Избранница Ледяного принца (СИ)
— Да?! — ядовито возразил Одер. — А знаешь, что мне ответила Ки́лнис, когда я пару лет назад делал ей предложение?!
— Понятия не имею, — честно сказал Энрил.
— Что за огневика родители её никогда не отдадут!
— Ну, семейство Килнис – это ещё не все.
— К сожалению, они в своём предубеждении далеко не одиноки. Боюсь, что и от родителей Мэйси я услышу то же самое.
— Могу тебя успокоить, — невесело улыбнулся блондин. — Как бы мои шансы тут не оказались ещё более шаткими, нежели твои.
— А что её родители имеют против зимников? — удивился Одерли.
— Не то чтобы против всех зимников. Но вот конкретно мой отец её папаше как кость в горле! Дело в том, что в своё время он увёл у него девушку.
— Это что же получается – твоя мать могла стать материю Мэйси? — поразился огневик.
— Нет, — с усмешкой покачал головой Энрил. — С той девушкой отец потом сам порвал – ещё до того, как она успела уйти к другому.
— Ясно. Ну и правильно сделал. Хм, а глаза-то у тебя вновь стали синими, — заметил брюнет.
— Да, это свойство зимней магии, — улыбнувшись, кивнул блондин.
— Выходит, ты всё-таки всерьёз собирался меня заморозить? — напрягся Одерли.
— Нет, конечно, — заверил зимник. — От негативных эмоций глаза у нас тоже голубеют. Ладно, пойдём наконец осматривать пещеру. Не то Крэйдир нас и к вечеру не дождётся.
Они двинулись дальше вглубь пещеры. Миновали зальчик, где чуть не стали пищей медведям.
И тут брюнет вспомнил о том, чего ради нечаянно разбудил косолапых.
— Эн, мне кажется... нет, я просто уверен, что за трещиной, которую пытался расширить, есть проход дальше, — сказал он. — Может быть, всё-таки попробуем добраться до него – только теперь со всеми предосторожностями?
Зимник посмотрел на него и усмехнулся:
— Огневики не ищут лёгких путей?
— В смысле? — опешил Одер.
— Нет, если не попадём к трещине с противоположной стороны никаким иным способом – конечно, займёмся её расширением. Но разве ты уже исследовал все ходы здесь, чтобы загружаться лишней работой?!
— Ну да, возможно, туда имеется и более лёгкий путь, — согласился он. — Идти напролом действительно не всегда лучший вариант.
— Я бы даже сказал, что практически никогда, — улыбнулся Энрил. — А не всегда и самый быстрый.
— Где мишки-то спят? — поинтересовался Одерли.
— В боковом ответвлении слева, которое мы уже прошли, — ответил блондин.
— Что прошли – это хорошо, — удовлетворённо заметил брюнет. И тут его опять разобрало любопытство. — Энрил, раз уж я всё равно обо всём догадался... — начал он. А уже в следующее мгновение заметил, что глаза зимника снова опасно голубеют. Но всё же продолжил: — Продемонстрируешь мне хоть разочек свои способности? Просто ж до зуда охота увидеть своими глазами, — добавил в оправдание, делая самое невинное лицо.
— Хочешь, чтобы я всё-таки продемонстрировал на тебе глубокую заморозку? — грозно вопросил тот.
29-2
Однако, на его счастье, глаза блондина, вопреки ожиданиям, вернулись к синему цвету.
Одерли беззаботно улыбнулся:
— Не-а, не убьёшь. Уж если не прикончил в первый момент, то теперь – тем более. Я же тебе уже поклялся, что никому ни звука не скажу, — напомнил он. — Всё это только между нами.
— Не убью, конечно, — миролюбиво подтвердил Энрил. — Но и демонстрировать ничего не стану. О чём ты там догадался – твои трудности. А наглядных доказательств не будет, — отрезал он.
— Не доверяешь, значит, — расстроился огневик. — А между тем вы с Крэем – мои единственные друзья.
Зимник посмотрел на него вроде как с удивлением. Однако, насколько оно искреннее, было не понять.
— В Санларе ты явно предпочитал других друзей, — ехидно заметил он. — И все они, как один, из огневиков.
