Адепт Грязных Искусств (СИ)

– Я ничего не скрываю, – произнёс я тихо. – Вы попросили меня дождаться Суда, я и жду. Или от меня ещё что-то требуется?
– От тебя требуется сидеть тихо и не провоцировать волнения в городе, – отрезала Сильвер.
Я остановился, высвободил руку из её цепких пальцев и серьёзно на неё посмотрел.
– Их уже без меня спровоцировали, док. Война не за горами.
Она покачала головой.
– Мы сдерживаем её, как можем. Нам не нужна война, Рэй.
– Ну вот и отлично. Продолжайте сдерживать, а я пошёл в медблок, – ответил я, пожав плечом, и снова зашагал вдоль дорожки.
Сильвер догнала меня и пошла рядом.
– Послушай, я не знаю, что ты задумал, и зря ты скрываешь это от меня, но я на твоей стороне. Ринги просто так не дадут тебе попасть на Суд. У них много агентов и помощников по всей стране, даже в Ронстаде. И даже, возможно, в моей школе. Рэй, чёрт возьми! Я хочу знать, что ты задумал! – Она опять не сдержалась и схватила меня за руку, на этот раз за запястье. Повернула лицом к себе и заглянула в глаза. – Я могу помочь тебе, если нужно. Только попроси.
Я нахмурился.
– Вы сами со мной не особо честны, док. Вот что вы планируете предъявить Лэнсому на Суде, кроме меня? Вы и патриций Орриван. Что вы задумали? Хотите представить Суду одну из Пяти Печатей? Только никак не можете придумать, как поделить её на всех? Кто у вас тут в Ронстаде живёт, кто раньше владел Печатями? Баумы, Сильверы и Орриваны? Тут ещё Соло нарисовались, им тоже хочется. А Печать у вас одна… и на всех она не делится.
Сильвер побледнела и мгновенно отпустила мою руку.
– Кто тебе сказал?..
– Док, вы сначала со своими делами разберитесь, а потом в мои лезьте, – ответил я. – А теперь мне нужно идти. Но если вы хотите мне помочь, то я бы попросил выбить у государственного обвинителя хотя бы пару часов свободного от наблюдения времени в сутки. Для меня это будет бесценная помощь с вашей стороны.
Сильвер быстро взяла себя в руки. Её голос снова стал холодным.
– Я постараюсь, но не обещаю.
Мы ещё раз посмотрели друг другу в глаза.
– И вот ещё что, Рэй, – добавила она, – завтра вечером открывается белая граница. Будет много гостей, приедут родители учеников… И я прошу тебя, будь осторожен в этой толчее. Я бы на время спрятала тебя…
– Нет, только не подвал, – перебил я её. – И вообще, хватит меня прятать.
Сильвер смолкла и оглядела моё лицо с тревогой, как-то даже по-матерински (не знаю, как смотрят по-матерински, но, наверняка, примерно так, как посмотрела на меня Ли Сильвер). Потом она кивнула мне, развернулась и уверенной походкой направилась в школу.
Я бросил ей в спину мрачный взгляд.
И пошёл в противоположную сторону.
 Глава 4.2 
 
В медблоке царила напряжённая атмосфера.
По коридору, из кабинета в кабинет, сновали рунные ведьмы, и на меня они не обращали внимания. Из восьмой приёмной выскочила Хлоя, сосредоточенная и хмурая, даже злая.
Увидев меня, она приостановилась и указала себе за спину, на дверь приёмной, которую только что покинула. Я кивнул, и мы молча прошли мимо друг друга. Но по пути мой нос всё же уловил густой цветочно-фруктовый аромат Хлои, и по телу тут же пронёсся жар…
Я прибавил шагу и поспешил скрыться в кабинете.
Там меня уже ждал Бен Баум.
— Времени у нас немного, Рэй, — объявил он негромко, уставшим голосом.
Да и выглядел старик смертельно уставшим. Он сидел в кресле, но как только я вошёл, поднялся и направился ко мне, протягивая ладонь. Мы пожали руки.
— Рад, что ты пришёл, — сказал Бен.
Только произнёс он это слишком уж мрачно.
— Хлоя недовольна, что вы используете медблок для встреч со мной? — спросил я.
Бен кивнул.
– Для начала скажу, что она тебя боится. И это ещё мягко сказано. К тому же, мы подвергаем её риску. Если директор школы узнает, что Хлоя впускает постороннего в медблок, её мгновенно выставят за дверь. Сам знаешь, что будет с рунным фортисом на улицах Ронстада. Особенно, если она потеряет свою хозяйку. За Хлоей выстроится целая очередь не слишком приятных парней.
 
