Все сокровища мира (СИ)

Я кивнула, понимая, что сейчас бабуля разразится в более яростной тираде. Но звонок в дверь прервал ее мысли.
— Я открою…
Крикнула она, вскакивая со своего места. А я надеялась, что это не Алекс явился к нам домой. Тогда я в сотый раз смогу убедиться, что совести у него нет совсем.
— Что вам нужно молодой человек?
Строгий голос бабушки разнесся по всей квартире, отчего я вздрогнула и поплелась в сторону коридора, откуда на бабулю с порога уставился этот знатный аферист.
— Добрый день, Мари. Я бы хотел поговорить.
Спокойно произнес он и посмотрел на меня.
— Нам не о чем разговаривать …
Отчеканила она, практически закрывая дверь перед носом этого напыщенного афериста. Но он резко выставил ногу и носок дорогих туфель уперся в дверь.
— Я прошу несколько минут…
Более напористо произнес он, отчего бабуля раскрыла дверь и пропустила его в квартиру.
— Чай не предлагаю…
Отрезала она, как только мы присели за стол.
— Я понимаю, что виноват перед вашей семьей и мне действительно очень жаль, что так получилось. Я врал…
Начал Алекс, отчего бабуля демонстративно накинула на себя шаль и сложила брови домиком.
— Алекс, вы врали, давая мне надежду найти родственные души. Вы врали и придумывали истории ради украшений. И что в итоге? Вы получили украшения, наши дороги разошлись.
— Мари, да, так было изначально…
— Что же изменилось?
Уже не выдержала я и вставила свои пять копеек.
— Многое. После того, как ты отдала мне украшения, я хотел их вернуть. Но подвергся нападению нанятых матерью людей.
Он замолчал, а я пыталась сделать вид, что мне это неинтересно. Но это было не так.
— Я понимаю, что вы воспринимаете все мои слова, как очередную ложь, но мне и правда очень жаль.
Он говорил тихо, а после достал из кармана небольшой прямоугольный футляр и положил его на стол.
— Что это?
Лицо бабушки вытянулось, а Алекс без слов покинул нашу квартиру, оставляя нас с неизвестным предметом внутри коробки.
— Софи, что ты сидишь? Посмотри.
В ушах сразу стало шуметь. Я медленно открыла футляр и мое дыхание вмиг перехватило.
— Я не верю своим глазам…
Произнесла бабуля и я была согласна с ней. Из футляра на нас смотрели наши семейные драгоценности. Серьги из парюры Буше.
Я не долго думая, накинула на себя пальто и выскочила вслед за Алексом, который стоял возле автомобиля.
— Не знаю, как тебе это удалось, но спасибо, что вернул.
Он лишь улыбнулся, сел в машину и уехал. На этом я думала, что наши пути с Алексом окончательно разошлись, но судьба решила иначе.
  
Эпилог
 
Прошел год.
Алекс.
Сразу после того, как мать продала парюру Буше и освободила меня от своего надсмотрщика, я первым делом купил билет в Москву. Оставаться в Бордо я не имел ни малейшего желания. Как только я прибыл в Россию, то сразу отправился к Романовскому, который был уже в курсе всего. Начиная от моего обмана, заканчивая тем, что парюра была продана. Безусловно, Романовский принял меня, как самого лютого врага, не скрывая своего намерения подправить мне нос. И я его прекрасно понимал и поддерживал в этом. Чего мне только стоило рассказать о своих благих намерениях вернуть Софи серьги. Но я не знал, где искать нового владельца парюры и какая стоимость будет озвучена, понимая, что моих финансов вряд ли хватит.
Время шло. Романовский наводил справки по своим каналам, пока удача не улыбнулась нам. Парюру купила пожилая дама с графскими корнями из Парижа, которая ни за что не хотела ее продавать, пока Романовский не выяснил, что она без ума от живописи. А ему как раз было, что предложить. Поэтому вскоре парюра оказалась у Романовского, а с десяток картин перекочевало к графине. Я не долго думая, продал все свое имущество и тоже возместил затраты. Серьги в тот же день оказались у меня, а на следующий день я их отдал законным владельцам.
А дальше начались мои мучения и терзания. Целый год я не находил себе места, понимая, что не могу без Софи. Когда я понял, что влюбился в нее? Не знаю, мне казалось, я любил ее всегда. Чувствуя, что мое чувство может быть не взаимное.
 
