Будь моим, будь другим (СИ)

Логика была сомнительная: если увидят, то выглядеть будет вполне как свидание, но есть хотелось страшно, так что придираться я сочла излишним и сдалась:
— Хорошо. Но на моей машине.
— Ни за какие коврижки, — ответил категорично и взял чашку, а я пошла одеваться, сообразив, что спорить бесполезно. Парень хоть и улыбчивый, но характер имеется.
Машину его в прошлый раз по темноте я не особенно разглядела, да и не смотрела толком, но сейчас, сверкая наполированными боками, она вызывала массу вопросов. Например, на какие шиши?
— Хорошая машина, товарищ следователь в занюханном участке, — хмыкнула, садясь на переднее пассажирское, а он широко улыбнулся и захлопнул дверь, которую галантно придерживал, помогая мне залезть в высоченный джип. — На работе не завидуют?
— У меня отец генерал-майор и начальник этого самого занюханного, — ответил, заводя мотор. — Знакомо, не так ли? Хирург занюханной городской больнички.
Я хохотнула и посмотрела весело, а он хотел остаться серьезным, но не смог, расплывшись в ответной улыбке.
«Этот парень как будто создан специально для меня» — подумала грустно и торопливо отвернулась к окну. Присутствовало одно большое «но» — я его не хотела. Хотя, если уж не кривить душой — сильнее хотела другого. Жестокого, беспринципного, надменного сукина сына, приоткрывшего прошлом ночью дверь в свою душу. Едва заметная щель, в которую я тут же сунула свой нос, который он, наверняка, прихлопнет.
— О чем задумалась? — спросил неожиданно, а я натянула улыбку и повернулась, отмахнувшись:
— О превратностях судьбы.
— У-у-у, — протянул сокрушенно, — это к ужину, Ник. Могу я тебя так называть? В конце концов, я простил тебе воровство, проникновение и шантаж.
— Это тоже шантаж, — хмыкнула самодовольно.
— Ладно, последнее вычеркиваем, — согласился легко и снова заулыбался, а потом сказал тихо, будто бы между делом: — У тебя с коленей синяки ещё не сошли. И на лопатке. Откуда?
— Я обязана отвечать?
— Конечно, нет. Все по взаимному согласию, принуждение — не мое, — состроил рожицу, а я прыснула и покачала головой, ответив:
— Несерьезное дорожно-транспортное. Неудачно выбежала на дорогу, водитель не успел затормозить.
— Ай, — поморщился в ответ. — Неприятненько. Но зато стало понятно, как ты во все это влезла.
— Что? — приоткрыла я рот от удивления, а он слегка усмехнулся:
— Я все-таки следователь. Батя хоть и спонсирует по привычке, но работу свою люблю и делаю ее с удовольствием, и достаточно качественно. Знакомо?
— Знакомо, — нахмурилась в ответ, — и все же?
— Когда ты пришла к Молвинских, ты слегка прихрамывала. Я поднимался, ты не обратила внимания, и рану на твоей голове увидел, на фоне светлых волос вполне отчётливо проглядывается, но ты могла и не заметить, она сбоку, ближе к затылку. Молвинских на все начхать, он даже не расследовал, а я скорую пытался отследить и нашел пару интересных вызовов, где сообщалось, что некая казенная машина сбила пешехода. Выводы преждевременные не делал, это тоже не люблю, а теперь ты сама подтвердила мои догадки.
— Ты чего такой умник? — возмутилась искренне, а он рассмеялся и свернул к милому кафе.
— Меня интересуют только убийства девушек, — сказал, когда мы сели за столик и сделали заказ. — То дело — скорее из любопытства. Но, учитывая, что ты фигурируешь по обоим, есть вероятность, что они связаны.
— Если и так, — ответила серьезно, — то точно не через меня.
— Уверена?
— Абсолютно. То, что меня сбила та самая скорая — роковая случайность под названием неудачное свидание. А в остальном — я просто работаю хирургом. То же самое, что утверждать, что все дела, которые ведёшь ты…
— Понял, — перебил мягко и улыбнулся. — Поедим без мыслей о трупах?
— Это лучшее, что ты мог предложить, — прошептала, прикрыв глаза, он сощурился довольно и начал с аппетитом уплетать свой обед, болтая о всякой чепухе.
