Поступь Титанов (СИ)
Но времени, чтобы все это проделать сейчас, у меня нет. Поэтому скинул на кровавую землю глухо застонавшее тело Ситалка. Быстро взглянул на вбитое в землю наемником короткое копье, принадлежавшее местным. Грубое, толстое и, вероятно, сделанное из старой оглобли древко торчало из земли на уровне ребер, поблескивая железным кривоватым наконечником.
— Слишком быстро ты сдохнешь, — прошипел я в сторону Ситалка. С ненавистью врезал носком калиги по рёбрам, вызвав новый стон.
— Поднимите эту падаль за руки и ноги повыше! — не мешкая, скомандовал я. Совместно с наёмниками мы взялись каждый за свою конечность и рывком насадили начавшего брыкаться и невнятно ругаться дядю промежностью на призывно блестящее остриё. Конец копья вылез через некоторое время из спины у правого плеча, окрашенный алым и с куском чего-то розового.
И практически сразу, как только наконечник, с треском рвущийся плоти, вылез из-за плеча, дикий крик дяди, оглашавший всю округу, заткнулся. А он сам, с вытаращенными и выражающими муку глазами, застыл, опустившись под тяжестью своего тела на землю, на которой быстро увеличивалось кровавое пятно.
От врат вновь раздалась короткая очередь из четырех выстрелов.
— Жаль, времени нет, чтобы выполоть всё твоё семя, — зло выплюнул я и вновь пнул уже не кричащего, а только хрипевшего Ситалка.
И, не мешкая, бросил наёмникам призыв на перемещение в торбу. Без промедления они растворились в воздухе.
Сам же бегом сорвался в сторону врат, успев заметить в глубине дядиной усадьбы какое-то шевеление. Оставшимися родственниками можно будет заняться позже. Да и поживиться здешним добром будет не лишним. Особенно хотелось бы найти меч моего отца.
Размышляя об этом, я на бегу перезарядил обрез и пистолет. И уже подбегая к оставленным охранять врата воинам, обнаружил одного из наёмников. Тот сидел на земле с вытянутой ногой, из бедра которой торчало древко стрелы с обломанным оперением.
Нестор находился у края ворот и периодически выглядывал в приоткрытую створку.
— Похоже, что я напророчил беду, и тебе пришлось отбиваться от армии, — крикнул я десятнику, пристраиваясь чуть ниже Нестора и выглядывая за врата.
Моему взору предстала картина, чем-то неуловимо похожая на ту, что я оставил на месте недавнего боя.
На каменистой тропе в десятке шагов от ворот, виднелось несколько раненных лошадей, пытавшихся подняться. Они находились вперемешку с их ранеными всадниками, придавленных конскими тушами. До моих ушей доносились жалобное ржание и громкие стенания раненых воинов. А поодаль от них, спешившись на расстоянии шагов в триста, о чем-то совещались ещё с десяток воинов.
Нестор хищно осклабился, бросив в мою сторону:
— Не армия, конечно, но без drobovika мы выдержали бы максимум один приступ.
То, как десятник обозвал дробовик, взбаламутило в моей голове знания, и я с неожиданностью осознал, что знаю очень много слов, которые использовали создатели «армейской подготовки». И все они очень отличаются от привычных мне слов из Системного языка. Нужно будет обсудить с Пелитом. Это его, несомненно, заинтересует.
Кивком согласившись со словами десятника, я подбежал к раненому и кинул призыв на перемещение в торбу. Пусть лучше старый лекарь сам извлекает стрелу.
И словно в ответ на мои мысли, перед взором возникло системное сообщение:
Внимание! Активирован маяк Верховного жреца Зевса.
Оставшиеся время: 300 секунд.
Слоты: 0/5.
— Внимание! Срочно отступаем! — скомандовал я, и наемники один за другим исчезли, переместившись в торбу. Затем развеял боевую форму, дабы проще было со снятием доспеха. А то, не ровен час, лишусь своей брони. Поэтому, не мешкая, разоблачился и поместил в пространственное кольцо свой несистемный доспех, шлем и обрез.
Таймер отсчитал уже две трети от отведённого времени, а количество отозвавшихся на призыв Героев равнялось всего двум.
