Вояджер 2 (СИ)
— Давай в космос, — ответил Женька. — Заодно посмотрим с высоты, что там осталось от станции.
— Учти, это не очень-то безопасно. Нас могут засечь.
— Даже если и так, то быстро среагировать не успеют.
— Подстрелят издалека, — предположил я.
— Перестань, — отмахнулся Евгений. — У них нет возможностей «Жемчужины». Да и мы же ненадолго.
— Ну, смотри! — ответил я, после чего истребитель свечкой взмыл вверх.
Системы гравикомпенсации работали отлично, иначе от такого манёвра мы бы сразу же превратились в мясной фарш. Только не очень хороший, с костями и внутренностями. А так — красота, сидишь, как будто и вправду управляешь симулятором. За стеклом меняется изображение, а ты с комфортом расположился дома на кресле или диване. В одной руке джойстик, в другой — чашка, чай из которой никогда не расплескается от неожиданного манёвра.
Через несколько минут мы уже болтались на низкой орбите, плавно дрейфуя в сторону противоположной стороны планеты. Очень удобно, когда не надо, как на Земле, точно рассчитывать время включений двигателей, следить за остатком топлива и прочими недостатками классической ракетной техники. Нам до местных технологий управления гравитацией, прыжков через уровни и так далее ещё очень долго. Если, конечно, наше триумфальное возвращение не даст прыжок в науке сразу через несколько веков упорных поисков.
Или невозвращения. Я до сих пор не решил. Нас дома не ждёт ничего хорошего, особенно после событий, из-за которых мы и оказались в другой галактике. Ладно, думать об этом пока рано, у нас ещё здесь есть дела. Например, вернуться на «Вояджер». Это ближний прицел, на несколько следующих часов.
— С такой высоты разрушения смотрятся ещё эпичнее, — заметил Женька. — Когда мы летели на челноке оно, конечно, впечатляло, но сейчас…
Посмотреть было на что. Не просто проплешины, а гигантские рваные дыры на зелёной ткани материков. Я всё понимаю: заражение, психоз, но не настолько же! И ладно это сделали бы корфу или те самые неизвестные пришельцы, что уничтожили арраяр. Но сами мадрибцы? Те, которые и создали изумрудное великолепие! Это люди в основном склонны разрушать свой дом, не заботясь о последствиях. Но за то недолгое время знакомства с птицами у меня сложилось о жителях Маддара совсем другое мнение. Да уж.
— А если и на станции случилось заражение? — предположил я. — Ну, держать карантин, сбивать все корабли, которые пытаются свалить с планеты. Но долбать-то зачем?
— Кто их знает этих инопланетян, — ответил Женька. — Я вообще уже склонен считать, что это мы их заразили. Какой-нибудь совсем безопасный человеческий вирус. Столько веков тут было спокойно — и как только прилетели мы, то началось форменное безобразие.
— Перестань, — сказал я. — Это только в фильмах так бывает. Говорю же — наноботы. Откуда они взялись — другой вопрос.
— Пускай и так, но кто-то же их сюда занёс. Мы не могли. Заражение началось, едва мы только начали спуск на Маддар.
— Знаешь что? — меня внезапно посетила догадка. — Откуда могут взяться предполагаемы наноботы, если, как ты говоришь, у местных таких технологий нет?
— Оттуда, у кого эти технологии есть, — сказал Евгений.
— Или были, — я немного подтолкнул размышления Женьки.
— Думаешь, мы раскопали древнее проклятие арраяр?
— Ага, вместе с Самерхом и частью его команды, — заключил я. — Все эти сбои на Аррае были неспроста. Кто-то очень хотел, чтобы мы туда сели и попали в нужное место.
— И попытались нас там же убить, — с сомнением в голосе произнёс Женька.
— Техническая накладка, не более, — парировал я. — Всё же с момента уничтожения цивилизации арраяр прошло около десяти тысяч лет, не забывай.
Мы ещё некоторое время болтали, строя теории, пока наш истребитель не перелетел на противоположную часть планеты. Именно сюда должна была, по словам Гарзы, «упасть» станция. Висели мы довольно низко, поэтому весь диск планеты сразу не виден, но по имеющейся информации материк находился где-то около экваториальной области Маддара. Поэтому истребитель летел не абы как, а примерно в нужном направлении. Боюсь представить, сколько обычного ракетного топлива понадобилось бы на Земле для таких манёвров. И это не разведчик шестого класса «Веясандар», а обычный мадрибский истребитель. Однако на всякий случай я посмотрел на оставшийся запас энергии: хватит надолго.
