Избранница Ледяного принца (СИ)
Глава 48
Ответ был очевиден – никто. И если смотреть с этой стороны, поступок Энрила заслуживал вовсе не порицания. Я злилась на него за обман, поэтому в упор не видела других аспектов. А ему ведь действительно пришлось здорово постараться, чтобы организовать всё. Станешь ли столько делать ради той, к которой не испытываешь ничего серьёзного?
Мой ответ – однозначно нет.
Если бы Энрилу было присуще тщеславие, ещё можно было бы заподозрить, что он старался ради того, чтобы потом похваляться, как лихо провернул весь спектакль. Но это уж точно не про него!
И, между прочим, он ведь сам раскрылся, а не я поймала его на вранье.
— Ну чего молчишь? Ответь, — напомнил о своём вопросе Крэйдир.
— Никто, конечно же, — улыбнулась немного грустно. — Зря я ему сказала, что больше не желаю его знать.
— Даже так? — удивился шатен. — Мэйсвил, но ты же его любишь. Не отрицай! — не дал он мне и рта раскрыть. А я, кстати говоря, и не собиралась особо сильно спорить. — Вчера ты ждала приезда именно Эна и откровенно расстроилась, не увидев его.
— Это было так заметно? — поинтересовалась я.
— Очень.
— Извини, — я опустила глаза.
Представляю, как ему было неприятно видеть, что ждала вовсе не его.
— Не за что тебе извиняться, — неожиданно возразил Крэй. — Я очень рад, что теперь ты злишься на Эна значительно меньше. А что мне ничего не светит, понимал, ещё когда уезжал отсюда в город. И уже как-то смирился с данным фактом. Сам виноват, что палец о палец не ударил, чтобы завоевать твоё сердце. Я тебе вот что скажу – ты обязательно должна провести три дня и с Энрилом, понять, как ощущаешь себя с ним. Тогда, просто уверен, ты сразу осознаешь, что нужен тебе именно он и никто другой.
— Я проведу с ним три дня, — пообещала твёрдо. — Уж очень охота разобраться, какой он настоящий. А то в Санларе, похоже, никого из вас не знала толком.
— Вот и умница, — он улыбнулся немного печально, однако моим решением наверняка был удовлетворён.
А ведь раньше я и его не знала – даже не подозревала, что Крэйдир может быть настолько отзывчивым и искренне, всем сердцем переживать за других.
— Читаю дальше? — спросил он, вновь беря в руки блокнот.
— Конечно, — кивнула с готовностью.
По правде сказать, большой поклонницей поэзии я не была никогда, однако его стихи мне нравились. А уж в этой поэме он превзошёл сам себя. Или, может, дело в том, что меня слишком интересовало содержание?
В любом случае, я высоко оценила и содержание, и стиль. О чём и сообщила поэту, когда он закончил читать.
Крэй поблагодарил, скромно улыбнувшись, но я видела, что ему моя похвала как бальзам на душу.
— Жаль тебя не было, когда мы с Одером водопровод чинили, — усмехнулась я. — Очень хотела бы послушать твой стих по этим мотивам.
— У вас случилась авария? — удивился Крэйдир.
Я поведала ему о том, как мы спасали замок от потопа.
— Ну, если бы я был с вами, решил бы проблему по-другому, — сказал он, посмеиваясь. — Как следствие, не было бы и стиха. Ну разве что вот такой коротенький:— Вода фонтаном в стену била.Хотели вентиль закрутить.Метнулись вниз, но поздно было –Вода вдруг перестала бить.
Я звонко засмеялась. Как ловко он сочинил четверостишие прямо на ходу! Да ещё и с юмором!
— Ну ты талантище! — не удержалась от очередного восхищения и тут же задумалась вслух: — Интересно, а у меня получится написать стих?
— Попробуй! — оживился Крэй. — А на какую тему?
— Не знаю пока, — пожала плечами. — В общем, пойду попытаюсь.
Поднявшись с кресла, отправилась в кабинет. Там устроилась за своим рабочим столом, пододвинула к себе лист бумаги.
И о чём писать? Может, облечь в стихотворную форму катание на Барсике?
Попробовала.
И тут же поняла, что стихи – это не моё.
