Аристо из мира демонов (СИ)

Наконец, крутя своей перекачанной шеей, он сумел заметить, что я стою спокойно в уголочке. Пыхтя, он медленно развернулся ко мне всем корпусом.
— Привет тебе от Хабаровых, — пробасил он, нависнув надо мной как скала.
— Ну, они бы могли просто отправить открытку, — посмотрел я на него снизу вверх, — Зачем было отправлять "мальчика на побегушках"?
Слегка уклонился в сторону, пропуская мимо его мощный удар, оставивший вмятину в стене.
— Скажи, а через тебя можно отправить ответное послание? — я начал пятиться назад, потихоньку напитывая свой духовный доспех Силой.
Верзила перестал разглядывать стену, на которой, почему-то, не оказалось моих размазанных мозгов и не спеша повернулся в мою сторону.
О, демоны меня задери! Он не только очень тупой, но еще и очень медлительный.
Упс! Я что, это вслух сказал?
Побагровевший от злости здоровяк, злобно зарычав, стал бить себя кулаками в грудь. И кажется рассвирепел от этого еще больше.
Глаза его налились кровью, а по телу пробежали искорки Силы. С бешенной скоростью (и куда только делась вся его неповоротливость?) эта гора мышц бросилась на меня.
Ну, я конечно не планировал оказаться в тесной комнате с берсерком в боевой форме. Да, что уж теперь…
Вскидываю перед собой руку.
Амбал на всей скорости врезается в выставленную ладонь своим покатым лбом.
Бумс!
С гулким стуком тело громилы падает на пол, поднимая небольшое облачко пыли.
Вот так, просто и без затей.
Самое сложное было не пришибить его ненароком. Уверен, от трупа в камере я бы уже точно не отмазался.
А так полежит человек, отдохнет немного. Работа-то у него наверняка нервная. Ему потом еще от начальства втык получать.
Какой же он, все-таки, огромный — распластавшаяся на полу туша громилы заняла собой большую часть комнаты.
***
В двери вновь заскрежетал ключ.
Когда она открылась, внутрь вошли уже знакомый мне Зацепин и какой-то парень.
В дорогом костюме темного цвета и аккуратных очках в золотистой оправе, придающих большей солидности его образу.
В руках он держал кейс.
Вернувшийся следак недовольно скривился, увидев меня в добром здравии, а потом заметил лежащего на полу верзилу:
— Что здесь происходит?! Кто это?
Вот это отыгрыш. Браво!
— Да так, зашел один. Привет передать.
— Ты что и его убил?! — удивился полковник, а затем, высунув голову в коридор, крикнул кому-то, — Дежурный! Бегом в двадцать третью!
— Илья Александрович, вам стоит быть аккуратнее в формулировках, — парень, пришедший со следователем, поправил очки на переносице, — вы только что голословно обвинили моего клиента в двойном убийстве.
Неожиданно…
— Голословно?! — Зацепин стиснул зубы так, что по его лицу заходили желваки, — да он…
— Вы вообще понимаете в какую историю влипли, Илья Александрович? — перебил его очкарик, — Вы отдаете себе отчет, кто перед вами?
— Конечно, — полковник злобно сплюнул в мою сторону, — Демидовский никчемыш.
— Именно. Как вы верно заметили, Никита Иванович, с детства имеет весьма слабый и толком не раскрывшийся Дар, — парень порылся в кейсе и достал пачку каких-то бумаг, — что подтверждается результатами неоднократно проводимых исследований. Вот, можете ознакомиться.
Он протянул документы Зацепину, но тот лишь отмахнулся:
— Прокурору на суде потом будете свои бумажки показывать.
— И вот, вы, Илья Александрович, — мой "защитник" ничуть не смутившись, начал спокойно складывать документы обратно в кейс, — На полном серьезе, верите в то, что какой-то, как вы выразились, "никчемыш" смог справится с одним из наследников рода Хабаровых — одного из сильнейших родов в этой части Империи?
Полковник зло сверлил меня глазами, слушая речь очкарика. А я просто молча наблюдал, решив не вмешиваться в эти "около судебные" разборки.
— Представляете, какой удар будет нанесен по репутации рода Хабаровых? — продолжил парень, — На вашем месте, я бы не стал доводить дело до суда, а отпустил бы моего клиента прямо сейчас.
Видимо до Зацепина начал постепенно доходить смысл сказанного, потому что после недолгих раздумий, сопровождаемых злобным сопением, он наконец выдал:
 
