Советская фантастика 80-х годов. Книга 2 (антология)

Если я все же напишу для "персоналистов" что-то вроде воспоминаний, то назову их так: "Прощай, сентябрь!.."
  
Борис Штерн. ЧЬЯ ПЛАНЕТА?
 
Земной разведывательный звездолет, возвращаясь домой, забрел в скопление звездной пыли. Место было мрачное, неизученное, а земляне искали повсюду кислородные миры — дышать уже было нечем. Поэтому, когда звездолет подошел к кислородной планетке, робот Стабилизатор заорал нечеловеческим голосом: «Земля!» — и инспектор Бел Амор проснулся.
Тут же у них произошел чисто технический разговор, разбавленный юмором для большего интереса, — разговор, который обязаны вести многострадальные герои фантастического жанра в порядке информации для читателя: о заселении планет, о разведке в космосе, о трудностях своей работы. Закончив этот нудный разговор, они облегченно вздохнули и взялись за дело: нужно было ставить бакен.
Что такое бакен?..
Это полый контейнер с передатчиком. Он сбрасывается на орбиту и беспрерывно сигналит: «Владения Земли, владения Земли, владения Земли…» На этот сигнал устремляются могучие звездолеты с переселенцами.
Все дела.
Несколько слов о Бел Аморе и Стабилизаторе. Инспектор Бел Амор — человек средних лет с сонными глазами. В разведке не бреется, предпочитает быть от начальства подальше. Не дурак, но умен в меру. Анкетная автобиография не представляет интереса. О Стабилизаторе и того меньше: трехметровый корабельный робот. Недурен собой, но дурак отменный. Когда Бел Амор спит, Стабилизатор стоит на вахте — держится за штурвал, разглядывает приборы.
Вдруг события стали принимать неожиданный поворот. С другого конца пылевого скопления к планетке подкрадывается нежелательная персона — звездолет внеземной цивилизации. Это новенький суперкрейсер, только что спущенный со стапелей. Он патрулирует галактические окрестности и при случае не прочь застолбить подходящую планетку. Его жабообразной цивилизации как воздух нужна нефть… что-то они с ней делают. В капитанской рубке расположился контр-адмирал Квазирикс — толстая жаба с эполетами. Команда троекратно прыгает до потолка: открыта планета с нефтью, трехмесячный отпуск обеспечен. Крейсер и земной разведчик приближаются к планетке и замечают друг друга.
Возникает юридический казус: чья планета?
— У них орудия противозвездной артиллерии… — шепчет Стабилизатор.
— Сам вижу, — отвечает Бел Амор.
В местной системе галактик мир с недавних пор. Навоевались здорово, созвездия в развалинах, что ни день — кто-нибудь залетает в минные поля. Такая была конфронтация. А сейчас мир; худой, правда. Любой инцидент чреват, тем более есть любители инцидентов. Вот, к примеру: рядом с контр-адмиралом Квазирик-сом расположился адъютант-лейтенант Квазиквакс.
— Плевать на соглашение, — квакает адъютант. — Оно все равно временное. Один выстрел, и никто ничего никогда не узнает. А узнают — принесем дипломатические извинения. Много их расплодилось, двуногих. Суперкрейсер ни во что не ставят.
Есть и такие.
— Будьте благоразумны, — отвечает ему контрадмирал. — В последнюю войну вы еще головастиком были, а я уже командовал Квакзанским ракетным дивизионом. Вы что-нибудь слышали о судьбе нейтральной цивилизации Журавров из одноименного скопления? Нет? Посмотрите в телескоп — клубы пепла до сих пор не рассеялись. Так что если хотите воевать, то женитесь на эмансипированной лягушке и ходите на нее в атаки. А инструкция гласит: с любым пришельцем по спорным вопросам завязывать мирные переговоры.
У инспектора Бел Амора инструкция того же содержания.
Гигантский крейсер и двухместный кораблик сближаются.
— Вас тут не было, когда мы подошли!
— Мы подошли, когда вас не было!
Бел Амор предлагает пришельцам отчалить подобру-поздорову. (Это он хамит для поднятия авторитета.)
— Послушайте, как вас там… — вежливо отвечает контр-адмирал Квазирикс. — На службе я тоже агрессивен, хотя по натуре пацифист. Таково мое внутреннее противоречие. Мой адъютант советует решить спор одним выстрелом, но если после этого начнется новая галактическая война, я не выдержу груза моральной ответственности. Давайте решать мирно.
 