Я не заметила, как пролетело время, мы вышли на улицу, где медленно падал снег крупными хлопьями, задрала голову и поймала снежинку языком, а когда посмотрела на него, встретила уж слишком хитрый взгляд. Заподозрила коварство, но среагировать не успела: он набрал пригоршню свежего снега и сдул ее со своих ладоней мне в лицо.
 
— Ах, ты! — возмутилась, опешив от такого нахальства, а потом быстро скомкала снежок и запустила в него.
— Я это начал, — сказал, сдерживая улыбку, — но остановиться невозможно, — и завязалась нешуточная снежная битва.
Мы резвились, как дети на утреннике, он вдруг подкрался сзади, пока я смахивалась с лица снег, пытаясь прозреть, подхватил меня и закружил в воздухе. Я охнула и как будто увидела громилу метрах в десяти от нас, но на следующем кругу на том месте уже никого не было.
Настроение мигом улетучилось, я похлопала Карева по руке и он тут же отпустил меня, сказав:
— Прости, на эмоциях.
— Отвези меня домой, пожалуйста, — попросила, глядя в сторону, и мы сразу пошли к машине.
Всю дорогу мы молчали, а возле дома он спросил:
— Злишься?
— Нет, — ответила, глядя поверх его плеча, а потом спросила: — Эти девушки… кто они? Тоже из медперсонала?
— Нет, — сказал задумчиво, — думаешь, это важно?
— Сложно думать, не зная вводных. Как любит повторять отец — всегда лучше владеть информацией, чем наоборот.
— Не могу не согласиться, — хмыкнул в ответ. — Продавец в магазине мужской одежды, парикмахер, официантка и горничная в отеле.
— То есть, обслуживающий персонал?
— Большая часть профессий — обслуживающий персонал. Но мысль уловил. Хотя, тут скорее схожий типаж: молодые, привлекательные, я бы даже сказал, красивые, темноволосые.
— Татьяна, полагаю, из того же города, что и они, — сказала задумчиво, а он хохотнул:
— Звучит, как утверждение.
— Разве не так? — спросила с ухмылкой, а он посмотрел укоризненно:
— Это провокация и так нельзя.
— А тискать меня можно?
— А это снова шантаж, — ответил со вздохом, а я хохотнула:
— И снова сработало. Так что?
— Да, из одного, — ответил, усмехнувшись.
— Как и Влад.
— Занимательный персонаж, я над ним работаю.
— Тогда не стоит терять время, — сказала бодро и похлопала его по плечу, как товарища. Он слегка поморщился, а я поспешила выйти.
В подъезде поднялась на второй этаж и встала сбоку от окна, дождавшись, пока он уедет, а потом вышла и села в свою машину, направившись по адресу Людмилы.
Будь я следователем, что бы сделала в первую очередь? Проверила, есть ли на доме камеры, изъяла записи и просматривала бы, в попытке найти машины с номерами нужного региона. Не на поезде же он прибыл… Мог, конечно, взять тут в аренду, чтобы особенно не отсвечивать, но что-то подсказывает, что парню на всех начхать. К тому же, к Людмиле он наверняка приезжал на своей. Потом пошла бы соседям, в надежде на кого-нибудь особенно внимательного. Старушек на лавках расспрашивать бессмысленно, все остальное он пусть делает сам, я же вновь припарковалась у помойки, встала во дворе и осмотрелась, найдя то, что нужно: группу пацанов, играющих в какие-то стрелялки на палках. Надеюсь, это не станет их профессией.
Чтобы не выглядеть, как маньяк, пристающий к детям, я направилась прямиком к двум молодым женщинам, лениво переговаривающимся на лавочке на детской площадке и изредка кидающие взгляды в сторону ребят.
— Привет, — поздоровалась хмуро, а они посмотрели с удивлением, но ответили недружно и растерянно:
— Привет…
— Мы знакомы? — спросила одна, а я отрицательно мотнула головой, продолжив:
— Я извиняюсь, что так бесцеремонно, но нервы на пределе.
— В чем дело? — нахмурилась вторая.
— Мужик у меня козел, — сказала презрительно, — почти уверена, мотается к кому-то из этого дома, — и кивнула головой в сторону Людкиной многоэтажки.
— Точно не со мной, — заявила первая категорично, а я вздохнула:
— Да я ни на что не намекаю… просьба у меня.