Сокрушенная тобой (ЛП)

— Бретт, — я улыбнулась ему, и он кивнул, пока обхаживал девушку, которая затем протянула в его руку визитку, которую он засунул в карман джинсов.
Он подошёл и хлопнул ладонью вниз передо мной.
— Водку?
Воу, где его обычные подшучивания? Его искрометные голубые глаза остановились на мне, и не было ни подмигивания, ни улыбки.
— Ты не потрахался прошлой ночью или что?
Он проигнорировал мой комментарий и налил мне стопку.
— Только одну?
Я кивнула.
— Бретт. Что происходит?
Он посмотрел выше, и затем я поняла. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы смотреть; это было знакомое изменение в моём теле, словно негативное находит позитивное. Руки Рема разместились на моих бедрах, и он прижался к моей спине, затем склонился, его губы целовали мою ключицу.
Дрожь, тепло, влажность, да, все это подперчило моё тело.
— Красавица, — прошептал он, и я просела рядом с ним.
Бретт поставил ещё одну стопку на барную стойку, затем посмотрел на Рема.
— Снова станешь мне угрожать, и тебе не понравится, что случится, — с этими словами он отошёл.
Воу. Что? Я напряглась, повернувшись на своем стуле.
— Что ты сделал?
Рем даже не выглядел расстроенным; он едва заметно подернул плечами и сказал:
— Он наблюдал за тобой годами. Я просто ясно дал понять, что хочу, чтобы это прекратилось.
— Что? Ты серьёзно? Рем, Бретт и я — друзья. Он не заинтересован во мне, и никогда не был.
— Ты парень?
— Что?
— Ты парень, Кэт?
— Ну, нет, конечно же, нет.
— Тогда ты не знаешь. Только парень знает, когда другой парень западает на его женщину. И каждый раз, когда я здесь, Бретт наблюдает за тобой.
— Да, потому что он как брат. Он присматривает за мной. Мэтт большую часть времени находится у себя в кабинете, поэтому Бретт берет это на себя.
— Брат не осматривает свою сестру от и до, пока она танцует.
— О. Мой. Бог. Он же не делал этого.
Он держал свой голос низким, но Бретт был на другой стороне бара, так что, вероятно, он не мог услышать нас.
— Детка, он смотрел. Он наблюдал за тобой в ту ночь, когда ты танцевала с тем чмошником.
— Рем, серьёзно, это было почти три года назад.
— Да, и он все ещё делает это. Он наблюдал за тобой в ту ночь, когда мы танцевали. Это не парень, который думает о цыпочке, как о своей сестре.
— Ну, Молли наблюдает за тобой, и все же, ты же не видел, чтобы я угрожала ей, — потому что она безобидная. Ты горячий, и я понимаю это.
Его брови поднялись, будто мой комментарий был смехотворным.
Может это потому, что Молли была стеснительной и смотрела на Рема, пока пряталась под завесой своих волос, но все же меня разозлило, что он думал, что это смешно.
Я скрестила руки на груди и выпятила бедро.
— Что ты сказал ему?
Руки Рема обвились вокруг моей талии.
— Что если он посмотрит на тебя подобным образом снова, то познакомится с моим кулаком.
Я фыркнула.
— Иисусе, Рем, — но я не должна была бы удивляться. Это именно такой ответ, который мне следовало ожидать.
— Кэт, зачем ему постоянно наблюдать за тобой? Он никогда не просил тебя сходить куда-нибудь с ним, но, когда бы я не оказался здесь, я вижу его глаза на тебе.
— Это так же бессмысленно, как Молли, наблюдающая за тобой.
Руки Рема напряглись на моей талии.
— Мне, чёрт побери, не нравится это. Когда мужчины так наблюдают за девчонками, это приводит к дерьму, и я не собираюсь рисковать с этим.
— Что? Боже, Рем. Это уже чересчур. Бретт был здесь, с тех пор как «Лавина» открылась. Он друг Мэтта. Боже, ты знаешь его. Что дальше? Скажешь, что я не могу дружить с Крайзисом и Кайтом? Что мы больше не можем жить с ними, потому что ты увидел, что Кайт смотрит на меня?
— Нет, — лицо Рема посуровело, и он на самом деле завелся. — Это другое. Бретт никогда не был моим другом, он никогда не тусовался с нами, ведь так?
