Главная роль (СИ)
— Я лишь озвучиваю факты, — развел я руками. — Даже если на троне сидит божественный потомок, он не может править страной в одиночку. У вас ведь есть Парламент, есть военачальники — скажите, Ваше Императорское Величество-доно, что будет, если вы попытаетесь разогнать первый и арестовать вторых?
— У меня нет ни единой причины так поступать, — нахмурился он. — Эти достойнейшие люди верны Японии и выполняют свои обязанности на должном уровне.
— У меня не ни единой причины ставить ваши слова под сомнения, — улыбнулся я. — Поэтому, с вашего позволения, я продолжу.
— Прошу вас, Ваше Императорское Высочество-доно.
— Отказываясь дать гарантии отказа претензий на Манчжурию, вы вынудите нашу Империю готовиться к войне с вами, — улыбнулся я шире. — Шевич оправдывал свои не согласованные с Его Императорским Величеством действия тем, что, цитирую: «здешние дикари понимают только силу». Я, в свою очередь, считаю, что «дикарями» являются люди с другой стороны нашего континента, — за неимением Европы на карте, я указал на Запад. — Они действительно уважают только силу, но я полагаю, что вы, как высокообразованный божественный потомок, способны мыслить шире и поставить стратегические интересы вашей страны выше тактических.
— Безусловно, Ваше Императорское Высочество-доно, — кивнул Император. — Вынужден признать — из всех встреченных нами европейцев высокого ранга лишь вы производите впечатление по-настоящему воспитанного и культурного человека.
Улыбка уступила место покерфейсу:
— Подобные слова из уст божественного потомка наполняют меня радостью, и, если бы вы смогли обеспечить моему любимому брату и наследнику Российского престола должную безопасность, ваши слова согревали бы меня до конца моих дней. Однако теперь, когда мне придется продолжить дело моего брата и воссесть на трон после моего отца, я обязан отринуть личные предпочтения навсегда, руководствуясь исключительно интересами Российской Империи. В данный момент они требуют получить от вас отказ от претензий на Манчжурию минимум на сто лет. После того, как мы с вами сойдемся на правомерности этих требований, сможем перейти к обсуждению других, в том числе — взаимовыгодных пунктов будущего секретного договора.
Японец не спешил соглашаться:
— Подобный договор требует долгих согласований, и должен быть подписан Его Императорским Величеством.
— Либо специально уполномоченным подданным Российской Империи, — кивнул я. — В отсутствие должным образом функционирующего посольства и в связи с арестом Шевича, как наследник Российского престола, я обладаю всеми нужными полномочиями для проведения предварительных обсуждений. Полагаете, я бы пошел против воли Его Императорского Величества? — поднял на Муцухито бровь.
Блеф сработал:
— Просто позволил себе обратить ваше внимание на мелкие формальности.
— Учитывать формальности любой величины жизненно необходимо, — согласился я. — Вверяя договоренности должным образом оформленной бумаге, достойные люди демонстрируют уважение друг к другу.
Что не мешает регулярно подтираться превратившимися из полезных во вредные бумажками — все равно потом можно будет подписать новые, так чего цепляться за древность?
— Достойные люди верят друг другу на слово, — кивнул Император. — И не боятся показать это всем, зафиксировав договоренности на бумаге.
— Мне потребуется полгода, чтобы подготовить способную действовать в ключе взаимной выгоды для наших стран дипломатическую миссию, — ответил я. — Однако пересматривать действующий, неравный, торговый договор в ближайшие три года мы не станем — Япония проделала большой путь, но равные договоры подписывают с теми, кого признают равными.
«Но ты сидишь и нормально договариваешься вместо того, чтобы обстреливать Токио и просто диктовать условия» — отразилось на лице Муцухито, но он конечно же так не сказал:
— Могу ли я считать ваши слова о трех годах гарантией?
