Цена двуличности. Часть 1 (СИ)

— Да так… — также довольно тихо ответил лич, — подозрительно.
— И что нам делать?
— Ты можешь видеть ловушки? — неожиданно спросил Сат.
— М-м-м… Могу.
— Посмотри, пожалуйста. А то я не уверен, что во время моего отсутствия Шуд не придумала что-нибудь особенно заковыристое.
— Шуд?
— Моя дочка, — в голосе лича звучала гордость. — Она — чернокнижник, и каждый раз встречает папку каким-нибудь сюрпризом.
— Ясно… — прошелестела я. — Ладно, попробую посмотреть.
Сосредоточившись на своем магическом зрении, я медленно окинула взглядом крыльцо в одну сторону, а затем обратно. Вроде бы ничего.
— Ты уверена? — саркастически поинтересовался Альд.
— Что, все-таки есть ловушка?
— Есть.
— Может, ты даже подскажешь хотя бы, куда смотреть?
— Может быть, даже подскажу, — голос подселенца прозвучал неожиданно мрачно. — Хотя по-хорошему ты уже должна сама уметь распознавать стихийные ловушки.
— Как будто ты незнаешь, — мысленно фыркнула я, — что у меня никогда не получается по-хорошему?
— Да уж, действительно… Одна привязана ко второй ступеньке сверху, вторая — почти вплотную у входной двери.
— Вот так бы сразу…
Подселенец что-то пробурчал в ответ, но я уже не особенно прислушивалась, так как внешнее молчание и так подзатянулось.
— Она на второй ступеньке сверху, вторая — возле двери.
— Отлично.
В голосе Сата мне послышалось неподдельное предвкушение, и не успела я еще и слова сказать в ответ, как лич просто и незатейливо полетел над ступеньками. И именно над второй вдруг остановился и, резко дернувшись, с хрустом выгнулся дугой, запрокинув голову назад.
— Не лезь, — приказал подселенец, стоило мне дернуться в сторону лича, чтобы хоть как-то ему помочь. — Сам разберется.
— Но…
— Не лезь, — отчеканил Альд.
Времени, потраченного на нашу короткую внутреннюю перепалку, оказалось достаточно для того, чтобы Сат успел оправиться. Что-то тихо пробормотав — не уверена, что эти слова были цензурными — он выпрямился и тряхнул руками. И то ли мне показалось, то ли с них посыпались бурые искры. Будто слабо мерцающая ржавчина.
— Деактивировал, — в голосе подселенца не было ни удивления, ни удовлетворения, ни каких-либо иных эмоций. Простая констатация факта.
— Неплохо, но… Недостаточно. — произнес Сат и, поведя плечами, медленно поднялся в воздухе до уровня крыльца. — Посмотрим, что теперь у двери…
Видимо, у двери было что-то помощнее. Или, как минимум, болезненнее. Хоть лич и говорил, что не сохранял чувствительность, но стоило ему остановиться перед входной дверью, как я тут же услышала сдавленное шипение. Будто от боли. Сата охватило тусклое зеленоватое сияние со странным алым отблеском.
— Рассеивай чары! — рявкнул Альд.
Ошарашенно дернувшись от неожиданности, я быстро пробормотала заклинание рассеивания чар и, подлетев к личу, коснулась его плеча. Сияние исчезло, и на миг мне показалось, будто с кожи Сата осыпался то ли прах, то ли песок — и исчез, так и не долетев до дощатого пола под нами.
— Кхм… Спасибо, — тихо проговорил лич. — Подловила — так подловила… Надо будет обновить щиты.
— А что это было?
— Заключенное в печати ускоренное разложение, помноженное на…
—…слабость и что-то еще, не успел понять.
Эти двое не только ответили одновременно, но и сделали это почти слово в слово.
— Растет дочка, — добавил Сат, и я снова услышала в его голосе гордость.
— Да, впечатляет, — не могла не согласиться я, осознавая, что дочурка только что чуть не упокоила своего боевого папашу.
— Вряд ли упокоила бы, — с сомнением протянул подселенец, — но доставить массу неприятных ощущений вполне могла. Но будь на его месте ты… Могло бы окончиться куда плачевнее.
— Думаешь, это меня так… радушно встречают?
От этой мысли мне стало не по себе. А слова Мэба о том, что я слишком плохо пока что знаю его родню, обрели какой-то зловещий оттенок.