Ну не получалось у меня ничего! То рифму не могу подобрать, то размер хромает. Причём иногда не то что хромает – на одной ноге прыгает.
Я вычёркивала неудачные строки, писала новые, потом вычёркивала и их.
Кошмар! Как же это сложно! Гораздо проще написать книгу, чем короткий стих – о длинном я перестала мечтать уже после первой строчки, которую, в итоге, кстати, тоже забраковала.
Крэйдир мне не мешал – его вообще не было ни видно, ни слышно. Но повисшее в гостиной ожидание плодов моего творчества чувствовалось почти физически.
Как же не хотелось позориться! Ладно, если бы кто-то заставил меня написать стих. Но я же сама вызвалась! Идиотка!
От бессилия на глазах проступили слёзы. А ещё... в голове зародилась рифма.
— Ни демона у меня не получилось! — бросила я в сердцах минут через пять.
Крэй моментально появился в кабинете.
— Ничего страшного, — ободряюще сказал он. — Сейчас не получилось – в другой раз получится. Очень часто строки сами приходят в голову – остаётся всего лишь записать их.
— Ну вот, мне пришли, — я с досадой ткнула пальцем в многострадальный лист.
— Что там? — загорелся интересом Крэйдир.
— Четверостишие. Как ты и сказал – пришло в голову, записала. Правда, это совсем не то, что я хотела сочинить.
— Прочитаешь? — поэт посмотрел на меня чуть ли не с мольбой.
— Ну слушай, — криво ухмыльнулась я и озвучила своё творение:— Мэйси мучилась натужно,Исписала черновик.А над ней смеялись дружноЗимник, водник, огневик.Дорогие мои, любителям магических академий и драконов хочу представить новинку моей замечательной и талантливой коллеги Лины Алфеевой. Называется она "Любовь в академии". Не пропустите эту увлекательную историю! ;)
48-2
— Забавно! — засмеялся Крэй. — И я бы не сказал, что не получилось. С рифмой и размером всё в порядке. И главное, по теме. Если потренируешься на таких вот коротышках, дальше можно будет что-то более серьёзное попробовать.
— На сегодня я точно устала, — усмехнулась я, довольная, что моё недоразумение пришлось по душе опытному поэту. — Но я рада, что ты не признал меня полной бездарностью.
— Да нет, что ты! — произнёс шатен, с воодушевлённым видом расхаживая по кабинету.
Что, уже мечтает, как будет взращивать во мне поэта?
— Жалко, что все твои стихи остались дома, — вздохнула я. — Хотелось бы сейчас послушать что-нибудь расслабляющее. Про природу, например.
— Мои стихи вот здесь, — Крэй постучал указательным пальцем по лбу.
— Что, все? — поразилась я.
— В общем и целом. Конечно, мог что-то подзабыть, но свежие стихотворения помню дословно. Вот, например, несколько месяцев назад сочинил.
И он прочёл мне замечательный стих про осень. Не слишком длинный, но очень душевный. Потом познакомил меня с зарисовками на тему зимней природы – теми самыми, которые он читал барсам.
Так, за чтением стихов скоротали время до обеда.
А после трапезы решили пройтись по округе. Кстати, во время прогулки рассказывала Крэйдиру про то, о чём так и не смогла написать – про скачки на Барсике. Он слушал, округлив глаза, качал головой, а в конце поставил диагноз, который я уже слышала от Одера: «Безумцы». Спорить с этим я снова не стала.
Когда вернулись в замок, повела Крэйдира в местную библиотеку. Уж кому-кому, а ему там будет интересно. И не беда, что он не знает малварийского. Для такого человека, как Крэй, сама по себе экскурсия в храм знаний – праздник.
Поэт действительно с любопытством бродил между стеллажей, иногда снимал с полки какую-нибудь книгу, заглядывал в неё.
— Вон там – художественная литература, — сказала я, указав рукой на тот стеллаж, где раньше стояли «Затерянные в снегах».
На губах Крэя промелькнула едва различимая странная улыбка. Увидев, что я её заметила, он поспешил пояснить:
— Для нас с тобой в этой библиотеке стеллаж с художественными произведениями ничем не отличается от стеллажа с книгами, скажем, по ботанике.