Материк был совсем небольшой, можно примерно сравнить с Гренландией. Не по абсолютным размерам, а по относительным к самой Земле. Чтобы точно сюда упасть, а не плюхнуться в безбрежный океан вокруг, нужно сильно постараться. И кто-то это сделал. Точно не экипаж, если Гарза не ошибся.
Когда мы приблизились к краю материка, я сделал вещь, которая труднодостижима с использованием известных земных технологий. Истребитель «завис» над одной точкой на высоте примерно в двести километров. Да уж, компьютерный симулятор.
Найти станцию оказалось несложно. Материк, а по земным меркам остров, был действительно небольшим, а вот «Жемчужина» отнюдь не отличалась худобой. Строили её с размахом. Сейчас понятно, что только для туристов такой объём внутренних помещений излишен. Куда логичнее засунуть туда мощный реактор или даже несколько. Для получения антиматерии нужна прорва энергии. А били по планете мадрибцы, не особо оглядываясь на показания «стрелки осциллографа». На миг я призадумался, какая к пустоте у осциллографа стрелка, и откуда вообще взялась эта дурацкая шутка?
На первый взгляд, станция выглядела вполне прилично. Не развалилась, не взорвалась, сохраняя свою шарообразную форму. И даже белый цвет никуда не делся. Но так виделось лишь сверху, не исключено, что на самом деле «Жемчужина» сложилась внутрь себя при столкновении, каким бы мягким оно ни было. Тут нужна прочность легендарного мифрила, чтобы сохранить конструкцию целой. Но где ж его столько достать?
— Жаль, не работает радар, — подал голос Женька. — Неуютно. Мы же слепые и глухие по сути. Только визуальный контакт. А в космосе, сам знаешь, при таких расстояниях это не самое лучшее средство.
— Будем надеяться, что нас не засекут. Или засекут, но поздно, мы уже будем внизу.
— Давай, вызывай Гарзу, — не стал продолжать тему Евгений. — Я тут поползал по менюшкам, но так и не нашёл способ переключения с мадрибского на арайский. Да и опасно, а ну как запущу самоликвидацию!
— Это только в кино бывает, — ответил я. — Сейчас вызову.
Проделав примерно те же манипуляции, что и при первом сеансе, я начал «дозваниваться» до Гарзы через обычную радиосвязь. Видимость была прямее некуда, расстояние всего двести километров. Но… Гарза не отвечал. Либо действительно снова работает блокировка — станция-то вот она, перед нами, — либо что-то случилось. Мне не хотелось думать про второй вариант.
— Ничего, — прокомментировал я ситуацию.
— Что ничего? — не понял Женька. — Нет ответа?
— Да. Что будем делать?
— Может, всё же связь блокируется? — Евгений озвучил одну из моих версий. — Чего предполагать самое худшее? Давай включим планшет и проверим.
— Чтобы нас тут же засекли, если не сделали это ещё раньше?
— Только на несколько секунд. Проверим подключение, и всё. Не долбанут же корфу сразу? Со станцией в скорости им тягаться тяжеловато, вон сколько ждали, прежде чем нанести удар по моему подземному городу. Нас, конечно, заметят, но, во-первых, корфу рассчитывают в первую очередь на наземные цели, а может, и вообще исключительно на наземные, а во-вторых, нас уже тут не будет. Попробуй, поищи на орбите, маячка-то нет.
— Ладно, включай, — согласился я и приготовился дать дёру.
— Готово, — отрапортовал Женька. — Подключение к сети есть.
И тут истребитель содрогнулся от удара.
Глава 17
— Всё нормально! Падаем! — крикнул я.
Истребитель неконтролируемо летел вниз. Оба левых крыла вырвало с корнем, откуда-то сзади валил чёрный дым. Машину крутило во все стороны, но внутри никакой болтанки не ощущалось: гравикомпенсаторы продолжали работать. У нас ещё оставался шанс, что они выдержат удар о землю.