Только не дракон! или Невеста, ни с места!
Когда мы вышли в сад, нас оглушил праздничный шум, долетающий сюда с центральной лужайки перед домом. Знать отмечала день рождения монарха – гуляли уже третий день. Наш король любил балы, праздники и вечеринки. Не зря народ нарек его Вильгельмом Танцующим. Поэтому я и выбрала именно эту дату для похищения яйца феникса - было легко проникнуть внутрь.
Пришлось, правда, выложить все и без того скудные накопления, чтобы пошить у хорошей модистки платье, в котором меня сочли бы высокородной дамой, приглашенной на торжество. У таких не спрашивают приглашения. Нужно лишь вовремя пристроиться в хвост какого-нибудь бабника со шлейфом из красоток, да сделать лицо понадменнее.
- Поторопитесь, - бросил лорд Ардар, когда я споткнулась, наступив на край дорогостоящего подола.
- Зачем? – возразила и задала резонный вопрос, снимая ткань с каблука, - от кого мы убегаем?
- И в самом деле, отчего же вы так торопитесь нас покинуть, Ричард? – бархатный тенор ударился в наши спины.
- Я загадочен, как и полагается дракону, - обернувшись, рассмеялся мой новоявленный жених – так беспечно, что в другой ситуации непременно бы ему поверила.
Но пристально глядящий на нас мужчина с белыми бровями и такого же цвета волосами до плеч, видимо, знал его куда лучше, поэтому сказал:
- В вашу загадочность я охотно верю. А вот в то, что вы бросите короля, когда он уже ползает по лужайке, как червяк, не особо.
Ничего себе, еще немного, и мы с этим наглецом вполне можем оказаться в соседних камерах!
- Вас могли сорвать с места только дела государственной важности, - задумчиво глядя на дракона, продолжил беловолосый. – Но коли так, вы же поделились бы информацией, верно, Ричард?
- Непременно, - заверил тот.
- Уверен, вы бы не стали обманывать брата короля.
Брата короля?! Я судорожно сглотнула. Ну и денек выдался, сюрприз за сюрпризом!
- Конечно, нет, Ваше Высочество, - рассмеялся мой жених, и я снова поверила бы ему, если бы не тревога в его глазах, которые на солнце казались янтарными.
- Это все моя вина, простите, - пришлось вмешаться. – Сэтар проспорил мне кое-что, - прильнула к нему, улыбаясь, и погладила по плечу. – Теперь ему приходится это исполнять!
- Мужское слово дороже короны, - брат короля усмехнулся, а я вздрогнула – ведь уже слышала эти слова от кое-кого другого – того, кого и вспоминать не хочу. – Тогда не буду вас задерживать.
- Благодарю, - присела в реверансе и улыбнулась ему так мило, как только позволили кричащие об опасности нервы – ведь этого мужчину мне стоило опасаться куда сильнее, нежели главу стражи.
Но стоило нам с Ричардом развернуться и увидеть подъезжающую карету с изящными вензелями на дверцах, как вслед прозвучало:
- А что там за шумиха, кстати, с кражей яйца феникса? Воровку поймали?
- Нет, - герцог вновь обернулся и спокойно солгал брату короля, – она не явилась. Видимо, почуяла ловушку, мерзавка.
- У таких интуиция звериная, - беловолосый кивнул.
Ах, если бы! Я почувствовала, как запылали щеки. Порой воровки пустоголовые, как колокол. Искренне верят в удачу, как наивные девчонки. Мне нельзя такой быть. Уже побыла доверчивой, хватит, до сих пор локти кусаю и живу на чемоданах. Привыкла уже постоянно оглядываться и замирать, чувствуя тяжелый взгляд, повсюду следующий за мной, словно тень.
- Надеюсь, поймаем ее в другой раз, - сказал Ричард. – А теперь простите, нас ждут.
- До встречи, - Его Высочество задумчиво вгляделся в мое лицо, и в душе все заледенело.
Он мог меня знать, в прошлом. Лично мы знакомы не были, но кое-кто мог показывать ему мой портрет. Только бы не вспомнил!
С трудом сдерживая дрожь, я с облегчением выдохнула, лишь когда карета, в которую мы с герцогом сели, выехала ворота с чугунными пиками. Так, теперь пора начинать беспокоиться на другую тему – что делать дальше?
Я покосилась на дракона, который сидел напротив, и погрузилась в свои мысли.