— Вряд ли. Сама же слышала, каждый раз она встречает его каким-то сюрпризом. Видимо, что-то вроде семейной традиции.
— Как мило…
Естественно, мне так не казалось. Но что поделать, придется привыкать.
 
— Ну, раз на этом все, будем входить, — объявил тем временем лич и коснулся дверной ручки.
Я настороженно наблюдала за этим, ожидая очередного подвоха в виде ловушки или еще какого-нибудь неприятного сюрприза. Но нет, дверь всего лишь открылась. Распахнув створку пошире, Сат приглашающим жестом указал на вход.
— Прошу.
— Это на случай, если там еще какая-то ловушка? — я не удержалась от сарказма, запоздало поняв, что на такое можно и обидеться.
— Тугодумие идет тебе на пользу, так ты лучше меня слушаешься, — Альд, конечно же, также не удержался от ехидного комментария.
— Нет, что ты, — Сат качнул головой, — ставить ловушки внутри дома ей пока силенок не хватает. Вот как дорастет, тогда да, начнется веселое времечко…
— А сколько ей лет? — идея сменить тему мне показалась вполне удачной.
— Почти шестнадцать.
— О, взрослая уже, — глубокомысленно заметила я, перелетая через порог.
И оказываясь в знакомой — и незнакомой одновременно — комнате. Голый деревянный пол, кое-где — потертый. Две вешалки с крючками для одежды. Уже замеченные мной кружевные белые занавески. И непривычно теплый свет одинокого магического светляка, парившего под самым потолком и разгонявшего медленно сгущавшуюся в помещении предвечернюю серость.
— Да, скоро замуж выдавать, — с неожиданной грустью отозвался Сат за моей спиной.
— А стоит ли торопиться? — продолжая медленно лететь вперед, я бросила взгляд на лича.
— Не от меня зависит, — резко ответил он.
От этих слов ощутимо повеяло холодом — похоже, что тема разговора Сату была неприятна. Я отчаянно зашарила взглядом по окружающей обстановке, пытаясь придумать, на что бы переключиться.
— Думаю, все в главном зале, — уже мягче добавил Сат и, опередив меня, направился к хорошо знакомой двери впереди.
— А что там? — я указала на дверь справа от меня. — Если не секрет, конечно.
— Там мастерская деда, — последовал короткий ответ.
И, пресекая мои дальнейшие расспросы — вместе с неосознанной моей попыткой оттянуть неизбежное — лич толкнул створку, и дверь в зал открылась.
На этот раз Сат пролетел сквозь проем первым. Я же, испытывая беспокойство пополам с волнением — и неясно, какое из этих чувство принадлежало мне — никак не могла решиться.
— Не заставляй себя ждать, но не суетись, — ровно проговорил подселенец, и я поймала себя на мысли, что и беспокойство, и волнение были исключительно моими, и от голоса Альда они постепенно затихали. — Веди себя спокойно и в меру… самодовольно. Помни, как бы ни было, ты — лич. И фактически обязана выражать почтение только своим сородичам, так как в семье их ранг однозначно выше твоего. С остальными — по обстоятельствам. Как себя поставишь при первой встрече, так к тебе и будут относиться в дальнейшем.
— Личный опыт?
— Именно.
Я перелетела через порог и снова испытала чувство узнавания и растерянности одновременно. Другие кресла, более строгие и неудобные на вид, но расставлены так же. Другие стеллажи, из светлого, а не темного дерева, но тоже размещены вдоль изгиба лестницы. Да и сама лестница широкой дугой огибала пространство зала вдоль двух стен, но… Другие перила. Полное отсутствие ковров на отполированном деревянном полу. Серебристо-серая ткань — вместо зеленой — на стенах. И слабый свет угасающего зимнего дня, проникающий в комнату сквозь окна — вместо множества холодных магических светлячков.
Я никогда не видела дом Альда при дневном свете. И это, пожалуй, больше всего сбивало с толку. Все-таки, время суток и разница в источниках света накладывали свой отпечаток.
Но самым большим отличием было то, что здесь я находилась. Помимо застывшего на полпути к креслам Сата, я насчитала восьмерых присутствующих, часть которых расположилась в креслах внизу, а часть — наблюдала за происходящим сверху, опираясь на перила надстройки второго этажа.