Одерли грустно усмехнулся:
— Давай будем честны – приятели, а не друзья. Да, погулять, порезвиться, покутить за компанию – это они всегда готовы. А вот в Кадарские горы со мной точно бы не потащились.
— Если уж решили говорить честно, хочу напомнить, что мы тоже не в качестве твоего сопровождения сюда отправились, — улыбнулся Энрил. — Просто наши цели совпали.
— Разница в том, что они бы в этом случае помчались со мной наперегонки. Да и в горах... — Одер резко помрачнел. — Не уверен, что живым из них не выбрался бы только один из нас. Во всяком случае, спину я бы им не доверил. Собственные амбиции превыше всего – вот, по сути, девиз огневиков. Та экспедиция, в которой погиб мой дядя, из неё ведь вернулись одни огневики. Почему так вышло доподлинно неизвестно, но... То ли огненная магия всё же способна здорово помочь в горах, то ли... они просто не стали рисковать своими шкурами, пытаясь спасти товарищей.
— Но ведь твой дядя тоже был из огневиков? — уточнил зимник.
— Да. Только в момент схода лавины он находился в другой части лагеря – на которую и пришёлся основной удар стихии. Палатки огневиков зацепило по касательной.
— Ну, значит, им просто повезло.
— Да, повезло, — кивнул Одерли. И тут понял, что больше просто не в состоянии молчать. Его буквально распирало от желания поделиться, выплеснуть всё, что накипело в отношении тех мерзавцев! — Хочешь правду? — спросил он, глядя зимнику в глаза.
— То есть ты всё-таки знаешь, что там произошло в действительности? — уточнил Энрил утвердительным тоном.
— С большой долей вероятности. Моему отцу было не наплевать, почему его брат погиб, а эти преспокойно вернулись, и он пытался выяснить истину. Так вот, они рассказывали, будто старались откопать из-под лавины хоть кого-нибудь, только стало известно, что в те трое суток, когда якобы искали пострадавших – на самом деле эти трусливые твари не просыхая бухали в посёлке у подножья! И по времени получается, что понеслись туда сразу же после схода лавины!
— Действительно твари, — зло процедил зимник.
— Даже странно, что больше никому из родственников погибших не пришло в голову проводить расследование. Почему-то все решили, что раз есть свидетели – значит, истина известна. А отцу тогда клан категорически запретил выносить сор из избы. И между прочим, двое из моих приятелей являются сыновьями тех самых мерзавцев. Собственно, к тому отец и поведал мне ту историю – предупреждал, чтобы держался от них подальше.
Только в то время я решил, что дети за родителей не в ответе. А вот сейчас подумал, что, возможно, яблочко от яблоньки всё-таки недалеко падает.
— Ну, тебе виднее. Я с вашими вообще никогда тесно не общался, — пожал плечами блондин. — А то, что ты просил... Ладно, покажу как-нибудь, — подмигнул ему заговорщически.
Одерли так опешил, что даже остановился.
И с чего это Эн вдруг передумал? Неужели с того, что он с ним разоткровенничался?
Хотя, в общем-то, разболтав услышанное сегодня, зимник может устроить проблемы его отцу – ведь тому жёстко велели всё забыть. Но, конечно же, Энрил трепаться не станет.
И тут Одер невольно задумался – а вдруг?
Да нет, не такой он человек. Свои тайны хранит и к чужим наверняка относится с уважением. Правда, тайна отвратительная – практически покрывающая преступление. Но никого из его родных в той экспедиции, по счастью, близко не было.
— Ты решил переселиться в эту пещеру? — с улыбкой окликнул его блондин, уже ушедший вперёд шагов на двадцать.
— Ни за что! — засмеялся брюнет и поспешил вдогонку. — Здесь злющие медведи. А у нас – милые барсики.
— Как ты назвал барсов? Барсики? — вновь улыбнулся Энрил.
— Ну да. Вполне подходящее ласковое название. Ты не находишь?
— Ну почему же. Очень даже удачное, — согласился он.
Сколько времени они бродили по запутанному лабиринту пещер, одним демонам ведомо. Но что хуже, Одерли чётко понимал, что лично он давно заблудился. Иногда казалось, что в этом месте они проходили уже не раз, но потом выяснялось, что коридоры дальше ему вовсе не знакомы. В общем, один он бы как пить дать в жизни не выбрался обратно наружу.