыли, наблюдая за невиданным зрелищем. Змея поднималась все выше, человек хотел что-то крикнуть, но уже не смог. Наконец, жертва оказалась обмотанной полностью, блестящий кокон стал волнообразно сминаться, как бы переваривая содержимое. Внезапно змея кольцами упала на землю и поползла к хозяину, оставив на месте казни лишь пустую одежду бывшего заключенного. Кто-то ахнул. Медленно поднявшись по моей ноге, змея утекла за пазуху камзола. Занавес.
Народ застыл в безмолвии, стараясь не дышать, чтобы прямо сейчас не стать следующим.
Дав минуту на размышление будущим покорителям севера, я поднял руку, привлекая внимание членов отряда.
— Вопросы есть? Чикер, кстати, тебя в первую очередь спрашиваю. Подумай, никому никаких поблажек не будет.
— А что я? — парень нервно сглотнул, — я ничего, проблем не будет.
Ну, давай, скажи еще: «Зуб даю». Нет, не сказал, это все же другой мир.
— Нет вопросов? Тогда слушай мою команду:
— На первый-второй-третий рассчитайсь!
Увы, несмотря на то, что подавляющее большинство моих новых подопечных были служивыми, они не знали самых элементарных вещей.
Пришлось начинать буквально с азов. Рассчитал отряд на три отделения, назначил командиров отделений, и понеслась! Хорошо хоть левую ногу с правой не путали.
Выданный моим людям обед инспектировал сам. Что сказать, не то чтобы ах, но, судя по довольным рожам, раньше они и на такое не рассчитывали. Отпустил бойцов уже под вечер, умаявшись сам. Прогресс есть, есть. Мне очень нужно нормальное, насколько это возможно, подразделение, а не сброд обреченных каторжников.
В нашем трактире, где меня уже дожидались соратники, попросил Клеменса завтра прямо с утра получить на весь отряд обычную форму и сразу же привезти ее в тюрьму. Пусть люди начинают носить, пооботрутся, попривыкнут. Недостающего человека вместо показательно убиенного я у начальника тюрьмы сам добуду.
Чего еще нам не хватает, чтобы считаться полноценным воинским подразделением? Я так думаю — знамени и строевой песни. Если со знаменем все было понятно — в пошивочной мастерской я заказал уменьшенную копию официального имперского флага, то с песней все оказалось непросто. В моем взводе строевой песней была «Десятый наш десантный батальон». Отличная песня, хорошо ложится на темп движения, но совершенно не подходит для тех реалий, в которых я оказался. Там почти каждое слово непонятно для средневекового воина.