Я пытался отвлекаться и с головой ушел в работу, работая над новыми проектами. А в выходные дни ездил во двор к Софи, ожидая, когда она выйдет из дома, чтобы хоть на секунду взглянуть на нее. Так бы я и мучил себя, если бы Романовский проникшись моими душевыми страданиями, не предложил мне устроить аукцион, щедро уступив в стоимости.
Софи.
— Софи, как я рад, что тебе удалось вырваться.
Голос Романовского отвлек меня от мыслей, и я резко развернулась.
— Лев Станиславович, благодарю, что пригласили, тем более, вы сказали, что сегодня должно быть интересно.
Замялась я, а мужчина засмеялся, переведя взгляд на мой образ и разочарованно выдохнул. Наверное, хотел увидеть серьги, но я их больше не надевала. Безусловно, с Романовским я поделилась тем, что Алекс вернул украшения, но, как оказалось, мужчина уже знал об этом. Откуда он обладал такой информацией я не стала уточнять, но он бы и не сказал.
— Вы не надели серьги…
— Да, пока не готова.
— Помню, вы говорили…
Задумчиво произнес он и откланялся, а я нервно посмотрела на время, волнуясь, справляется ли мама и бабушкой с ребенком. Пока я обдумывала во сколько смогу сбежать с аукциона, чтобы не обидеть хозяина вечера, даже не сразу заметила, как ко мне подошли.
— Софи, добрый вечер.
Голос Алекса, как электрический ток, пронзил мое тело, отчего я резко развернулась и встретилась взглядом с голубыми глазами.
— Не ожидала тебя здесь увидеть.
— Сегодня здесь то, что мне нужно.
Загадочно ответил он и расплылся в улыбке, не сводя с меня глаз. Отчего мне стало неловко, а щеки предательски вспыхнули румянцем.
— Ты потрясающе выглядишь.
Снова комплимент в мою сторону, а мое сердце уже более учащенно бьется. Благо, нас позвали в отдельный зал, отчего я смогла выдохнуть. Но рано. Алекс уселся рядом с довольным выражением лица.
Ведущий, как обычно пестрил шутками и представлял лоты, от цен которых, мои глаза лезли на лоб. Потом слово перехватил Романовский и пел свои дифирамбы, пока мой слух не расслышал знакомое название «украшения из коллекции парюры Буше».
— Ты для этого здесь?
Сразу прошептала я, пытаясь отодвинуться подальше.
— Не только. Парюра меня мало интересует.
Я лишь пожала плечами, чувствуя, как осадок разливается по венам. Дальше я пыталась не вслушиваться, боковым зрением наблюдая, как Алекс поднимал табличку, борясь за эти украшения. Пока звук молотка не вернул меня в реальность. Романовский снова выхватил микрофон, перехватывая инициативу. Алекса уже рядом не было, зато Лев Станиславович назвал мое имя, как новой обладательницы украшений парюры Буше и пригласил на сцену, передавая белый конверт от Алекса, который я открыла сразу, как только покинула этот пьедестал. Что они здесь устроили за цирк?
В конверте было письмо, в котором говорилось, что Алекс ждет меня на парковке. Если я не приду, то он все поймет. Ну, уж нет, я ему сейчас выскажу все, за это представление с парюрой.
Алекс вальяжно стоял возле своего автомобиля и внимательно смотрел на меня.
— Алекс, что ты устроил? Мне не нужна никакая парюра. Поэтому я ее даже забирать не буду.
Он расплылся в улыбке, пока я возмущалась, все ближе подходя к нему.
— Она мне не нужна тоже. Мне нужна ты…
Его слова перевернули все внутри, отчего я замерла, рассматривая пронизывающие голубые глаза.
— Что ты сказал? Это шутка такая? Сегодня смотрю день шуток.
Он лишь отрицательно покачал головой и резко прижал меня к себе, отчего у меня перехватило дыхание.
— Я год ждал. Да, Софи, у нас все начиналось неправильно. Но дай мне шанс все изменить, все исправить. Поверь мне…
Прошептал он и накинулся на мои губы.
Не знаю, что двигало мной в тот момент, но я чувствовала, что его слова и чувства искренние. И я дала шанс Алексу, понимая со временем, что не ошиблась.