— Да и хрен с ним. Забирайте этого выродка и уматывайте!
Парень в очках улыбнулся и, повернувшись ко мне, сказал:
— Пойдемте, Никита Иванович, с вами настоятельно хотят побеседовать…
  
Глава 3
 
— С кем имею честь? — спросил я очкарика, когда мы вышли из допросной.
— Ах, простите забыл представиться, Антон Крутинский, — он остановился и протянул мне руку.
— Приятно, познакомиться, Антон, — я пожал его руку, — Думаю, мое имя вам известно. Вы, я так понимаю, адвокат?
Мы подошли к лифту в холле и Антон нажал кнопку вызова.
— Не совсем. — он усмехнулся, — Просто выполняю различные поручения. Юриспруденция, скорее хобби.
Мы вошли в лифт и он выбрал 32-й этаж, самый последний.
— Нужно отдать должное вашему хобби, Антон — оно сэкономило мне немного времени.
— Не стоит благодарности — это всего лишь моя работа.
— А это, как раз мой следующий вопрос: Кто вам поручил вызволить меня для беседы?
— Скоро сами увидите, — он кивнул на открывающиеся двери лифта, — мы уже приехали.
Мы вышли и я слегка прибалдел: всюду куда дотягивался мой взгляд был один сплошной фешенебельный кабинет с панорамными окнами метров пять высотой, не меньше. За одним из которых, на площадке стоял настоящий вертолет (!).
Крутинский сделал жест рукой, предлагая последовать вглубь помещения.
***
Я шел по широкому залу и любовался всем этим великолепием.
Лаконичный интерьер был наполнен современными решениями, так удачно вписавшимися в архитектуру здания.
Откуда-то издалека доносились чьи-то приглушенные голоса.
По мере нашего приближения они становились громче.
Наконец, дойдя уже почти до противоположной части зала, я смог разглядеть двух беседующих о чем-то мужчин.
Оба в годах.
Один подтянутый и сухопарый, в военной форме, с генеральскими погонами. Ого!
А второй, кряжистый, с густой, черной бородой с легкой проседью.
Он сидел, как и его визави, в кресле, и опирался на массивную трость, чуть подавшись телом вперед, увлеченный интересной беседой.
Внутри меня стало нарастать легкое волнение. Что за..?
"Отец!" — промелькнула в голове мысль откуда-то из глубин подсознания.
Ясно. Память и родовые инстинкты того юнца, в чьем теле я оказался, дали о себе знать.
Нужно будет поработать над этим. Не пристало иерарху четвертой ступени рефлексировать на пустом месте.
— Позволь тебе представить, Сергей Михалыч, — Демидов-старший, увидев что мы подошли, встал, опираясь на трость, — Мой сын — Никита.
В груди опять защемило — никогда он на "моей" памяти не использовал этого слова. Ни разу за все семнадцать лет.
Легкий трепет, в перемешку с нотками гордости, стал обволакивать мое нутро.
Я остановился, не в силах пошевелиться, перед этим широкоплечим исполином. От него так и веяло мощью. Хотелось упасть перед ним на колени, так сильно давила на меня его аура.
Вот, что значит глава рода!
Да, не хотел бы я встретиться с таким противником на поле боя. При моем текущем уровне управления эфиром, в этом тщедушном тельце, думаю, он расправился бы со мной меньше, чем за минуту.
Чтобы устоять, мне пришлось напитать тело силой, из своего Средоточия, до предела. Больше эфира мои энергоканалы просто не могли вместить. Пока не могли.
Я слегка кивнул, сбрасывая с себя давление чужого Дара и посмотрел отцу прямо в глаза.
Несколько секунд он изучающе смотрел на меня с легким прищуром, будто пытался понять, что во мне изменилось, а затем улыбнулся.
— Ну! Видал, каков наглец? — повернулся он к генералу, — ладно при Главе Рода не поклонился. Так ему и целый генерал уже не указ.