Тут я был согласен. Судьба рунных адептов в Ронстаде была незавидной, и за хорошего хозяина они держались мёртвой хваткой. Хлоя, и правда, сильно рисковала, помогая нам.
– Ладно, с Хлоей потом разберёмся, – ответил я. – Что с отрядом?
Бен внимательно на меня посмотрел.
— Как с сестрой повидался? Не зря в больницу скатался?
– Не зря, – бросил я и повторил свой вопрос: – Так что с отрядом, адмирал?
— Сразу к делу? Согласен. — Он отошёл от меня и встал у стола, опершись бедром на крышку. Сложил руки на груди и сообщил с холодком в голосе: — Задача стоит перед отрядом небольшая, но серьёзная. И на данном этапе очень важная для Архитектора. Для всего Ронстада, если на то пошло. Итак. В пятницу вечером, на следующей неделе, в фамильном особняке погибшего Мэтто Соло будет проходить церемония посвящения в патриции. Передача общей родовой силы, торжество, грандиозное событие в светской жизни города. Ты ведь в курсе, кто станет новым патрицием у Соло?
Бен отлично знал, что я в курсе. Как и знал о моих непростых отношениях с Питером, да и со всем кланом Соло, но всё равно уточнил – изучал мою реакцию.
Однако я никак не среагировал, только спросил:
— И что дальше?
-- После того, как Питер Соло будет провозглашён новым патрицием своего клана и получит его общую родовую силу, он будет иметь право претендовать на некую реликвию, что у нас есть…
– Бен, говорите прямо, – перебил я его. – Питер будет претендовать на одну из Пяти Печатей, которую вы никак поделить не можете?
Бен громко хмыкнул и прищурился.
– Догадался уже? Ну что ж. Этим ты мне и нравишься. – Он задумался на несколько секунд и продолжил уже другим тоном, более доверительным: – Ладно, парень. Какая у тебя задача. Судьба Печати будет решаться в тот же вечер, после полуночи. Как только завершится торжество у Соло. На Печать претендуют несколько человек, и хозяин реликвии в итоге будет определён на городском Совете. Совет решено проводить там же, в особняке Соло, чтобы не затягивать с решением. И тот патриций, который получит Печать, отправится вместе с тобой на Суд отстаивать интересы Ронстада.
– А кто ещё претендует на Печать? – уточнил я. – Патриций Орриван, вы, Питер Соло. А ещё кто? Кто пойдёт от клана Сильвер? Они ведь тоже патриция лишились.
Моё настойчивое любопытство Бену не понравилось. В его глазах сверкнула угроза.
– Это не твоё дело, Рэй. Твоя задача совсем иная!
Я покачал головой и процедил:
– Если вы мне не доверяете, на хрена вообще мне задачи ставите?
– Рэй, – вздохнул Бен, – информация о патриции с Печатью будет храниться в тайне до самого Суда. Это огромный риск, сам понимаешь. И как раз эту информацию тебе и надо будет сохранить.
Я нахмурился.
– И как я это сделаю?
– Дело в том, что недавно нами был обнаружен лэнсомский крот, шпион, прямо у нас под носом. Но пока он не знает, что провалился, и продолжает работу. Я назову тебе его имя… У городского Совета есть доверенный секретарь. Это женщина. И военными агентами Лэнсома она завербована уже давно. Её зовут Лиза Бланш. Недавно она допустила ошибку, и Бернард её сразу вычислил.
Я вскинул брови.
– А при чём тут Бернард?
– Лиза Бланш подрабатывает ещё и в школе Сильвер. Библиотекарем. О школе она тоже сливает информацию. В последнее время особенно ценную информацию, потому что здесь объявился ты. Теперь для Лэнсома Лиза Бланш – очень важный агент.
 
Лиза Бланш… мисс Бланш…
И тут я, наконец, её вспомнил.
Тяжеловесная библиотекарша, неуклюжая и немного нелепая, с тугой шишкой светлых волос на затылке и в розовом платье из плюша. Кто бы подумал, что эта миловидная старая дева является агентом и внедрена лэнсомскими военными.