Л.Е.С. Прозрение (СИ)

— Оно движется, или мне кажется? — спросил я.
Ант и Соня тоже смотрели в прицелы.
— Я кажется знаю, что это, — сказал Ант. И замолчал.
— И что? — спросила Соня. — Нам скажешь? Или это сюрприз?
— Это просто куча мошкары, — ответил Ант. — Вот и все!
— А не слишком ли большая куча? — удивился я. — Их же там тьма тьмущая, миллиарды!
— Ну, не миллиарды! — усомнился Ант.
— Так на самом деле, — выдохнула Соня, — если они выглядят как одна большая туча! Сколько же их тогда там?
А туча была приличная. Если рассматривать ее, как скопление мелких насекомых в одном месте. Форма тучи не была идеально круглой, скорее это было похоже на кляксу, растянутую между четырьмя деревьями, отстоящими друг от друга в двадцати метрах. Полянка между ними была почти не проницаема для и без того скудного рассеянного солнечного света. Плотная масса насекомых давала густую тень.
— Мошки-вампиры, — сказал Ант. — Животных поблизости нет, это точно. Можно смело обходить скопление. Только подальше. Стоит им нас почуять…
— И что будет? — спросила Соня.
Ант пожал плечами, опустил ружье.
— Я не знаю, честно. Смогут ли наши костюмы защитить от них. Они настолько мелкие, что способны пробраться в самые маленькие щели. Я бы не рисковал.
И пошел направо, по широкой дуге.
Соня спросила меня.
— Как ты думаешь, он это серьезно? Или просто нас пугает?
— Я бы не стал его проверять, — улыбнулся я. — Пошли отсюда. Пока они нас не заметили.
— И ты тоже шутишь! — возмутилась Соня. — Почему надо над единственной девушкой в коллективе издеваться?
Я пропустил Соню вперед.
— Я бы не стал называть это издевательством. Скорее заботой.
Соня ничего не сказала, только плечиками дернула.
Ант ждал нас в нескольких метрах, рука поднята, он держал что-то в зажатом кулаке, показывая нам.
— А вот и дождались!
Мы остановились рядом с ним. Я посмотрел налево, туча еще была видна.
— Может, мы отойдем сначала подальше? — спросил я. — А потом уже очередное чудо нам будешь показывать.
— Вы сначала посмотрите, а потом сразу пойдем, — сказал он. — Потому что идти теперь придется быстро.
— Что это? — спросила Соня, показывая на зажатый кулак Анта. — Что там? Очередное мутированное насекомое? Опять в пугалки играешь!
— Нет, что ты! — ответил Ант, опустил руку, разжал кулак. В ладони был клочок грязно-коричневой шерсти. — Это шерсть лесовика! — произнес он восторженно.
 Глава 7. По следу лешего 
— Как ты это определил? — спросил я.
— Элементарно, — ответил Ант. — По запаху.
Я взял с его ладони клочок шерсти, поднес к лицу. Чтобы понюхать, пришлось задрать прозрачную маску.
Запах был настолько отвратительный, что я едва не опорожнил желудок. Передал клочок Соне, быстро захлопнул маску.
— Даже не знаю, с чем сравнить, — сказал я, отдышавшись. — Козлятина и то, наверное, приятнее.
— А почему у них такой запах? — спросила Соня, достаточно спокойно отреагировав на дегустацию. — Они что, не моются?
— Почему же, — ответил Ант. — Моются. Может, даже чаще, чем мы. Природный запах у них такой. Для защиты.
— Они своим запахом других животных от себя отгоняют? — уточнил я. — Предполагаю, что мелкие грызуны от него просто валятся замертво.
Ант улыбнулся.
— Ну, не настолько, конечно! Резкий сильный запах дает понять другим животным, кто здесь хозяин территории. Они ведь не просто козлы какие-то. Это очень грозные воины! Один-на-один с таким может только медведь выйти. Больше никто. А лесовики по одному обычно не ходят. Так что, делай вывод.
Соня отдала клочок шерсти Анту, тот повесил его обратно на ветку.
— Вывод такой, — сказала она, — что лесовики очень опасны. Кроме того, что они очень сильные, так еще и умные, да?
— Да, — сказал Ант, тревожно оглянулся. — И мы зашли на их территорию. Так что, держите ухо востро! Пойдем дальше.