Глава 4
Начался этот день как обычно. Нет, не с солнечных лучей, которые ласково гладили мое лицо, осторожно отвоевывая разнеженное тело у сладких сновидений. Как бы не так! Об этом в последнее время и мечтать не приходилось. Вместо этого меня выдернул из сна истошный вопль:
- Ааааа! Убивають! Ааааа!
- Что?.. Кто?.. Где?.. – подпрыгнула на кровати, распахнув глаза, и тут же, обмерев от ужаса, заглянула в плетеную колыбельку, стоявшую рядом.
Малышка Мия, мое белокурое сокровище, уже хлопала зелеными глазенками и улыбалась. Я облегченно выдохнула и улыбнулась дочурке, которая болтала ножками в воздухе и с любопытством разглядывала свои розовые пяточки.
- Аааааа! – мы обе вздрогнули от крика.
- Никакого нам покоя, да, Мия? – я покачала колыбельку.
Ладно, все равно пора вставать. Сегодня очень важный день.
- Бу-бу кичит, - коверкая слова, сообщила малышка, когда я, накинув халат, взяла ее на руки.
- Она самая, - со вздохом подтвердила и чмокнула дочку в пухлую щечку, вдохнув сладкий детский аромат – так пахнет счастье. – Кричит с утра пораньше, хулиганка, будто ее режут!
- Хотю к Бу-бу! – требовательно прозвучало в ответ.
- Уже идем, - я вышла из нашей маленькой спаленки, сделала пару шагов и тут же оказалась на кухне, где пахло овсяной кашкой.
На грубо сколоченном столике стояла небольшая кастрюлька, исходящая паром. Около нее грела свои бочки, сидя на краешке тарелки, та самая Бу-бу – круглая булочка с глазами из изюминок. Упрямая, веселая и очень громкая – особенно по утрам, когда всем так хочется досмотреть последние сны.
Она стала такой после того, как в нее случайно попала волна магии – при обстоятельствах, которые мне совсем не хочется вспоминать. Целое блюдо пышек, посыпанных ароматным кунжутом, стояло на столе в тот день, дожидаясь завтрака. Все они ожили под ударом магии, обзавелись ручками-ножками, и разбежались, кто куда. Но лишь одна умудрилась выжить. И стала любимицей-веселушкой моей крошки Мии.
Вот такие игрушки у нашей маленькой зеленоглазой магиссы, развитой не по годам. Мы еще и первый день рождения не отпраздновали, а она уже вполне сносно говорит, неплохо бегает и освоила горшок. Чудо, а не ребенок!
- Доброе утро, Булочка, - поприветствовала я утреннюю крикунью.
- Да какое уж там доброе, - пробурчала она. – Об нож споткнулась, представляешь, Дэйна? – Меня чуть надвое не разрезало!
- Какой кошмар! – я усмехнулась. – Двух таких булочек мы бы точно не выдержали, с одной еле уживаемся!
- Двух, еще чего! – всполошилась она. – Бу-бу – единственная и неповторимая! Верно, Мия? – она помахала ей ручкой.
- Токо Бу-бу! – довольная крошка расплылась в улыбке, показав беленькие молочные зубки – все до единого уже появились, вот такие мы торопыжки, и протянула к ней ручки.
Я усадила дочку на высокий детский стульчик, и эти двое тут же начали общаться. Поднатужившись, Булочка подвинула блюдце с маслом поближе к девочке и начала натирать им свои бочки, приговаривая:
- Ух, маааааслице, свеженькое, как я люблю! Красоткааа же! – умилилась, оглядев себя, и продолжила, - и тута натрем, и здеся, и попку не забудем, чтобы и она блестела! Ух, хо-ро-шо!
- Нам что-нибудь оставь, злая булка! – расхохоталась Кармен, войдя на кухню. - Вам-то почто? – отозвалась Бу-бу. – Вот я без маслица зачерствею, будет сплошной ужас-ужас! Неее, мне надо мяконькой быть, а не сухарем каким становиться! Правда, кроха? – она подмигнула Мие.
- Павда, павда! - та залилась счастливым смехом. - Молочник опять цены поднял, - сообщила Кармен, сняв шляпку и поправив длинные черные пружинки, в которые свивались ее волосы. – Совсем страх потерял! – огромные карие глаза сверкнули гневом. – За крынку козьего берет как за целую козу! - она бережно поставила на стол молоко для Мии.
Как жаль, что у меня пропало грудное. Это все нервы, будь они трижды неладны.