— Ну, нет. Но…
— У парня денег больше, чем он знает, что с этим делать. Может иметь любую девчонку, которую только захочет, и все же он работает здесь, наблюдая за моей гребаной девушкой. Это прекратится. — Рем обхватил мой подбородок и поцеловал меня, прямо перед Бреттом. Это был глубокий, предъявляющий права поцелуй, от которого мои колени ослабли, а моя разозленная позиция просочилась в неизвестную землю, где забывается даже имя, после такого поцелуя.
 
Но это было слишком, Рем отдалится от наших друзей, если продолжит идти этим путём. Я толкнула его в грудь.
— Нет, — он выглядел немного удивленным, и когда я подняла руку вверх, он начал вновь двигаться ко мне, его брови опасно нахмурились. — Тебе нужно извиниться перед ним. Ты переступил черту в этот раз, Рем.
Его спина напряглась на слове «извиниться».
— Этому не бывать.
Я кладу руки на бедра.
— Боже, ты такая задница.
— Да, но я твой.
— Нет. Нет, если будешь вести себя подобным образом.
— Ты угрожаешь мне, Кэт? — его глаза сузились.
— Не угрожаю. Обещаю. — Я бы никогда не примирилась с тем, чтобы он угрожал моим друзьям. Я понимаю, что у него были проблемы, я принимаю это, но есть граница, и он только что нарушил её.
— Это гребаная брехня, — выкрикнул Рем.
— Брехня? Рем, это сумасшествие. Неужели ты не видишь?
— Может и так, но я не буду извиняться за это. Плохое дерьмо случается, когда парень наблюдает за девушкой.
— Это как-то связано с твоим прошлым? Потому что если да, то может быть настало время, когда ты расскажешь мне о нем?
Он уставился на меня на несколько секунд, напряженный и непреклонный, затем сказал:
— Оставь это, Кэт.
— Ты прикалываешься надо мной? Дай мне хоть что-то, Рем. Я пыталась дать тебе время, но твоё поведение подобным образом без причины никуда не годится.
— У меня свои причины.
— Тогда расскажи мне.
— Я не могу, — он собирался взять меня за руку, а я отпрянула назад. — Это то, кто я есть, я говорил тебе это.
— Да, и я приняла это, но я впустила тебя. Я дала тебе всю себя, а ты все ещё сдерживаешься от меня. Почему? Мне нужно понять.
— Просто отвали.
Я надулась и скрестила руки.
— Вау, ты мне на самом деле совершенно не нравишься в данный момент, — это было больше для себя, чем для него, но он услышал это и вздрогнул.
Я почувствовала чью-то руку на своей руке и обернулась. Это была Эмили, и она выглядела обеспокоенной. Я увидела, что парни сидели за столиком и наблюдали за нами.
— Кэт, может нам лучше пойти? Я отвезу нас обратно на ферму. Я выпила только одно пиво. — Эмили взяла мою руку, а затем потянула, прошептав: — Пойдём, пока вы оба не сказали ничего, о чем потом будете жалеть.
Дерьмо. Может она и права. Мне нужно остыть так же, как и Рему. Я кивнула, а затем последовала за ней.
— Кэт, — голос Рема достиг меня. Он был взбешенным и тихим, словно, как я представляю, тишина после того, как выдернули чеку из гранаты. Но я не развернулась, потому что Рему нужно понять, что он пересек черту. Затем его голос изменился, и он был уставшим.
— Если я расскажу тебе, я могу потерять тебя.
Я остановилась, но не повернулась.
— Ты потеряешь меня, если не расскажешь.
Нам обоим нужно успокоиться, прежде чем мы столкнемся. Рем поймёт, о чем я говорила. Мы оба настолько упертые, что просто уйти от нашей ссоры — это самый лучший выбор действий.
— Пьяный примирительный секс — просто потрясающий, — прошептала Эмили мне на ухо.
Да, надеюсь, я получу его сегодня ночью. Нам обоим нужно просто остыть.
— И заставь его немножко попросить.
Хм, мой парень, просящий. Я, может, никогда не сделаю это, но он, уверена, мог бы. Это звучит как отличный примирительный секс. А затем я, возможно, могла бы убедить его поделиться той частью, что он скрывает.
Но я не получила ни просящего Рема, ни потрясающего примирительного секса, потому что Рем не приехал домой. Я лежала без сна большую часть ночи, и когда уже не могла больше устоять, я написала ему. После прошедшего получаса, а это было уже три часа утра, я позвонила, и звонок ушёл прямо на голосовую почту. Я знала, что он был зол, и Рему нравится раздумывать над вещами, поэтому я подумала, что, может быть, он сорвался в тот коттедж, чтобы все обдумать. Куда ещё он мог бы отправиться?