Мы двинулись за Антом, продолжая обходить тучу мошкары. Занятые своими семейными делами, мошки, к счастью, не обратили на нас внимания.
Сейчас бы активировать Навык Следопыт, быстро бы выследили этого лохматого.
 
А потом стал мучить другой вопрос. Мы идем к хозяевам Черного Леса, чтобы забрать их кристалл. Как эти чудища нам его добровольно отдадут? Это кажется невероятным. Да они, если вообще будут с нами разговаривать, посмеются сначала. А потом, в лучшем случае, выкинут нас вон из Леса, а в худшем…
Даже боюсь предположить, что в худшем.
Сколько здесь живет этих лесовиков? Если это отдельная раса, то не меньше, чем сотня, или две. Может вообще, тысяча! Как мутантов в Городе. Кто их считал? Последнюю перепись населения наверняка лет триста назад проводили!
К тому же, как я понял, лесовики — древняя раса, пришедшая с севера. Так они не только здесь, значит, обитают. Не все же переселились!
Опять же, почему они выбрали такое экологически некомфортное место обитания — Черный Лес, скопище мутантов?
Я задал часть вопросов Анту, он ведь у нас самый сведущий биолог. Но тот ответил довольно уклончиво.
— Вот встретимся с лесовиками — спросишь у них сам. И про переселение, и про экологию. Чего мы сейчас гадать будем? Я тоже много чего не знаю.
Ну, спасибо, успокоил.
Я даже не представляю нашу встречу.
Если до этого я видел из человекоподобных — мутантов, киборгов, даже выродков, — то лесовики были первыми представителями полулюдей-полуживотных. Насколько я их представлял по описанию.
Как они говорят? Есть у них свой язык? Поймут ли они нас вообще?
Встретимся — спросишь… ага.
Туча мошкары осталась далеко позади, уже и не видно, растворилась в тумане. Впереди все тот же туман, кривые изломанные деревья, колючая трава, ядовитые цветы.
Шли за Антом, который все время отыскивал какие-то новые следы пребывания лесовиков. Кроме кусков шерсти, меченых деревьев (да, сказал Ант, метят территорию, как собаки, это нормально), находили четкие отпечатки следов в мягком грунте.
— Вот это да! — изумленно прошептала Соня, когда поставила в этот след ногу в ботинке. Отпечаток голой ноги был почти в три раза больше.
— А это точно не медведь? — уточнил я.
— Нет, точно, — сказал Ант. — Видишь, нога почти полностью повторяет отпечаток человека: большой палец, в ряд остальные, когтей нет. Если бы у нас тут водились обезьяны, то тоже не похож. У обезьян большой палец смотрит в сторону, почти как ладонь. Так что это точно лесовик. При том не самый крупный, так, подросток.
— Ничего себе подросток! — сказал я. — По отпечатку он ростом за два метра!
— И весом килограмм двести! — добавила Соня.
Ант пожал плечами.
— Ну да, они большие, — сказал он спокойно. — А вы чего ждали? Это самые большие человекоподобные. Из тех, что я знаю пока.
Потом он остановился, посмотрел поверх травы вперед. Показал нам рукой.
— Вон, смотрите! Только тихо! Сейчас мы увидим охоту!
— Какую охоту? — спросили мы заинтересованно.
— Видите, жуки большие летают?
Я присмотрелся в прицел ружья. И на самом деле впереди между деревьями медленно летели черные толстые жуки с мою голову размером, огибая толстые ветки, как маленькие вертолеты. Поймал одного в прицел, вел его. Как вдруг что-то промелькнуло в окуляре молниеносное — и жука как ветром сдуло!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Я убрал прицел, стал вглядываться обычным взглядом. Но ничего, кроме покачивающейся ветки ели, больше не видел. Попробовал, на всякий случай, Чутьё — красный туман, вообще ничего не видно. Зараза.
— Что это было? — спросил я. — Кто его сцапал?
— Заяц! — сказал Ант. — Ты не увидел что ли?
— Нет! Так быстро промелькнул! Заяц? Ты сказал заяц?
— Ну да! — удивился Ант. — Ты у нас в Лесу их не видел что ли? Древесные зайцы. Только тут они другие и их гораздо больше. Охотятся стаей. Могут и волка-одиночку загрызть.