Мысленно выругался и с сожалением подумал, что месть моя будет не полной. После чего со вздохом подтвердил отклик на призыв.
Мгновенная тьма сменилась белым сиянием личной комнаты, и время моего прибывании в ней тоже равнялось трёмстам секундам.
Проверил патроны, что оставались лежать в кармашках на рукавах куртки, и с большим сожалением не обнаружил их.
Мысленно похвалив себя за предусмотрительность, вновь призывал боевую форму и облачился в деревянный доспех. А то ведь мог лишиться не только полудюжины патронов, а чуть было не всей амуниции.
Окинул взглядом вход в домен Громовержца, который на этот раз оказался неактивным. Приблизившись к порталу, что всегда вел на подвиг и узнав, что на этот раз он ведет к месту, где активирован маяк Пелита, я без промедления шагнул в него.
Вновь мелькнуло мгновенное беспамятство, и я с высоты в пол-локтя упал на землю. Осмотревшись, я увидел напротив темный зев пещеры, из которого вылетела стрела, едва не пронзившая мою грудь. И лишь хорошая реакция позволила отразить её боевой перчаткой.
Отпрыгнув в сторону, я прижался спиной к неровной каменной стене, скрывшись с опасного места. И сразу заметил стоявшего у противоположной стены здорового и невредимого Пелита. Рядом с ним стояли двое смутно знакомых стражников из его поместья. Возле ног жреца сверкало торчавшее из земли призрачное древко копья. Маяк подобный я уже видел в подземелье и на чей зов я прибыл.
— Смотрю, что после нашего последнего приключения тебя начали привлекать пещеры и катакомбы! — насмешливо крикнул я жрецу, наблюдая, как из воздуха соткались практически одновременно трое героев. Ими оказались Марк Туллий, Лаксиэль и незнакомый здоровый герой, как минимум на локоть выше меня и неизмеримо шире в плечах, заросший по самые брови косматой черной бородой.
Легат и альвийка проявились рядом с Пелитом и оказались защищены от неведомого лучника каменной защитой. А вот бородатый герой пятого уровня, как и я до этого, обрушился на землю прямо посередине входа в пещеру.
Косматый применил какой-то навык, и почти мгновенно пыль, почва и мелкие камни вокруг него взметнулись вверх, облепив тело новоприбывшего героя каменной броней. В которую тотчас вонзилась одинокая стрела. Бородач хрипло засмеялся и сделал шаг внутрь пещеры, из которой в его грудь прилетела еще парочка стрел. Но, как и первая, они также не причинили видимого вреда.
— Неведомый мне Герой! — раздался громкий крик жреца. — Прошу, отойди в сторону и временно схоронись за каменной преградой.
Косматый герой покосился на жреца и глухо пробасил:
— Я Хродгар Кровавый! И нет в Мидгарде оружия, способного пробить мой земляной доспех.
С этими словами Хродгар извлёк из карты боевой двуручный топор с широким лезвием на длинном и массивном древке.
Я же встал на колено и, быстро бросив взгляд вглубь пещеры, снова принялся наблюдать за бородачом.
Вслед за Пелитом раздался рёв Марка Туллия:
— А ну, съебался в страхе! А то, не ровен час, станешь кормом для стервятников.
— Истинным воинам неведом страх! — проревел упрямый бородач и сделал ещё пару шагов вглубь. — А вот чьи кишки отведают волки, мы с тобой обсудим чуть позже.
И не успело последнее слово еще сорваться с губ Хродгара, как в глубине пещеры вспыхнуло пламя, и в грудь обладателя двуручного топора со скоростью выпущенного умелым пращником жёлудя, понёсся огненный снаряд.
Хоть Хродгар и кичился своей земляной броней, но от огненного шара он попытался увернуться, и это у него почти получилось. Вот только «почти» для магии — это всё равно, что не успел.
Огненный жёлудь врезался бородачу в левое плечо, оторвав его руку от тела. Каменная броня осыпалась одновременно с падением Хродгара на землю, а своды пещеры, казалось, вот-вот обрушатся от громогласного рёва, который издал поверженный гигант.
Сквозь стенания Хродгара я услышал командный рык Марка Туллия:
— Лаксиэль! Поставь защитный полог, дабы защитить нашего самонадеянного и упрямого, как осёл, союзника.