— Не можете, Ваше Императорское Величество-доно, — развел я руками. — Это ведь станет прецедентом, после которого договоры с вами будут вынуждены пересмотреть остальные Великие державы. В связи с этим нам придется проделать огромную дипломатическую работу. Ваше нежелание гарантировать отсутствие претензий на Манчжурию — всего лишь один, не самый развитый, нужный нам ради возможности оптимизировать затраты на строительство железной дороги регион, заставляет меня подозревать Японию в планах разжечь войну с моей страной. Помогать будущему врагу стать сильнее можно лишь тогда, когда это стратегически или хотя бы тактически необходимо. У нас есть два стратегических плана, в одном из них Япония станет нашим добрым союзником и займет достойное место в мире. Во втором случае вы станете даже не английским мечом, а снарядом английского орудия. Для использования снаряд должен быть крепок — именно поэтому англичане щедро вас кредитуют и помогают построить флот. Но снаряд лишен своей воли, и при столкновении с теми, в кого его отправят, неминуемо разрушится.
— Когда Япония станет достаточно сильной, нам не придется учитывать интересы других стран, — заметил Император.
— Позволю себе короткий рассказ, — улыбнулся я. — Долгие годы у нашей страны были блестящие отношения с Англией. Долгие годы наша страна проводила политику с оглядкой на английские интересы. Когда во Франции к власти пришел Наполеон Бонапарт, тогдашний русский Император — Павел I — питал к Наполеону расположение, осознавая перспективность вступления с ним в союз. Но это противоречило интересам англичан — тогда, через своих марионеток и шпионов, англичане убили Павла I. Это привело к войне 1812 года — мы разбили французов и дошли до Парижа. Война стоила нам многих потерь, но она же научила нас многому. На десятилетия наша армия стала настолько могущественной, что Россию называли «жандармом Европы». Когда англичане видят, что кто-то из потенциальных союзников стал достаточно силен, они выстраивают международную коалицию так, чтобы сковать слишком сильного игрока и ослабить его. Мы угодили в тщательно подготовленную англичанами ловушку Крымской войны, в которой потеряли флот старого образца. Но, как и в войну 1812 года, извлекли из этого позорного поражения уроки, которые последовательно воплощаем в жизнь. Конкретно сейчас я делюсь с вами одним из таких уроков — когда англичане сочтут Японию способной причинить Британской Империи реальные проблемы, они подтянут союзников, и вам придется смириться с ролью боевой прислуги. В противном случае вас подвергнут показательной порке, ослабив до приемлемого уровня. Но перед этим, Ваше Императорское Величество-доно, вы еще и проиграете нам войну. Агрессивный, подчиняющийся Англии сосед для нас — это проблема, а потому я буду просто вынужден расширить пояс безопасности моей любимой железной дороги. Например, добавив к этому, — ткнул в Манчжурию. — Еще и это, — обвел Корею, Тайвань, Курилы и Хоккайдо.
Император подумал, протянул руку слуге, тот вложил в нее карандаш, и Муцухито ткнул им в Тайвань:
— Это вам взять не позволят англичане.
— Если у них хватит на это сил, — улыбнулся я. — Мы ведь обсуждаем стратегические договоренности, Ваше Императорское Величество-сама. Стратегия воплощается в жизнь годами и десятилетиями. Российская Империя слишком долго довольствовалась тактическими интересами, но Его Императорское Величество видит больше своих предшественников, и обучил этому видению нас с Николаем. У Японии огромный опыт гражданской войны, но мировая, глобальная политика работает иначе. Тактические интересы Японии требуют привлечения англичан для строительства флота и пополнения казны. Тактические интересы англичан требуют дать вам набрать силу — Корею и часть Китая скормят вам ради вашего усиления. Но стать по-настоящему сильными вам не дадут, потому что это идет вразрез со стратегией англичан. Их стратегия стара и проста — ни одна страна в мире не должна соперничать с Англией по могуществу. Если Англия чувствует угрозу своим стратегическим интересам, она пересматривают любые договоры и формирует тактические альянсы, направленные на ослабление пытающегося выйти из-под контроля бывшего союзника. Я не хочу тратить ресурсы на бесполезную войну с вами — выгоду от этого столкновения получит Англия, и только Англия. А вы, Ваше Императорское Величество-доно?