Инспектор Бел Амор соглашается решать мирно, но предварительно высказывает особое мнение о том, что с противозвездными орудиями и он не прочь вести мирные переговоры.
Тут же вырабатывается статус переговоров.
— Мы должны исходить из принципа равноправия, — разглагольствует Бел Амор. — Хоть у вас и суперкрейсер, а у меня почтовая колымага, но внешние атрибуты не должны влиять на результаты переговоров.
Со своей стороны, крейсер вносит предложение о регламенте. Контр-адмирал настаивает: не ограничивать переговоры во времени и вести их до упаду, пока не будет принято решение, удовлетворяющее обе стороны. Судьба планеты должна быть решена.
Вот выдержки из стенограммы переговоров. Ее вели на крейсере и любезно предоставили копию в распоряжение землян.
7 августа. Первый день мирных переговоров.
К о н т р — а д м и р а л К в а з и р и к с. Решено: не надо грубостей. Будем решать мирно.
И н с п е к т о р Б е л А м о р. Может быть, рассмотрим вопрос о передаче нашего спора в Межцивилизационный арбитраж?
К в а з и р и к с. Ох уж эти мне цивильные… По судам затаскают.
Б е л А м о р. Ну, если вы так считаете…
К в а з и р и к с. Предлагаю не обсуждать вопрос о разделе планеты. Она должна полностью принадлежать одной из сторон.
Б е л А м о р. Заметано.
К в а з и р и к с. Будут ли еще предложения?
Б е л А м о р. Ничего в голову не лезет.
К в а з и р и к с. Тогда предлагаю сделать перерыв до утра. По поручению команды приглашаю вас на скромный ужин.
8 августа. Второй день.
Б е л А м о р. Наша делегация благодарит за оказанный прием. В свою очередь, приглашаем вас отобедать.
К в а з и р и к с. Приглашение принимаем. А теперь к делу. Предлагаю опечатать корабельные хронометры. Они должны были зафиксировать точное время обнаружения планеты. Таким образом можно установить приоритет одной из сторон.
Б е л А м о р. Где гарантии, что показания вашего хронометра не подделаны?
К в а з и р и к с (обиженно). За вас тоже никто не поручится.
Б е л А м о р. Решено: показания хронометров не проверять. Кстати, обедаем мы рано и не хотели бы нарушать режим.
К в а з и р и к с. В таком случае пора закругляться.
Б е л А м о р. Еще одно… Захватите с собой вашего адъютант-лейтенанта Квазиквакса. Мы с ним вчера не закончили беседу…
12 августа. Шестой день.
Н е и з в е с т н о е л и ц о с к р е й с е р а (похоже на голос боцмана). Эй, на шлюпке, как самочувствие?
Р о б о т С т а б и л и з а т о р. У инспектора Бел Амора с похмелья болит голова и горят трубы… Говорит, что он не в состоянии. Говорит: ну и крепкая у них эта штука… Он предлагает отложить переговоры еще на один день.
Н е и з в е с т н о е л и ц о. Контр-адмирал Квазирикс и адъютант-лейтенант Квазиквакс тоже нездоровы после вчерашнего ужина. Контр-адмирал приглашает вас на завтрак.
26 августа. Двадцатый день.
К в а з и р и к с. Ну и…
Б е л А м о р. А она ему говорит…
К в а з и р и к с. Не так быстро, инспектор… Я не успеваю записывать.
16 сентября. Сорок первый день.
Б е л А м о р. Адмирал, переговоры зашли в тупик, а припасов у меня осталось всего на два дня, Все съели и выпили. Надеюсь, вы не воспользуетесь моим критическим положением…
К в а з и р и к с. Лейтенант Квазиквакс! Немедленно поставьте инспектора Бел Амора и робота Стабилизатора на полное крейсерское довольствие!